Догнать и перегнать Туркмению: Центризбиркому России нравятся выборы без оппозиции

Чем одиозней и несвободней политический режим, тем больше восторгов он вызывает у ЦИК РФ

17.03.2019 в 14:50, просмотров: 3867

Избирательная система России вышла «на кардинально новый уровень прозрачности и доступности», объявила недавно глава Центризбиркома. И останавливаться на достигнутом ЦИК не намерен: «оздоровление, совершенствование и развитие» продолжаются. Но неплохо было бы еще понять направление движения. Систему координат. Обозреватель «МК» попробовал взять в качестве координатной сетки отчеты циковцев по наблюдению за выборами в других странах. И получил поистине обескураживающий результат.

Догнать и перегнать Туркмению: Центризбиркому России нравятся выборы без оппозиции
Фото: cis.minsk.by

«Куда ж несешься ты? Дай ответ. Не дает ответа...» Не вполне был прав Николай Васильевич: ответ вполне можно уловить. Надо лишь уметь прислушиваться. По мере развития информационных технологий эта задача все более упрощается. Достаточно четкое представление о векторе нашего движения и оставленном за плечами километраже дают материалы и документы, размещенные на сайте российского Центризбиркома. Если исходить из того, как там оценивают окрестную электоральную реальность, мы, ура, уже серьезно опережаем Америку. Но все еще не дотягиваем до Туркменистана.

Что такое хорошо...

Впечатление, которое произвели последние выборы президента Туркмении (12 февраля 2017 года) на командированных на них в качестве наблюдателей членов ЦИК, нельзя назвать иначе как восторженным. «Организовано все было великолепно, — рапортовал Валерий Гальченко. — Избирательные участки располагались в достойных помещениях. Легко было найти место голосования». Полон был положительных эмоций и его коллега Сергей Сироткин: «Выборы прошли гладко, открыто и прозрачно. На любой вопрос сразу давали исчерпывающий ответ — никаких тайн не было». Отдельной похвалы россиян удостоились «техническая оснащенность избирательных участков» и высокий уровень подготовки членов избирательных комиссий.

Но, пожалуй, больше всего восхитила посланцев Центризбиркома атмосфера туркменских выборов. «В Туркменистане сильны добрые наши советские традиции, — отметил Валерий Гальченко. — Избиратели шли на выборы как на праздник. Практически везде играла живая музыка». Особенно тронула циковца увиденная им сцена голосования невесты в национальном свадебном наряде: «Получать документы этой избирательнице помогали, так как самой ей это было сделать крайне сложно. Однако к кабинке для голосования она направилась самостоятельно». Короче говоря, членам ЦИК понравилось буквально все: и организация, и ход голосования, и настрой электората.

Для справки: победу на тех выборах в очередной раз одержал Гурбангулы Бердымухамедов, правящий страной с конца 2006 года. С результатом 97,69 процента. Ближайший из восьми «преследователей» — зампред государственного объединения пищевой промышленности Максат Аннанепесов — набрал 1,02 процента... Оппозиция, большая часть лидеров которой во избежание ареста находится в эмиграции, назвала выборы спектаклем, в которой альтернативным кандидатам отводилась роль подтанцовки. «Кандидатов не знают в стране, но они бойко призывают голосовать за действующего президента», — указывал, к примеру, Нурмухаммед Ханамов, пребывающий в изгнании глава Республиканской партии Туркменистана.

По оценке Ханамова, «положение в Туркменистане мало отличается от положения в Северной Корее». Примерно так же оценивают ситуацию европейские наблюдатели. «Президентские выборы проходили в строго контролируемой политической обстановке, — гласил отчет миссии ОБСЕ. — Доминирующее положение действующего президента и отсутствие подлинной оппозиции и разумного плюрализма ограничивают выбор избирателей... Хотя наличие девяти кандидатов создавало видимость политического разнообразия, оно не предоставило избирателям реального выбора между политическими альтернативами, поскольку платформы кандидатов не различались между собой».

Однако российские наблюдатели ничего такого не заметили. Ну или не сочли это достойным внимания. В отличие от нарядов восточных красавиц. И если кто-то считает, что это некое исключение из правил, субъективное мнение отдельных членов ЦИК относительно отдельно взятой кампании, то он в корне ошибается: выборы в Туркменистане всегда оцениваются в Центризбиркоме очень высоко. В прошлом году там побывал другой член ЦИК — Василий Лихачев, принявший участие в наблюдении за выборами в меджлис, парламент. И также нашел положение дел превосходным.

