Изжит ли в Америке расизм с приходом Обамы в Белый дом?

Темнокожий президент дистанцируется от афроамериканцев

15.05.2014 в 14:31, просмотров: 4799

Когда в Белый дом впервые в истории Америки вошел человек с темным цветом кожи многим показалось, что расизм в этой стране повержен. Вышло наоборот. Явление Обамы еще больше подзадорило вчерашних и позавчерашних рабовладельцев. У них всегда была причина. Теперь они нашли повод. У них всегда была цель. Теперь они нашли мишень. Когда недавно Обаму спросили является ли расизм причиной падения его рейтинга, он ответил: «Нет никакого сомнения в том, что некоторые люди не любят меня, поскольку им не по душе идея черного президента».

Изжит ли в Америке расизм с приходом Обамы в Белый дом?
фото: Александр Астафьев

Расистские медиа стали трезвонить о том, что Обама хочет посадить негров на голову белым. Трубадур крайне правых радиокомментатор Раш Лимбо, привязавшись к драке двух школьников из Иллинойса — белого и черного, сделал такой сногсшибательный, вернее, провокационный вывод: «В Америке Обамы черные парни избивают белых парней под одобрительные выкрики черной толпы!»

И Обама попался на эту удочку. Он стал отпихиваться от своих братьев и сестер по расе, чтобы заслужить признание как «всеамериканский» президент. Когда полицейский сержант Джеймс Краули подверг неоправданному аресту его друга Генри Луиса Гейтса, профессора Гарвардского университета, президент вместо того, чтобы наказать белого копа, пригласил его вместе с профессором-негром в Белый дом «на кружку пива». Инцидент был замят. Но лишь до следующего инцидента. Когда белый «дружинник» Джордж Циммерман застрелил безоружного негритянского юношу Трейвона Мартина и когда вся черная Америка всколыхнулась от возмущения, единственное, что Обама себе позволил, так это фразу, гласившую «если бы у меня был сын, он был бы похож на Трейвона Мартина». Дальше этого Обама не пошел. Он даже не упомянул в связи с этим преступлением слово «расизм».

Этого слова Обама боится и избегает насколько возможно. Как пишет публицист Джонатан Чэйт в памфлете «Цвет его президентства», опубликованном в апрельском номере журнала «Нью-Йорк» «Обама глубоко верит, что именно его расовая принадлежность спустила с цепи маниакальную свирепость его противников!»

Лавируя между Сциллой расизма и Харибдой законных требований черной Америки, Обама заблудился, не примирив с собой Сциллу и оттолкнув от себя Харибду. Он захлебывается в волнах расизма и разочарования. Ни Сцилла, ни Харибда не склонна его «простить». Расисты считают Обаму узурпатором и ждут не дождутся, когда его 43-го сменит 44-й, белый президент, и все пойдет «как надо».

Когда республиканский законодатель Джон Вильсон крикнул Обаме под сводами Конгресса «ты лжешь!» страна поначалу оторопела. Такого в истории Соединенных Штатов еще не было. Экс-президент Джимми Картер, давая оценку этому скандалу, говорил: «У многих в нашей стране имеется враждебное чувство, что афроамериканец не должен быть президентом. Этот инцидент вызван расизмом».

Но конгрессмен, обвинивший Обаму во лжи, еще сдержался. Он хотел бы сказать: «Ты лжешь, бой!» (Классическое обращение к негру-рабу, независимо от его возраста). Когда на последнем оскаровском шоу заветную статуэтку за лучший кинофильм получила лента негритянского режиссера «12 лет в рабстве» расисты заверещали, что это было сделано под давлением Обамы. В этом была своя человеконенавистническая логика: фильм негра о неграх также не может получить Оскара, как темнокожий не может быть президентом.

Конгрессмен Джон Вильсон, назвавший Обаму лжецом, представляет на Капитолии Второй дистрикт штата Южная Каролина. Там уже нет рабства, но по-прежнему есть расизм. В связи с этим расскажу о потрясающей публикации-исследовании трех социологов Рочестерского университета, которые путем статистических вычислений нашли прочную связь между количеством рабов, которые жили на юге страны в 1860 году, и избирательскими тенденциями расового консерватизма уже в наши дни. Чем больше было рабов в южных графствах и штатах 150 лет назад, тем более консервативны их нынешние белые обитатели, тем больше среди них правых республиканцев. Высокий уровень владения рабами делает белых — наследников рабовладельцев расистами по всем пунктам статистической шкалы.

