В Армении сошлись герои народа и войны: кому нужен Карабах

Кочарян и Пашинян решают, какой должна стать республика

28.05.2019 в 14:10, просмотров: 11783

Прошло чуть больше года с тех пор, как премьер-министром Армении стал Никол Пашинян. И больше 25 лет минуло с подписания Соглашения о прекращении огня в Нагорном Карабахе. Долгое время Арцах, как еще называют Нагорно-Карабахскую Республику, и Армения находились под властью карабахских кланов, но ситуация изменилась. Ереван грозит своим бывшим президентам, героям самопровозглашенной республики, тюремными сроками за коррупцию и узурпацию власти. Журналист «МК» посетил обе страны, чтобы узнать, что изменилось в жизни армян за последнее время.

В Армении сошлись герои народа и войны: кому нужен Карабах
Никол Пашинян.

Первое, что бросается в глаза спустя год после вступления в должность нового премьера, — это изменившаяся риторика армянских чиновников. Ранее представители администрации президента и правящей тогда Республиканской партии без зазрения совести называли Пашиняна шпионом Азербайджана и агентом влияния США. Теперь его позиционируют как надежду армян на демократию и процветание, а прошлое стараются не вспоминать или делают это с улыбкой. Неспособных перестроиться заменили на молодых людей с горящими глазами, которые верят в свершившуюся революцию и светлое будущее.

Но каких-то серьезных изменений в повседневной жизни не видно. Смена эпох пока отражается не в политике и экономике, а скорее в мироощущении. Если два года назад многие отмахивались от политических вопросов и считали, что ничего изменить невозможно, то теперь у каждого есть свое мнение о будущем Армении, которое он считает необходимым защищать. Только за последние несколько месяцев республику потрясли скандалы из-за выступления в парламенте трансгендера, заявления жены премьера Анны Акопян о бессмысленных жертвах в войне за Нагорный Карабах и намаза в Степанакерте. Далеко не все армяне готовы принимать такие новшества. Скептики утверждают, что за год рейтинг Пашиняна упал с 80 до 50%. Правда, сам премьер-министр утверждает, что в него по-прежнему верят 80% жителей республики, причем если раньше они голосовали за него в знак протеста против Саргсяна, то теперь видят реальные достижения новых властей.

Определенные изменения, конечно, есть. Но гостям Армении они в глаза не бросаются. Многое осталось совершенно таким же, каким было при прошлых правителях. Все тот же повсеместный мусор — пакеты, битое стекло, бумага и прочие отходы валяются возле жилых домов, памятников, церквей и так далее. Даже побережье Севана, одного из символов армянской республики, захламлено по всему периметру. Все те же разбитые дороги, хотя власти утверждают, что в 2019 году приведут в порядок не меньше 300 километров путей. Еще из грустного — это брошенные дома, которые превратились в руины молодой страны. Люди строили себе каменные дома, будто желая подчеркнуть родство с горами, окружающими их родину. А через несколько лет они бросали жилище в поисках лучшей доли за границей. Дома ветшали, превращаясь в печальное напоминание о мечте армян построить великую республику.

Статистика пока тоже не свидетельствует о каких-то серьезных экономических достижениях новых властей. Например, Пашинян утверждает, что с начала 2018 года властям Армении удалось создать около 50 тысяч новых рабочих мест. На практике 66% из них — это бизнес, выведенный из тени, 19% — выпали на время правления Саргсяна, а 14% — сезонный фактор. То есть себе в актив Пашинян может записать только 1% новых рабочих мест. Даже правительственная программа экономического развития не предусматривает никаких революционных прорывов. Например, к 2024 году экспорт товаров планируют увеличить до 43–45% ВВП, но уже к концу 2018 года он составлял 40,4%. Ежегодный рост ВВП хотят разогнать до 5%, но с 2011 по 2018 год он в среднем рос на 4,4%.

Пока Никол Пашинян выезжает за счет «больших сражений», которые так нравятся людям. Тот же полугодовой процесс с попыткой посадить за решетку нелюбимого в народе экс-президента Роберта Кочаряна. Новый премьер-министр фактически стал заложником общественного мнения, изначально не зная, что делать в должности главы правительства. В этом смысле настоящее испытание для новых властей начнется после того, как наиболее одиозные политики прошлого окажутся за решеткой. И народу потребуются другие достижения.

