Клады дачи Бисмарка
— Владимир Игоревич, аномальная жара внесла свои коррективы в планы Управления делами Президента? Правда, что многое из имущества сильно пострадало? Знаю, что в особенно горячие деньки фасады зданий Белого дома, Кремля даже поливали водой…
— Для УДП нынешнее лето действительно было самой жаркой порой во всех смыслах. Но сразу скажу, все комплексы, где расположены высшие органы государственной власти, функционировали бесперебойно. Действительно, мы приняли жесткие меры безопасности. Был создан специальный штаб, введено круглосуточное дежурство всего нашего директорского корпуса. Ведь у нас сотни объектов, где люди отдыхают, лечатся. И многие из них расположены в пожароопасных зонах. На некоторых наших комплексах (к примеру, в “Боре”) была практически боевая обстановка — линия огня подходила к самым границам, и что-то даже перелетало на территорию. Были локальные возгорания, которые моментально тушили. Ни одна из госдач не сгорела, и спрос на их аренду был, даже несмотря на смог. Мы сделали определенные выводы, и в ближайшее время будут модернизированы пожарные части УДП.
— Верно, что от жары брусчатка на Красной площади потрескалась?
— Нет, это же не асфальт. Брусчатка — аналог гранита, и таким базальтовым камням ничего не страшно. И вообще нигде в Кремле или на Красной площади ничего не расплавилось и не рассыпалось. Но многие инженерные системы (в том числе кондиционирования воздуха) работали с максимальной нагрузкой. Потому работающим там людям тяжеловато приходилось. И в мой кабинет смог проникал.
— Если уж заговорили о Красной площади, скажите, зачем вы планируете ее снова ремонтировать? Ведь в этом году ее уже чинили и не раз.
— Если вы сейчас пойдете на Красную площадь, то советую чуть-чуть присесть и посмотреть на нее не как рядовой турист, а глазом специалиста-строителя. И она предстанет перед вами в виде очень вытянутой полусферы. Кремль ведь по-прежнему стоит на 7 холмах. Так вот и эта геометрическая фигура не является абсолютно ровной. Она волнистая. Это все результат просадки грунтов, проведения парадов и т.д. Те ремонты, что мы проводили, были локальными. “Латали” до парада в тех местах, где сильные неровности создавали серьезные трудности для прохождения войск, после парада — где разворачивалась техника (это влияло на состояние брусчатки). Но Красной площади давно нужен комплексный ремонт покрытия. Во время его мы планируем поднять все до последнего камня, и модернизировать “платформу” под брусчаткой, после чего заново уложить ее. И тогда не придется “латать” дыры в течение нескольких десятилетий. Пока в силу финансовых проблем и графика мероприятий на Красной площади мы не можем приступить к работам. Но ремонт точно будет.
— Недавно в ведение УДП передали Лобное место на Красной площади. Эксперты уже изучили, в каком состоянии находится этот уникальный памятник, и определили, какая реставрация ему требуется?
— Пока еще работы не закончены. Но и без того очевидно, что Лобное место нуждается в серьезной реставрации. Замечу, что после того как его приведут в порядок, памятник ничуть не поменяет свой облик. И он точно не будет никуда перенесен и разобран по камушкам, как некоторые напрасно опасаются. Ведь Лобное место — часть ансамбля Красной площади и находится под охраной ЮНЕСКО. Поэтому все работы, которые там будут проводиться, будут строго регламентированы.
— После ремонта оно будет выполнять какую-то новую функцию?
— Никого казнить там не будут — это точно. Думаю, что памятник будет доступен для туристов — они смогут подниматься на него, изучать, трогать.
— В ходе ремонтов и реставраций, которые проводило в этом году УДП, были какие-то исторические находки?
— Конечно, были. И самые главные из них — это, безусловно, две надвратные иконы, которые обнаружены на Спасской и Никольской башнях Кремля. В отношении других находок могу сказать, что мы в следующем году, к весне, будем заканчивать под Калининградом на берегу Балтийского моря строительство государственной резиденции. Это так называемая “дача Бисмарка”. Когда-то там действительно проживал канцлер Германии, но потом здание превратилось в руины. Так вот, когда на этом участке земли начались строительные работы, его обследовали археологи и нашли уникальные вещи.
— Неужто сокровища?
— Кладов, увы, не откопали, но нашли старинные монеты, предметы быта и культа, датированные XVIII—XIX веками. Много предметов обнаружили времен Второй мировой войны. Мы все это потом обязательно выставим на всеобщее обозрение — сделаем небольшой музей на территории резиденции.
“Синим ведеркам” место в песочнице”
— Активисты движения “Синие ведерки” в этом году уже устраивали несколько акций и готовятся к проведению новых. Как вы к ним относитесь?
— Конечно, надо наводить порядок на дорогах, но не в синих мигалках проблема. В Москве больше трех миллионов машин, из которых только менее 1000 со спецсигналами. Если представить, что завтра все “мигалки” исчезнут, никто этого даже не заметит. Как были проблемы с пробками, так и останутся. Тем более что большинство машин со спецсигналами курсирует по строго определенным маршрутам, и две трети Москвы их фактически не видит и не знает.
— Но, по-вашем