“О, привет! — улыбнулась мне Мария Шарапова с высоты своего модельного роста, когда мы встретились на традиционной вечеринке игроков перед Кубком Кремля. — Плечо? Уже все нормально. Мне ведь врач три недели подавать не разрешал. Так что сейчас, я думаю, смогу играть на хорошем уровне”. А на следующий день мы общались уже в “Олимпийском”, и я наконец задала вопросы, которые давно меня интересовали.
Мама для бизнеса
— Маш, а где сейчас находятся твои маленькие талантливые сестренки?
— Аня Пометинская в Сочи, а Даша Шарапова в Америке. Но мы почти не видимся. Даша тренируется где-то часах в двух езды от меня.
— Как ты считаешь, у девочек есть шансы сделать такую же звездную карьеру, как у тебя?
— Ой, пока рано говорить. Они еще такие маленькие. Им сейчас 11 лет.
— Ты помнишь себя в таком возрасте?
— Да вообще не помню. Даже не помню, что играла. И если бы даже Даша выиграла какой-нибудь турнир, я бы не смогла вспомнить, что важный это турнир, не важный.
— А допускаешь возможность, что несколько лет вы могли бы с Дашей сыграть пару, красиво бы звучало “сестры Шараповы”…
— Ну… — Маша задумалась, — почему бы и нет? Просто я еще не знаю, сколько буду играть. Не думаю, что десять лет.
— Ты бы не хотела, чтобы мама как-нибудь тоже приехала поболеть за тебя, скажем, на турнир Большого Шлема?
— Я не думаю, что это нужно. Моя мама очень спокойный человек. А теннисная жизнь слишком волнительна. Ну зачем, скажите, ей каждый раз сидеть со мной на тренировках, переживать на трибунах? Это все не ее. Она ездит путешествовать в турне, и это здорово. А кроме того, она занимается всеми моими административными делами вместе с моим агентом Максом Айзенбадом и всей моей командой. Это все мои контракты — мой бизнес.
Бритвой по суевериям
— Ты давно мечтала познакомиться со Стелой Маккартни и попить с ней кофе где-нибудь в Манхэттене. Получилось?
— Пока нет, хотя я, правда, очень этого хочу. Потому что так много слышала об этой удивительной женщине от Маши Кириленко. Она так талантлива, и мне было бы очень интересно с ней поговорить.
— Но ты ведь давно планируешь собственную линию одежды — значит, у вас есть общий интерес?
— Конечно. А у Стелы на самом деле такие красивые вещи…
— Ты хотела бы создать линию спортивной одежды?
— Нет, это не будут платья для тенниса.
— А ты не обижаешься на Джоковича за то, что он пародирует тебя? Вот Надаль, например, обиделся...
— Не обижаюсь, но когда я увидела это по телевизору, то сразу его выключила. А потом сказала Джоковичу: “Ты что меня перед родителями-то позоришь?!” Ну тоже в шутку, конечно. И вообще, я думаю, то, что он делает, — это нужно, потому что это весело, это — шоу!
— Как думаешь, ты на кого больше похожа внутренне — на папу или на маму: если мама такая спокойная, а папа такой азартный?
— Я сама не знаю, в кого я такая выросла. У меня и мама не очень высокая — метр восемьдесят, и папа не очень высокий. А во мне аж 185 сантиметров! И внутренне тоже не знаю, в кого я такая.
Мне очень понравилось, когда один молодой человек спросил Машу: “А вы суеверная? А то вот мужчины-игроки иногда не бреются во время турниров?” На что Мария со смехом ответила: “А я бреюсь! Шутка!” — и рассмеялась.
Понравилось отмечать
— Скажи, у тебя изменилось восприятие Москвы за последнее время, ты ведь была в таком восторге от последнего визита во время финала Кубка Федерации?
— Мне каждый раз тут все больше нравится.
— Помнится, ты говорила, что обожаешь хорошие машины и вообще заядлый автомобилист: как насчет того, чтобы прокатиться по Москве?
— Вот это ни за что! Тут такие пробки, вообще никуда не проберешься. Так что тут я точно никуда за рулем не поеду! Но то, что обожаю хорошие машины, — это правда. Вот как раз недавно купила новую, спортивную, и подруги из салона отвезли ее ко мне домой.
— Тебе на самом деле удалось подружиться с российскими теннисистками во время финала Fed Cup — раньше ведь ты дистанцировалась от них?
— Дистанцировалась, потому что теннис сам по себе вид спорта индивидуальный. Очень трудно психологически близко общаться с человеком, а потом играть против него. Но на этот раз все было совсем иначе. Мы с девочками каждый день ходили ужинать, гулять, шутили, смеялись. Правда, на вечеринку после закрытия я уже не успевала — мне надо было улетать, но в ресторане мы все очень здорово отметили. И мне очень приятно видеть всех сейчас, спустя две недели.
— Многие говорили, что тебе будет не по себе приезжать на Кубок Кремля в третий раз — после двух неудачных предыдущих попыток?
— Для меня, действительно, этот турнир очень важен, на этот раз я хочу выступить хорошо, потому что он московский. Почти так же важен, как Большой Шлем, тут у меня особое чувство — что играешь за страну. От этого и тяжелей — с одной стороны, но с другой — так приятно знать, что с трибун будут кричать твое имя.