Авторы исследования пишут, что освобождение рабов привело к «экономическому шоку». Возросла цена на бывший дешевый рабский труд. Реакцией на это было возрастание расизма и насилия против черных. Они стали передаваться по наследству — от отцов к детям. С другой стороны, те южане, которые имели мало рабов, по мировоззрению мало чем отличались от северян, а сейчас — от демократов. И вот вам результат. В 2012 году за Обаму на Юге проголосовали 24% белого населения, а на Севере — 45%.

«МК» уже писал (http://www.mk.ru/politics/2014/05/10/barak-obama-sovsem-zabrosil-semyu.html), что президент Обама пытается оставаться «над схваткой» даже в отношении своих близких. Но это ничего ему не дает. Консерваторы считают, некоторые из них искренне, что Обама пользуется расовыми проблемами в качестве «дьявольского оружия». Так, например, конгрессвумен Мишель Бахман обвиняла Обаму в том, что он использует «чувство вины белых перед черными» для улавливания их голосов. Это логически ложится и в попытки белых выдавать себя за жертв. Их традиционный клич гласит: «The blacкs are coming to get us!» («Черные идут, чтобы достать нас!») Любые реформы, которые пытается проводить Обама в области налогообложения, медицинского страхования, образования и др., объявляются консерваторами-расистами, подачками неграм, естественно, за счет их бывших хозяев — рабовладельцев. «Они, впадая в паранойю, обвиняют президента в том, что он «выпускает из страны дух американизма» и прочие его ценности уже одним тем, что проживает в Белом доме. Подобный расизм неизлечим. Он закодирован в ДНК его носителей. Поэтому никакой «пострасовой эпохи» не наступило с избранием Обамы президентом США. Повторяю, все произошло наоборот. Политологи Майкл Теслер и Дэвид Сирс, изучив результаты президентских выборов 2008-2009 годов, пришли к выводу, что победа Обамы выдвинула проблему расизма на авансцену политики больше, чем это было до его «явления народу». Теслер называет этот период «гиперрасоидной эрой». Трудно произносимо, но точно…

У меня был дядя по имени Михаил. Его ненависть к большевикам носила иррациональный характер. Всякое зло он приписывал исключительно их козням. Однажды мы сидели на открытом балконе. Пошел дождь. Дядя Миша, прикрываясь газетой, яростно воскликнул:

— Дождь пошел. Мать их так и так, — и выругал коммунистов.

— Но ведь это природное явление, — вставил я, чтобы позлить дядю.

— Вот вырастешь и узнаешь, какое это природное явление, — буркнул дядя.

Кстати, многие наблюдатели сравнивают нынешнюю расистскую истерию в Америке с антикоммунистической маккартистской.

Расистский словарь это целая система аллюзий и иносказаний. Сейчас ни один политик не позволит себе произнести на людях слово «ниггер». Это было бы концом его карьеры. (Это тоже бесит расистов). Но он может рискнуть и воспользоваться такими словами как «бой», «тощий», «заносчивый», «неблагодарный»... Вас может удивить это обстоятельство — мол, что в этих словах расистского? Тогда послушайте следующую фразу: «Этот тощий парень воспользовался всеми преимуществами нашей системы, получил образование в Гарварде... Стал профессором-элитистом, заносчивым и аррогантным. У него неблагодарная натура. Сейчас он хочет нарушить все то, чем раньше воспользовался». Это канонический портрет Обамы, как его малюют правые.

…Когда однажды президент Обама посетил Аризону, встречавшая его в аэропорту губернатор этого штата Джен Брювер на глазах у многочисленной публики стала тыкать ему в лицо перстом указующим. Это было похлеще вильсоновского «ты лжешь!» Все замерли как в немой сцене гоголевского «Ревизора».

В Америке нет рабства, но расизм остался. Президентство Обамы еще сильнее высветило это.

Мэлор СТУРУА, Миннеаполис.