Месяц после Послания Путина: как Россия собирается выходить из кризиса

Нам нужно поражение пораженцев — всех тех, кто предрекает нам неминуемый провал

11.04.2018 в 15:54, просмотров: 5976

Прошел месяц после Послания президента. И почти сразу же мы услышали «экспертов-пораженцев», объясняющих, почему выполнить задачи послания «ну просто невозможно». В ответ важно прояснить, почему эти задачи нельзя не выполнить, «что ныне лежит на весах» (А.Ахматова).

Месяц после Послания Путина: как Россия собирается выходить из кризиса
фото: Наталия Губернаторова

Все взаимосвязанные показатели первой части Послания ориентированы на цель: вырваться из «ловушки среднего уровня развития». Замечено, что как только страна проходит «порог» 20 тыс. долларов ВВП на душу населения (по паритету покупательной способности), у нее начинаются серьезные экономические и социально-политические проблемы. (В 2017 году этот показатель составил примерно 28 тысяч долларов.) В «ловушке» невозможно просидеть долго. Чаще всего начавшиеся кризисы сбрасывают вниз.

Для выхода прежде всего необходима структурная перестройка экономики: нужно повышать вес секторов с высокой добавленной стоимостью. Сегодня же у нас преобладают секторы с низкой маржинальностью. Без этого не растут бюджетные доходы, нет денег на развитие, на решение насущных социальных проблем. Отсюда — задачи роста ВВП, производительности труда, несырьевого экспорта.

При медленном росте повышаются политические риски, закипает нетерпение активных слоев и групп (именно на этом уровне они довольно многочисленны). Им чаще всего нет дела до реальных возможностей: «мы хотим сегодня, мы хотим сейчас». Рост социальной напряженности — барьер для взвешенных решений. В полный рост встает «закон де Токвиля»: социально-политические кризисы — это результат растущих и нереализованных ожиданий.

Императив: нужны высокие темпы и органичное развитие.

Вырваться из этой «ловушки» ой как непросто. За последние десятилетия из крупных стран это удалось лишь Южной Корее. Но дилемма очень проста: либо соберемся, вырвемся, либо на кону окажется сама государственно-историческая судьба России.

Необходимо осознать, что новое качество социально-экономического и политического развития может опираться лишь на прочный нравственный фундамент, на общероссийское единство. Необходимо наполнить содержанием то, что нас действительно объединяет поверх национальных, социальных, религиозных различий, идеологических пристрастий.

Без содержательного единства невозможно сформировать представления об общественных интересах, которые служат верными ориентирами и для власти, и для общества. Сложно принимать законы, решающие насущные проблемы (а не декларирующие «правильные» принципы), но не способные оказывать реальное регулирующее воздействие. Без общероссийского деятельного единства нет шансов на функционирование всей системы институтов, в частности, для победы над коррупцией. Порука этому — и история, и современная социальная теория.

Патриотический подъем, мощно проявившийся на президентских выборах, необходимо превратить в прочную платформу выработки ясно осознаваемой системы общих нравственных ценностей и норм, реально направляющих и индивидуальную, и общественную жизнь.

Сегодня, после Кемерова, до всех дошло, что нравственность должна стать жестким мерилом. Если общими усилиями мы не выдавим из нашей жизни привычные «авось пронесет» да «и так сойдет», то это прямой путь к национальной катастрофе.

Все это — огромный вызов для российского гражданского общества. Нам позарез нужно, чтобы оно стало больше обществом и больше гражданским. Нужно отринуть ласкающий миф о «больном государстве и здоровом обществе». Уже почти два века лелеется норма, что нравственный долг интеллигента — противостоять «злонамеренному государству». Статус многих деятелей базируется лишь на градусе их оппозиционности.

Сегодня внутри гражданского общества необходим ясный нравственный водораздел: «огненная стена» между большинством, для кого критика, борьба с мерзавцами и дураками — средство развития, и теми маргиналами, для кого цель — разрушение нашего государства. Мы это уже проходили, нужно вызубрить этот урок. Это трудная нравственная проблема, но масштаб угроз определяет действия. Убежден, что наше гражданское общество способно выстроить этот водораздел без «охоты на ведьм», оценивая каждого по делам его.

Слов нет, в государственной машине хватает мерзавцев и дураков. Борьба с ними — действительно нравственный долг гражданина. Но миссия подлинно гражданского общества, сообщества активных и ответственных граждан как раз и состоит в повышении эффективности нашего государства через систему общественного контроля.

И не надо через губу цедить, что возможности этого контроля — мизерны. Воспользуйтесь тем, что есть. Многие из видных оппонентов власти разных изводов входят в общественные советы при министерствах и ведомствах. Я знаю лишь единичные случаи, когда общественные советы выступали с обоснованной критикой принимаемых решений. Общественный контроль должен превратиться в широкое движение, стержнем которого призваны стать принципиальные и ответственные профессионалы. Принципиальность должна проявляться не столько на митингах, сколько в кропотливой повседневной борьбе за качество решений и власти и общества, за выход из «ловушки».

Не меньше проблем и в государстве. Сегодня мы вышли на новый уровень, когда качество государственного управления — уже большая проблема, чем коррупция (хотя и ее многовато). Без повышения этого качества у нас нет шансов вырваться из «ловушки».