Приговор коррупции

Суд над вторым президентом Армении Робертом Кочаряном воспринимается в армянском обществе как суд над целой коррупционной империей. Именно Кочарян выстроил преступные схемы, которые охватили всю Армению и Арцах, уверено подавляющее число армян. Однако победить Кочаряна непросто. Суд над ним длится почти год, но за этого время его уже дважды освобождали из-под стражи. В первый раз представители Фемиды посчитали, что бывшего президента должна спасти неприкосновенность, которая дается всем бывшим главам Армении. Во второй раз, 18 мая, для этого хватило поручительства действующего и бывшего президентов Арцаха Бако Саакяна и Аркадия Гукасяна. Последнее освобождение Кочаряна погрузило Армению в ступор. Не менее 80% населения страны винят его чуть ли не во всех своих бедах.

Причем народу мало посадить за решетку только Кочаряна, туда же они хотят отправить Саргсяна. «Люди прямо критикуют меня за то, что Серж Саргсян пока еще находится на свободе. СМИ и общественные организации недовольны этим. Но ведь это не я решаю, кому быть на свободе, а кому сидеть в тюрьме. Решают следственные органы, и делают это не по политическим соображениям, — рассказал «МК» премьер-министр Армении Никол Пашинян. — Если бы вопрос решался в политической плоскости, Саргсян давно бы сидел в тюрьме... Но у нас главенствует закон. Выдвигать обвинения можно только на основании конкретных фактов и доказательств. Сегодня Армения является такой страной, где бывшие президенты, министры и рядовые граждане равны перед законом».

Однако на стороне Кочаряна и Саргсяна все еще находится ряд влиятельных в Армении людей. Во-первых, сменились далеко не все судьи и чиновники среднего и нижнего звена. Во-вторых, не все представители экспертного сообщества с радостью восприняли перемены, которые начал Пашинян. Они считают, что премьер-министр сводит личные счеты с Кочаряном, вместо того чтобы выполнить свои обещания по построению процветающей Армении.

Когда стало известно, что суд во второй раз отпустил Кочаряна, Пашинян не стал этого терпеть. Тем же вечером на улицах Еревана стали собираться протестующие против решения суда, а еще через день премьер объявил о начале нового и самого главного этапа «бархатной революции» — чистки судебной ветви власти от сторонников прежних властей. Во-первых, все судьи предоставят полную информацию о своих доходах и имуществе. Во-вторых, если решение ЕСПЧ было оспорено в суде, его уволят. В-третьих, если судья понимает, что не сможет выносить честные решения, он тоже должен уйти с работы. В том числе для этого власти республики готовы внести изменения в Конституцию.

Пашинян под микроскопом

Еще два года назад жители Армении воспринимали коррупцию как данность, которая вредна, но благодаря которой можно получить свою выгоду. Сегодня борьба с коррупцией — тема номер один в Ереване. Впрочем, в феврале 2019 года это не помешало 22 летнему сыну замглавы комитета госдоходов Армении Арутюну Машадяну стать прокурором военного гарнизона Еревана. Мать отца Машадяна приходится двоюродной сестрой матери жены Пашиняна.

Коррупция никуда не делась, но ее проявления моментально придаются огласке. Коррупционеров стало гораздо меньше, хотя при желании все еще можно «договориться». Но теперь это делается в атмосфере страха, а не вседозволенности, как было раньше. Кроме того, сократилась доля теневой экономики. В начале 2019 года теневая экономика в Армении составила 23,3% ВВП страны. Для сравнения: в 1989 году теневая экономика составляла 21,2% экономики Армянской ССР.

В последние годы правления Саргсяна из страны начали уезжать даже те, кто, в общем, считался вполне зажиточным —имел хорошую работу, семью и дом. Отъезд среднего класса из страны фактически стал приговором прежним властям, Пашинян только привел его в исполнение. От армян часто можно услышать, что они хотели бы, чтобы во внутренней политике премьер-министр действовал, как Михаил Саакашвили во время своего правления в Грузии. Но у Пашиняна более спокойный и взвешенный характер. На этом фоне люди переживают, что начатые преобразования в республике могут остановиться так же внезапно, как начались год назад. Некоторые шутят, что, когда Пашинян сбреет бороду, Армения вернется к дореволюционным реалиям.

Некоторых смущает, что в парламент не прошли многие гражданские активисты, которые принимали участие во всех протестах последних лет. Зато депутатами стали дети тех, кто входил в окружение первого президента Армении Тер-Петросяна. По некоторым оценкам, таких людей в правящей партии «Мой шаг» насчитывается около 60%. Как известно, Пашинян тоже выходец из его команды. Такую ситуацию связывают с проявлением коррупции, хотя признают, что во многом к этому привело отсутствие в стране собственной политической школы, в рамках которой могла бы готовиться политическая элита. Из-за этого новые власти были обречены обратиться к «хорошо забытому старому».

