Понять озабоченность Турции созданием зон для беженцев, исходя из имеющихся данных, несложно. Как заявил министр иностранных дел страны Ахмет Давутоглу, порядка 80 тыс. сирийцев уже сейчас находятся в Турции. И беженцы продолжают прибывать — ежедневно границу пересекает порядка 4000 человек.
При этом, говоря о безопасных зонах для беженцев, Турция подразумевает введением над этими территориями бесполётной зоны, дабы сирийские правительственные силы не могли их атаковать. «Как долго еще мы собираемся сидеть сложа руки, наблюдая за тем, как целое поколение уничтожается в случайных и преднамеренных бомбардировок, целью которых являются люди?», — выразил свою озабоченность Давутоглу. «Не будем забывать, что, если мы не будем препятствовать преступлению против человечности, совершаемому на наших глазах, мы сами станем его соучастниками», — подчеркнул глава МИД Турции.
В свою очередь, российский постпред при ООН Виталий Чуркин, осудил как турецкие планы (поскольку они подразумевают военную интервенцию), так и действующие санкции Запада в отношении Сирии. «Санкции, введенные в обход Совета Безопасности ООН, — уверен Чуркин. — не имеют ничего общего с реальными усилиями по содействию урегулированию сирийского кризиса — они лишь осложняют жизнь простых граждан».
Что же касается военной интервенции, связанной с создание безопасных зон для беженцев, то в кои-то веки позиция Запада оказалась ближе к российской, а не к турецкой. Главы внешнеполитических ведомств Франции и Великобритании в ходе совместной конференции дали понять, что введение подобных зон связано со «значительными трудностями».
— Мы не исключаем ни одного варианта событий в будущем, — подчеркнул министр иностранных дел Великобритании Уильям Хейг. — Мы не знаем, как будет развиваться кризис... Но нам также важно понимать, что любые меры, вроде создания безопасных зон, требуют военного вторжения. И в этом случае всё необходимо тщательно взвесить.
От себя же Великобритания и Франция предложили пока лишь дополнительные деньги для финансирования гуманитарной помощи сирийским беженцам: по $4,75 и $ 6,2 млн. соответственно.