«Могу с учетом своего политического и дипломатического опыта сказать, что в ходе этой кампании и в день голосования все нормы и критерии, которые мы называем общими и общепризнанными стандартами избирательного права, здесь были полностью соблюдены, — подвел Лихачев итоги своей наблюдательной работы. — Общепризнанные электоральные стандарты равноправия, конкуренции, открытости проявились на этих выборах».

Было бы, однако, несправедливостью утверждать, что к выборам в других бывших братских республиках, а ныне братских автократиях — Узбекистане, Казахстане, Таджикистане, Белоруссии, Азербайджане — в российском ЦИК относятся по-иному. Оценки, правда, чуть менее эмоциональны, а кое-где циковские наблюдатели находят даже отдельные «технические» недостатки. Но общий вердикт всякий раз позитивен: выборы были свободными, открытыми, конкурентными, отвечали всем международным нормам.

Границами СНГ электоральный парадиз не ограничивается. Ни одного худого слова не сказали наблюдатели ЦИК о выборах в Мьянме и Венесуэле. Полное торжество демократии обнаружено ими даже в Сирии. Даром что там полыхает гражданская война и оппозиция бойкотирует электоральные процедуры. «Выборы прошли в предусмотренные Конституцией сроки, в демократической и транспарентной форме, — гласит отчет о наблюдении за последними выборами президента САР (июнь 2014 года), подписанный членом ЦИК Антоном Лопатиным. — Сирийский народ своим массовым участием в процессе выборов... показал свою приверженность демократическому развитию страны под руководством ее безусловного лидера — Башара Асада».

Особенно порадовало представителя ЦИК то, что сирийский народ любит не только своего, но и нашего национального лидера: «На каждом избирательном участке мы чувствовали доброе отношение сирийцев к России и Президенту Российской Федерации В.В.Путину». Тем же, кто не верит в искренность этих чувств и тем паче в чистоту, конкурентность и транспарентность сирийских выборов, — стыд и позор: «Позиция ряда стран, заранее объявивших о непризнании выборов в Сирии,... является наглядным примером применения двойных стандартов в избирательной сфере, попранием прав человека и демократических ценностей».

Ну а на десерт — Судан, тоже весьма специфическая держава. С более чем своеобразным главой. Это, пожалуй, единственный действующий правитель в мире, на которого выдан ордер на арест: президент Судана Омар аль-Башир обвиняется Международным уголовным судом в военных преступлениях и преступлениях против человечности. К власти аль-Башир пришел в 1989 году в результате военного переворота и с тех пор с ней не расставался. Понятно, что одними либеральными методами столь длительное пребывание на троне не обеспечить. Задача, как и в других подобных случаях, решается с помощью подавления инакомыслия и декоративных выборов, на которых у оппозиции нет никаких шансов.

Так, по крайней мере, принято считать в тех странах, где оппозиция и власть меняются местами в результате выборов, а не переворотов. Однако у российского Центризбиркома совершенно иное мнение на сей счет. На сайте комиссии красуется «Отчет Российского общественного института избирательного права о наблюдении за голосованием на общенациональных выборах в Республике Судан (13–15 апреля 2015 года)». И судя по этому документу, никаких проблем с демократией в Судане нет: «Выборы в целом отвечают международным избирательным стандартам... Процесс голосования и подсчета голосов организован на достаточно высоком уровне... избирателям созданы условия для свободного волеизъявления».

Более того, наблюдатели-общественники, с которыми, надо полагать, полностью солидарны в ЦИК (иначе не стали бы размещать их произведение на своей интернет-площадке), считают Судан примером для других стран и континентов: «Эксперты приветствуют сохранение и приумножение национальных традиций в процедурах воспроизводства властных институтов в Судане, основанных на исторических, религиозных, культурных и географических особенностях государства. Особенно это ценно в условиях беспрецедентного давления отдельных «поборников демократии», пытающихся создать однополярный мир, лишив нации и народы суверенитета и самоидентификации».

В общем, на кого нужно равняться, ясно. Теперь попробуем выяснить, кто позорит планету.