Прежде всего нужно взломать ведомственный сепаратизм. Достаточно посмотреть на бюджетные программы, которые по идее должны быть межотраслевыми (реальные проблемы редко укладываются в ведомственные рамки). Но на деле они почти всегда узковедомственные. Качество управления ясно видно и из содержания этих программ. Цели — «создание условий для…» Почти нет конечных результатов. Когда я на совещании в Думе указал на это, мне, неразумному, ответили, что, может, все и так, но «не принимать бюджет нельзя», а качество программ повысят в следующий раз (может быть, когда-нибудь). Многие признают, что такие программы — профанация, но ведь за этой профанацией — триллионы наших денег.

Размытая сфокусированность на конечный результат — наша застарелая болезнь. Нет желания, да и требований брать на себя ответственность. Но эту болезнь нужно срочно лечить.

В Послании справедливо говорится о необходимости «оседлать» новую технологическую волну. Без этого мы не только из «ловушки» не вырвемся, а ухнем в пучины третьего-четвертого мира. Но новые технологии — это процесс, хотя и крайне важный. Конечный же результат — инновации: продукты и технологии, принятые рынком, — лучше, конечно, мировым.

С этим у нас просто беда. Прежде всего нет понимания, что инновации — это не столько про технологии, сколько про полученные в их результате деньги. Нет инновационных денег — тогда есть затраты, но нет ресурсов для дальнейшего развития. Запускается сужающаяся спираль, ведущая к катастрофе. В отчетах же — количество инновационных структур, число патентов. Все — про условия и процесс, но не про результат — деньги, нужный до зарезу ресурс развития. В результате сегодня рост затрат на науку и разработки (абсолютно необходимые) не ведет к росту темпов экономики.

Профессионалы уже давно говорят про мировой опыт: для повышения вклада инноваций в экономический рост нужна национальная инновационная система, объединяющая все ее звенья в единый процесс, заточенный под конечный результат. Попытки вырвать отдельные звенья контрпродуктивны. Сколько было заклинаний: давайте развивать венчурное предпринимательство! Послушали. За последние годы создана приличная инфраструктура поддержки венчурных проектов. Но нет инновационной системы, которая их подхватывает и доводит до конечного результата, до денег, развивающих нашу экономику. Результат: «утечка мозгов» дополнилась «утечкой венчурных проектов». Проработанные, созданные у нас, нашими «гениями», инновационные проекты приносят огромные деньги, но не нам, а иным бюджетам. «Гении», заслужили — пусть зарабатывают, но это утечка нашего будущего.

Это дорогая плата за качество нашего государственного управления. Впереди — формирование обновленного правительства. Необходимо четко поставить критерии отбора: понимание нового уровня задач и готовность им соответствовать.

Нельзя не затронуть и связь двух частей Послания. Здесь — особо много спекуляций. Без гарантий суверенитета у нас нет шанса занять хоть какую-то значимую нишу на мировом рынке инновационных продуктов. Так, каждый контракт «Росатома» рождает всплеск интриг и прямого давления наших заокеанских «партнеров». Вспомним длинную цепочку: Венгрия, Финляндия, Турция, Египет, далее везде. И это не рынок вооружений, где нам объявлена открытая война санкций. Дальше будет только жестче. Наш суверенитет и новая экономическая динамика должны быть надежно защищены.

Но дело не ограничивается интересами. Идеологические центры, где задавали тон бывшие троцкисты, сформировали псевдолиберальную идеологию — основу глобализации. Затем она обрела статус «гражданской религии», вдохновлявшей Запад на «мировую либеральную революцию».

И здесь нам не отсидеться. Продвижение псевдолиберального «мирового пожара» неизбежно порождало и продолжает порождать кризисы и революции в тех странах, где либералы не пользуются массовой поддержкой, где элиты и массы не готовы расставаться со своими глубоко укорененными ценностями и традициями. Заодно от них требовали поступаться национальными интересами в пользу воротил Уолл-стрита — главных бенефициаров этой «революции». Для всех, для кого Россия — не пустое слово, понятно, что нужно отвести от нас практически неизбежную гражданскую войну — продукт «мировой революции». Кто помнит 90-е, знает, что шансы у нее были немалые. Да и «закон де Токвиля» никуда не делся.

Борьба против этой «революции» и ее идеологических адептов, за наши ценности и традиции, за наши интересы — то есть за наш суверенитет и многополярный мир — необходимое условие «путинского прорыва» и выхода из «ловушки». Она — условие и для общероссийского единства, и для нового качества экономического роста.

Яркий пример — Сирия. Это не только продвижение на мировой рынок нашего вооружения. За нашим оружием сегодня толчея, за которой — немалые доходы. Сирия — еще и действующая модель формирования многополярного мира, доказательство того, что можно согласовывать разнородные интересы, находить развязки и строить жизнеспособные системы безопасности без «мирового жандарма».

Главное условие нашего общего успеха — широкое осознание, «что ныне лежит на весах», масштаба стоящих перед всеми нами угроз и вызовов. Следует убедить большинство наших сограждан в том, что прорыв жизненно необходим и возможен. Нам нужно поражение пораженцев — всех тех, кто предрекает нам неминуемый провал.

Замечательная историческая особенность России — способность во все времена, несмотря ни на что, сосредотачиваться и побеждать.

Победим и еще раз.

Получайте короткую вечернюю рассылку лучшего в «МК» - подпишитесь на наш Telegram.