У кадрового обновления есть еще одна проблема — финансовая. Например, мэр Арташата получается около 200 тысяч драм в месяц (400 долларов), а мэр Еревана — около 300 тысяч драм (600 долларов). Представители среднего класса, успешные бизнесмены, отказываются от государственных должностей, так как не хотят терять в деньгах (зарплаты в частном секторе в среднем в три раза выше, чем на госслужбе), а воровать не собираются. Представители команды Саргсяна получали те же деньги, но не были скованы моральными принципами.

На смену старым чиновникам пришлось набирать людей, у которых зачастую нет достаточного опыта работы. Зато у них горят глаза, и они верят, что сделают Армению счастливой.

Пашинян встретился с группой российских журналистов. Фото: primeminister.am

Российских журналистов, понятно, наравне с внутренней политикой новой Армении интересует и международный вектор развития страны. Никол Пашинян во время встречи с представителями российских СМИ, среди которых был и корреспондент «МК», заявил, что придерживается союзнических отношений с Россией и в целом доволен армяно-российскими отношениями, хотя есть нюансы, которые нужно урегулировать. Например, он продолжает добиваться понижения цен на газ, считая, что нынешние цены или тем более их рост бьют по Евразийскому экономическому союзу.

Знакомые Пашиняна говорят, что внутренне он всегда тянулся к России и эта тяга сохранилась до сих пор. А сейчас они переживают, что Москва по каким-то своим причинам относится к республике с настороженностью, поддерживает Кочаряна и так далее.

Кстати, в отношениях с США тоже есть проблемы. Премьер регулярно делает заявления о том, что Вашингтон мог бы увеличить поддержку республики, но не делает этого. Зато идет финансирование различных неправительственных организаций.

Страна зеленых гор

Проблемы Армении неразрывно связаны с Арцахом. На следующий день после того, как Пашинян стал премьер-министром, он отправился в Нагорный Карабах. Непризнанная республика в сознании многих является оплотом экс-президентов Кочаряна и Саргсяна, которые получили звания героев, воюя за ее независимость. Однако это не совсем так.

Значительная часть территории Армении покрыта «ржавыми камнями». Из-за этого там сложно заниматься земледелием. Зато, как только вы переезжаете границу с Арцахом, в глаза бросаются горы, покрытые лесами. Может быть, поэтому дела в самопровозглашенной республике, по крайней мере, внешне обстоят лучше, чем во многих регионах Армении. Для страны, которая была практически полностью уничтожена войной в начале 1990-х годов, это безусловное достижение и повод для гордости.

фото: Артур Аваков
Архиепископ Арцахской церкви Паргев Мартиросян.

Глава правительства Арцаха Григорий Мартиросян утверждает, что последние 10 лет ВВП республики растет на 10% в год. Бюджет Арцаха составляет 220 миллионов долларов. При этом по ВВП на душу населения Нагорно-Карабахская Республика уже обогнала Армению. Безработица составляет 12–13%, а пенсия — 40 тысяч драм (1000 драм равняется примерно 2 долларам) при прожиточном минимуме в 60 тысяч драм.

Большую роль в развитии экономики играет диаспора. Она помогает с инвестициями, заключением выгодных контрактов и так далее. Например, с ее помощью удалось договориться о добыче в Арцахе золота. Предприятия зарегистрированы в Ереване, а работают на территории непризнанной республики В результате никаких претензий к деятельности не возникает. В регионе добывают щебень, развивают сельское хозяйство и так далее. До половины строек в Нагорном Карабахе проводится за счет республиканского бюджета. Глава Госсовета утверждает, что теоретически они могут обогнать Армению по росту экономики, однако не ставят перед собой такой цели. Уже сейчас Арцах уступает в экономике только Еревану, но демонстрирует сопоставимые данные по сравнению с другими областями.

По словам архиепископа Арцахской церкви Паргева Мартиросяна, секрет успеха НКР заключается в том, что все ее жители помогают и прислушиваются друг другу, а если критикуют, то всегда предлагают альтернативу. Глава Нагорно-Карабахской церкви, кстати, тоже носит звание героя. Священнослужитель получил это звание за восстановление церквей родного Арцаха. И владыка Паргев считает, что год правления Пашиняна — слишком малый срок для того, чтобы оценивать его деятельность. «Пока премьер только входит в курс дела, запускает реформы. Оценивать его сейчас — значит быть несправедливым» — говорит религиозный лидер.