…И что такое плохо

Если судить по материалам, обнародованным ЦИК, хуже всего дела с выборами обстоят в США. В наблюдении за последней федеральной избирательной кампанией в Штатах, промежуточными выборами в Конгресс (6 ноября 2018 года), принял участие Борис Дьяконов, занимавший до недавнего времени пост руководителя управления внешних связей аппарата Центризбиркома. Вернувшись из Америки, Дьяконов поделился своими впечатлениями на заседании ЦИК. И впечатления эти преимущественно негативные: проблема на проблеме сидит и проблемой погоняет.

Во-первых, нет «единого органа, который проводил бы федеральные выборы», на уровне же штатов и муниципалитетов «выборы организуются исполнительной властью», что опять же непорядок. Отсутствуют ограничения на «финансирование выражения мнений в ходе избирательных кампаний», сиречь на предвыборную агитацию. Процесс подсчета голосов «никем по большому счету не наблюдается». Американцы, отбывающие тюремный срок, лишены возможности участия в выборах... Правда, в этом пункте, признал Дьяконов, ситуация аналогична российской: наши зэки тоже не имеют права голосовать. Но есть нюанс. «У нас эта норма прямо предусмотрена Конституцией России, — доказывал Дьяконов. — А у них в конституции этой нормы нет». То есть налицо нарушение конституционных прав американских граждан.

Попенял тогда чиновник Штатам и «на раздутую истерию по поводу кибербезопасности и вмешательства в выборы», грозящую, мол, цензурой, и на многое другое. В выводах, впрочем, был сдержан. Точнее, никаких выводов и не было. Факты, факты и факты. Возможно, Дьяконова останавливал статус участника миссии БДИПЧ ОБСЕ — именно в этом качестве он был в США. Но можно найти массу других заявлений, отчетов и докладов, сделанных членами ЦИК, которые с лихвой восполняют пробел. Среди этой кипы материалов следует выделить документ под названием «Дистанционный мониторинг выборов президента США 6 ноября 2012 года».

Доклад примечателен и своей статусностью — судя по шапке документа, он выражает коллективную позицию всего Центризбиркома, — и объемом (240 страниц), и бескомпромиссностью оценок. «Выборы президента США не прямые, не всеобщие, не равные и проводятся с нарушением принципа тайны голосования, — гласит итоговый вердикт ЦИК РФ. — Президент США избирается не голосами избирателей, а голосами выборщиков коллегии выборщиков». В связи с этим ЦИК РФ настоятельно рекомендует Соединенным Штатам кардинально переработать свое законодательство, в том числе и Основной закон: «Конституция США нуждается во внесении изменений и дополнений».

Конечно, воды с тех выборов утекло немало, но можно с уверенностью сказать, что документ не утратил своей актуальности. Во-первых, он по-прежнему висит на сайте ЦИК, причем не где-нибудь, а в разделе «Актуальные темы». Во-вторых, Америка проигнорировала рекомендации ЦИК: не стала менять ни Конституцию, ни ключевые нормы избирательного законодательства. Практика, с точки зрения Центризбиркома, тоже как минимум не улучшилась. Об этом свидетельствуют и Борис Дьяконов, и другие очные и заочные свидетели заокеанских неустройств: материалы, обличающие несовершенство американских выборов, на сайте ЦИК присутствуют, что называется, в ассортименте.

Заголовки их говорят сами за себя: «Мертвые души» американской демократии», «Когда все средства хороши: об использовании сомнительных избирательных технологий в ходе президентской кампании в США», «О нарушениях избирательного законодательства на выборах в США», «О практике манипулирования границами избирательных округов в США», «О сохраняющихся расовых проблемах избирательной системы США»... И наконец, жемчужина коллекции — «Президентская кампания в США: выбор непредсказуем». Последний заголовок — квинтэссенция критики. И, похоже, ключ к постижению принципа, по которому овцы отделяются от козлищ.

Нетрудно заметить, что наиболее высокие оценки циковцев, как правило, получают те страны, где выборы напрочь лишены какой-либо интриги. Прекрасны, так сказать, без извилин. Ну и наоборот: чем сложнее политическая система, чем значительнее элемент импровизации в избирательных кампаниях, тем меньше у их организаторов шансов заслужить похвалу российского Центризбиркома. Порицанием американских выборов здесь отнюдь не ограничиваются.

