Если спросить сегодня любого мало-мальски сведущего в мировых реалиях человека, какая страна символизирует экономический прогресс, то наверняка в ответ услышишь: Китай. А если о том же самом поинтересоваться у жителя Поднебесной, то гарантированно вам скажут: да, прогресс у нас в стране действительно наблюдается, но это там, на юге, в Шанхае. У них там есть своя, отличная в корне от остального Китая жизнь и ее темп, поэтому если хотите узнать, какой будет наша страна в следующем веке, то все это можно прочувствовать именно и только в Шанхае. Пройтись же в пижаме и шлепанцах по центральной улице Шанхая – это не просто шик, а показатель материального и социального достатка.
Современные китайские писатели говорят, что Шанхай – это город, возрожденный из пепла прошлого. В самой Поднебесной его иногда принято называть «экспортным фасадом современного Китая», «жемчужиной Востока» и даже «китайским Нью-Йорком». Но жители Шанхая со всеми этими терминами не больно согласны. «Мы просто лучше всех, а сравнивать нас с Лондоном и Нью-Йорком – это значит мыслить категориями прошлого. Мы же летим на большой скорости в будущее».
ОТ «КУЛЬТУРНОЙ РЕВОЛЮЦИИ» ДО РЕВОЛЮЦИИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ
Шанхай, которому от роду более двух тысяч лет, на сегодня крупнейший город по численности населения в Китае.
Здесь с пригородами проживает сегодня более 20 млн. человек (Шанхай считается пятым по величине городом в мире), причем около трех миллионов человек ежедневно (по самым скромным подсчетам) приезжают сюда в поисках заработков, хотя на самом деле реальное количество этих людей никто точно никогда не фиксировал.
До 1949 года в Шанхае (что в переводе означает «город, стоящий на море», хотя на самом деле он расположен в дельте реки Янзцы, а отнюдь не у океанских берегов) находились самые высокие в Китае здания в Азии. А самым распространенным блюдом в ресторанах, находящихся на улице с самой высокой в Азии концентрацией банков и компаний под названием Бунд, был… борщ, завезенный сюда русскими белоэмигрантами в начале 20-х годов прошлого столетия.
Тогда же на дверях многочисленных ресторанов и баров Шанхая висели сами за себя говорившие таблички: «Вход собакам и китайцам категорически запрещен!» (покушать здесь могли только американцы и европейцы).
Это сегодня можно свободно зайти в любой из 1200 китайских ресторанов в финансовом районе Пудонг и отведать традиционные пельмени баотци. А еще 50 лет назад, во времена так называемой «культурной революции», ресторанов здесь не было вовсе – их считали «западным упадничеством» и «потаканием чуждой Китаю западной культуре».
В 1954 году в Шанхае распоряжением Политбюро ЦК Компартии Китая были закрыты все танцклубы, притоны, дома терпимости и казино, запрещены были женские юбки и модные прически. А в последующие годы «культурной революции» 1966–1976 годов (до самой смерти Мао Цзэдуна) все «пережитки старого» в Шанхае, как и в целом по всей территории Китая, были успешно искоренены. Тогда дотошные партработники умудрились запретить даже такие «открыто буржуазные» вещи, как рыбалка на озере или игра в шахматы.
Досталось в те годы и знаменитому в мире финансовому «шанхайскому Уолл-стриту» – Бунду. Сами местные жители называли этот район Вайтан (то есть «загородный пляж»), и проживали здесь в те годы и французы, и англичане, и американцы, а позднее и японцы. Так вот, в 1955 году было принято решение переименовать Бунд в бульвар Революции, все западные надписи на домах были сняты, а на каждом фасаде дома были вывешены портреты членов Политбюро и китайские красные флаги.
На протяжении своей многовековой истории долгие годы Шанхай богател и развивался благодаря хлопку – его в окрестностях города выращивали в большом количестве, а местные негоцианты торговали «белым золотом» по всему миру. Это уже потом Шанхай стал расти как торговый и коммерческий центр всего региона Юго-Востока Китая на других, не менее выгодных, чем хлопок, товарах.
Когда-то основная масса жителей Шанхая жила в так называемых лонгтангах – длинных переулках, на которые выходили двери всех «коммунальных домиков-квартир». А сегодня большая часть шанхайцев обитают в высотных жилых «свечках» в 26–32 этажа, имеет в пусть и небольшой по площади, но все же своей собственной квартире кондиционер, телевизор и стереомагнитофон.
«АЙ ВОНТ ТУ ЛЕРН ИНГЛИШ!»
После «хлопкового бума» в Шанхае вовсю расцвела торговля опиумом, что привлекло впоследствии к знаменитым «опиумным войнам», которые против Китая вели Англия и Франция. Соглашение об окончании этих «опиумных войн» было подписано в 1842 году, по которому Китай на долгие годы фактически полностью потерял свой экономический и политический суверенитет. А в памятном для нас 1917 году было подписано международное соглашение, по которому опиум был объявлен незаконным по всему свету, что нанесло немалый финансовый ущерб прежде всего Шанхаю и его обитателям.
Нынче самый процветающий в городе Шанхае финансовый район называется Пудонг (спроектирован он был англичанином Ричардом Роджерсом), что в переводе означает «расположенный к востоку от реки Хуангпу» (эта мутная река протекает через центр Шанхая и огибает своим спокойным течением Пудонг, отделяя его от некогда процветавшего старинного района иностранных концессий и консульств Бунд).
Кстати, идея планировки Бунда принадлежит архитектору из Нью-Йорка американцу Кону Педерсену Фоксу. Он даже как-то назвал Шанхай «самым живущим городом в мире», причем начало этой «западной жизни» в Шанхае положил именно Бунд. Эту полосу набережной длиной в полтора километра и сегодня называют «самым уникальным архитектурным музеем под открытым небом» в мире (в начале 20-х годов прошлого века его не случайно величали «Парижем Востока»).
Само название «Бунд» происходит от индийского слова, которое означает просто «полоса» или «набережная». Именно на Бунде до сих пор распространена самая популярная «местная наколка» для иностранных туристов, на которую ежегодно попадаются сотни приехавших в этот город гостей.
Дело в том, что на Бунде к вам в любое время дня может подойти весьма солидный с виду человек, молодой парень или девушка, представившиеся студентами или даже аспирантами, и попросить вас помочь им попрактиковаться в английском языке. Надо сказать, что любые иностранные языки для подавляющего числа жителей Шанхая – это нечто в ближайшем времени явно недостижимое, то, что создает серьезные трудности для любого, кто не говорит (или хотя бы не читает иероглифы) на мандарине.
Так вот, для того чтобы «попрактиковаться» в английском, вам могут предложить пройти в ближайшее кафе или ресторанчик, где услужлив