А вот миротворческая инициатива жены Пашиняна, которая называется «Женщины во имя мира», ему по душе. Внутри Армении консервативные круги успели обвинить ее в предательстве, но глава Карабахской церкви уверен: «Война — это большое горе для всех. Надеюсь, что больше не придется воевать за Арцах». Он неоднократно встречался со священнослужителями из Азербайджана и считает, что там его коллеги придерживаются аналогичного мнения. В последний раз они виделись в ноябре 2016 года, после Апрельской войны.

фото: Артур Аваков
В монастыре Дадиванк школьники вспоминают погибших в Апрельской войне 2016 года.

Архиепископ готов идти на компромиссы с Баку ради установления крепкого мира и возобновления дружеских отношений и даже допускает рассмотрение вопроса о возвращении Азербайджану некоторых районов из «пояса безопасности» вокруг Нагорно-Карабахской Республики. Правда, для этого сначала нужно получить гарантии со стороны азербайджанских властей, что те не воспользуются ситуацией для наступления. Как минимум для диалога в этой сфере нужно, чтобы Баку отказался от воинственной риторики в отношении армян. Это было бы первым шагом на пути к восстановлению доверия, необходимому для поиска компромисса.

фото: Артур Аваков
Церковь Покрова Божьей Матери в Степанакерте.

К слову, ни в Армении, ни в Арцахе никто не считает азербайджанцев своими врагами. Все говорят, что воюют с режимом Алиевых.. К рядовым азербайджанцам негатива нет, больше того, некоторые из них ездят в Армению отдыхать. Официальные лица утверждают, что азербайджанцы в частном порядке могут приехать даже в Нагорный Карабах и остаться там жить, правда, случаев таких не было. Но виной тому не столько политика Степанакерта, сколько решение Баку запрещать въезд в Азербайджан всем, кто посетил самопровозглашенную республику.

Министр иностранных дел Арцаха Масис Маилян, который может стать следующим президентом самопровозглашенной республики, о Пашиняне также отзывается добрым словом. Он не сомневается, что премьер-министр соседней страны сразу же придет к ним на помощь в случае какой бы то ни было опасности. Предложение Пашиняна о возвращении Степанакерта за стол переговоров с Баку кажется ему вполне здравым. МИД НКР готов сделать это сразу же, как азербайджанские власти дадут свое согласие.

Но голоса поддержки в адрес новых армянских властей не должны вводить в заблуждение. С начала века Арменией правили герои войны в Нагорном Карабахе Роберт Кочарян и Серж Саргсян. Теперь первый отбивается от обвинений в узурпации власти, а второй наблюдает за тем, как в отношении его родственников возбуждается одно антикоррупционное дело за другим. В Арцахе неохотно комментируют эту тему, но признают, что жители Армении сделали свой выбор и его нужно уважать. Там не сомневаются, что представители старой власти больше не вернутся в правящую элиту, а те, кто успел «переобуться», не станут помогать реставрировать прежний режим. Но многие карабахские чиновники уточняют, что не готовы «восхищаться Пашиняном заранее».

Билборды и стенды с изображением героев Арцаха в Степанакерте встречаются повсеместно — на улицах, в парках, на стенах домов, в офисах... Есть среди них и портреты Саргсяна и Кочаряна. Местные жители говорят, что политика отдельно, а война отдельно. Люди избегают мысли о том, что герои могут оказаться преступниками. Культ защитников родины играет слишком большую роль, чтобы допускать подобные суждения. Это распространяется в том числе и на сторонников Пашиняна в Арцахе, которых тоже много, особенно среди молодого поколения.

Архиепископ Паргев довольно точно описал суть взаимоотношений между жителями НКР. Однако у братства и взаимовыручки есть обратная сторона медали. В Нагорном Карабахе живут всего 150 тысяч человек, из которых 50 тысяч — в Степанакерте. Все друг друга знают и получают должности в зависимости от родства, дружбы, связей. Никто не видит в этом ничего предосудительного. В том числе поэтому многие карабахцы настороженно относятся к Пашиняну — он не из их числа и ломает в Армении понятную им систему власти. Но Нагорный Карабах 25 лет назад выбрал свой путь — вместе с Арменией. И намерен идти по нему дальше, невзирая на любые изменения.