Что-то вы не тОго...

  “Сдается посольство. Дорого. В качестве оплаты принимаются бокситы, лес и т.д. Другие предложения по оплате и бартеру присылайте по адресу: Москва, МИД РФ...” Такое на первый взгляд странное объявление сегодня имеет полное право на существование.
     В Москве... исчезают посольства. За последнее время исчезло целых пять. Вместе с послами, дипломатами, охраной, кухней, уборщицами...
     Что это? Мистика? Происки бен Ладена?
     Нет. Причина куда прозаичнее: закрыты за долги. От посольств Уганды, Нигера, Буркина-Фасо, Руанды в Москве уже не осталось и следа. От посольства маленького западноафриканского государства Республика Того след остался лишь на мидовском сайте...
     Адрес у африканских посланцев оказался странноватым: две квартиры в жилом доме в районе метро “Белорусская”. Вспомнив, что по законам физики ничто просто так исчезнуть не может, корреспондент “МК” отправился к “Белорусской” в надежде отыскать следы Того... не зная кого... Посольство закрыто, но Черномырдин на посту      Дом в Грузинском переулке — с виду типичная хрущевская девятиэтажка. Но стоит зайти со двора — КПП, деловитые охранники, “дети разных народов”, паркующие шикарные авто на окруженном высоким забором дворе. “Домовладение Главного управления по обслуживанию дипкорпуса” — возвещает табличка у ворот. Вывески у парадных подъездов свидетельствуют: жилой дом чуть ли не наполовину занят представительствами отечественных и зарубежных фирм.
     В сопровождении охранника по фамилии Черномырдин (правда, зовут его Василий) иду на прием к коменданту дома, или к управдому, как он сам отрекомендовался.
     “Лучший друг человека” вопреки ожиданию оказался не седовласой теткой, а представительным молодым человеком. Он выдал максимум информации за минимум времени: “Посольство Тоголезской Республики действительно долгое время располагалось на двух “жилплощадях”. На большее у африканских гостей не хватало финансов”.
     А два года назад у дипломатов из Того деньги кончились совсем. Не только всяческие атташе, но и сам господин посол сидел без зарплаты. Нет арендной платы — нет помещения, нет помещения — нет и посольства. Опустевшие комнаты года полтора оставались бесхозными, пока туда не въехала коммерческая фирма — не пустовать же помещению, за которое МИД, в свою очередь, обязан платить налог на недвижимость...
     — Ой, да что там долги посольств! — с иронией комментирует ситуацию руководитель службы по связям с общественностью в Главном управлении по обслуживанию дипкорпуса (ГлавУПДК) Юрий Тавровский. — У нас с 1998 года больше тысячи иностранных компаний в должниках ходят, точнее бегают. От арендной платы. Когда у них вырастает долг за аренду помещений, они просто берут чемоданчик и уезжают из России. Бесследно. Монеты нету? Гони бокситы!      Типичный “вечный должник” — посольство Гвинеи-Бисау — не платит ни за аренду помещений, ни за предоставление услуг уже 10 лет. Сумма долга впечатляет — $1.800.000. Сообразив, что у маленькой африканской страны “лишних” миллионов не найдется, российская сторона стала договариваться с правительством Гвинеи-Бисау о натуральном обмене. Мы им — возможность содержать свое посольство в Москве, они нам — бокситы (ископаемые, необходимые в металлургии). Взяли калькулятор и посчитали. И получилось, что если тонна бокситов на международном рынке стоит около $65, то наш МИД может взять с “гвинейского друга” до 28 тысяч тонн этих ископаемых. Для доставки гвинейского долга понадобится железнодорожный состав из 430 товарных вагонов! Куда их ставить и что с ними делать?..
     Поэтому более привлекательным выглядит другой принцип, практикующийся в хозяйственных отношениях на посольском уровне: “вы не платите у нас, а мы у вас” (правда, у российского дипкорпуса, по данным ГлавУПДК, задолженностей нет ни в одной стране). В Москве содержать свое представительство под силу далеко не каждому государству. Удовольствие это дорогое, поэтому некоторые страны экономят, например, на... послах. Так, посол Испании в России представляет дипломатические интересы своей страны еще и в СНГ. Россия тоже практикует подобное совмещение, например на Африканском континенте, где некоторые наши послы “обслуживают” сразу несколько стран. Как поссорились Никита Сергеевич с Энвером Ходжаевичем      Нередко своих “квадратных метров” в шикарных особняках иностранные представительства лишаются и по политическим причинам. Так было с посольством Албании в Москве, которое находилось на Погодинской улице. В 1959 году специально для иностранного представительства дружественной тогда социалистической страны здесь выстроили современное здание. А в декабре 1961 года МИД СССР и Албании обменялись резкими нотами протеста (албанский лидер — друг Сталина товарищ Энвер Ходжа — не нашел общего языка с Никитой Хрущевым). Через некоторое время две страны полностью разругались. В считанные дни был отозван весь персонал советского посольства в Тиране и, соответственно, отправлен на родину весь персонал албанского посольства в Москве.
     — Нам, тогдашним студентам-албанцам, учившимся в Москве, сказали, что всех отправляют на каникулы, — вспоминает события 40-летней давности Шокир Вухай, действующий посол Албании в России. — Но “каникулы” затянулись на долгие годы...
     Сейчас албанское посольство ютится в небольшой квартире в доме на Мытной улице, который, как и дом в Грузинском переулке, откуда пропало посольство Того, принадлежит ГлавУПДК. А здание на Погодинской, бывшую албанскую цитадель, оккупировало посольство “дружественного” Ирака. Благо у Саддама Хусейна, несмотря на блокаду и разные международные неприятности, в кармане не пусто — за аренду иракцы платят сполна и звонкой монетой. А албанцы...
     — Видите, как мы теперь обитаем, — с диссидентской грустью говорит о своем посольстве-квартирке Шокир Вухай, вспоминая золотые дни албано-советской дружбы.
     Нынче “в долгах как в шелках” у Москвы ходит уже 15 иностранных диппредставительств. Самая большая “финансовая брешь” зияет в бюджете посольства Афганистана. Но, как считают в российских верхах, в этой стране “сейчас такая сложная ситуация, что требовать от них каких-то денег даже как-то неприлично”.
     А с другими — разговор короткий: бери вещички и домой.