Вот, к примеру, избранные места из доклада, посвященного выборам в парламент Германии: «Политические партии... обладают неравными правовыми возможностями... Финансирование выборов и предвыборной агитации является недостаточно регулируемым и непрозрачным, что не соответствует международным избирательным стандартам... Принцип открытых и гласных выборов реализуется в неполном объеме... Зафиксированы случаи использования административного ресурса... Выявленные нарушения... не позволяют сделать вывод о четкой и тщательной организации процесса голосования».

А это — о выборах в Швеции: «На ряде избирательных участков отмечены факты пропажи и смешивания избирательных бюллетеней разных партий... Некоторые граждане жаловались на то, что им не дали принять участие в выборах, поскольку они уже оказались в списках проголосовавших... Эксперты высказывают вполне обоснованные сомнения по поводу соблюдения принципа тайны голосования». Похожие оценки выставляются выборам и референдумам, проводимым в Великобритании, Франции, Испании, Голландии, Канаде и прочих западных странах.

Идем на Восток

Критика не лишена оснований: скрупулезно перечисляя нарушения и отклонения от международных электоральных стандартов, центризбиркомовцы и привлеченные ими эксперты, как правило, не искажают реальности. Ну, или, по крайней мере, искажают не слишком сильно. Но, как говорил мудрый сэр Уинстон: «Демократия — наихудшая форма правления, если не считать всех остальных». Выборы в странах «классической» демократии, не «народной» и не «суверенной», при всех их несовершенствах, это все-таки выборы. А то, что на все лады расхваливают циковские наблюдатели, — пародия на них. Смотр строя, песни и верноподданничества.

Если члены ЦИК и впрямь убеждены, что звучание на избирательных участках живой музыки важнее наличия в стране живой оппозиции, то дело худо. Скоро в России «будет хороший китайский интернет», предрекал, помнится, несколько лет назад экс-советник президента «по Интернету» Герман Клименко. И как в воду глядел: тенденция, как говорится, налицо. Но что, если «хорошим китайским интернетом» дело не ограничится? Что, если это лишь гарнир к основному блюду — «хорошим туркменским выборам»?

Кто-то, правда, наверняка скажет, что мы уже давно догнали Туркменистан. И будет не прав. Точнее, не совсем прав. В каких-то регионах туркменизация, возможно, действительно уже пройденный этап. Но пока не в масштабах всей страны. Об этом свидетельствуют в том числе и данные самого Центризбиркома: в период подготовки и проведения последних президентских выборов в ЦИК «поступило и было рассмотрено 6059 обращений, содержащих сведения о нарушениях (по мнению заявителей) законодательства о выборах, из них факты нарушений подтвердились по 446». В Туркмении же на выборы никто не жалуется. Что вполне логично: нет выборов — нет и нарушений. В общем, есть еще куда расти. Или, если угодно, падать.

Есть, однако, мнение, что в своих оценках циковцы руководствовались не столько принципами, сколько геополитикой. В самом деле: список стран, в которых, по версии российских наблюдателей, проходят «правильные» выборы, практически один в один совпадает со списком наших «стратегических партнеров». Ну а «неправильные», как нетрудно догадаться, проводятся теми, кто с нами дружить не желает. Короче говоря, двойная мерка: друзьям — почтение к «национальным традициям в процедурах воспроизводства властных институтов», врагам — международные стандарты.

Такое объяснение несколько успокаивает. Цинизм все-таки предпочтительнее безумного доктринерства. Впрочем, по большому счету хрен ничуть не слаще редьки. Ведь в этом случае можно — и даже нужно — допустить, что вариативный подход находит применение и внутри страны: что позволено юпитерам, то категорически воспрещается их оппонентам. То есть движемся мы, как ни крути, по той же дорожке, по которой до нас прошагали Гурбангулы Бердымухамедов и его подданные.

Возможно, Центризбирком предложит какую-то иную трактовку своей амбивалентной наблюдательной активности. Но пока не предлагает. Пока там славят выборы а-ля Туркменистан, заставляя подозревать, что они-то и являются конечной целью «совершенствования и развития». Прозрачные, блестяще организованные, технически оснащенные. И безальтернативные.