Когда демократия поедает саму себя: чему Израиль может научить Россию

Даже в странах с либеральными традициями политики часто не готовы к компромиссам

30.05.2019 в 15:39, просмотров: 7209

В ночь с 29 на 30 мая 2019 года в Израиле произошло событие, не имеющее прецедентов в истории страны — да и с любой точки зрения экстраординарное: избранный лишь менее двух месяцев назад, 9 апреля, парламент принял закон о самороспуске. Проработал этот, 21 й, состав Кнессета всего месяц: его первое заседание прошло 30 апреля. И вот — всё… Как же такое могло случиться?!

Когда демократия поедает саму себя: чему Израиль может научить Россию

В странах парламентской демократии, к которым относится и Израиль, первейшая задача народных избранников — сформировать правительственную коалицию. Последовательно встретившись с представителями всех парламентских фракций, президент государства Реувен Ривлин 17 апреля поручил Биньямину Нетаньяху, бессменно находящемуся на посту премьер-министра с 2009 года, сформировать правительство вновь. Действующее законодательство отводит на это 42 дня, которые истекали поздним вечером 29 мая. Несмотря на интенсивные и изнурительные переговоры, которые Нетаньяху и его доверенные лица вели с потенциальными коалиционными партнерами из шести различных партий, достичь согласия, которое позволило бы сформировать правительство, пользующееся поддержкой хотя бы минимального большинства депутатов Кнессета, не удалось, а попытки создать широкую коалицию национального единства (за что выступил, в частности, председатель Ассоциации дружбы граждан Израиля и России д-р Зеэв Ицхар) даже не было предпринято. «Меня не радует позиция Либермана на коалиционных переговорах. Так и до новых выборов можно докатиться», — отметил 26 мая руководитель Центра изучения Израиля и диаспоры Юрий Гиверц. Увы, этот прогноз сбылся: в авральном порядке был принят закон о самороспуске только что приступившего к работе Кнессета и назначении на 17 сентября новых парламентских выборов.

Не только я, живущий в Иерусалиме уже почти 29 лет, но и люди, чьим домом Израиль стал еще до провозглашения государственной независимости (а это произошло в 1948 году), не могут вспомнить ничего похожего. Согласно Основному закону о Кнессете, срок его работы составляет четыре года; досрочные выборы, однако, — не редкость, и в 1961 году парламент был распущен, не проработав и двух лет; в 2015 году новые выборы состоялись через два года и два месяца после предыдущих. Но такого, чтобы парламентские выборы проходили дважды в год, — такого совершенно точно не было никогда.

От этого как минимум берет оторопь, ибо за эти месяцы в стране не произошло — и если не случится ничего непредвиденного, то и не произойдет — ничего такого, что должно привести к принципиально иным результатам народного волеизъявления. В начале апреля «Ликуд» во главе с Биньямином Нетаньяху поддержали 26,5% избирателей; новую партию, созданную в марте 2019 года разношерстными оппонентами главы правительства почти исключительно с единственной целью его отстранения от власти — чуть более 26%. Две партии, представляющие различные группы религиозного иудейского населения, в сумме получили чуть менее 12% голосов, а три партии, созданные арабскими гражданами Израиля (в стране обеспечивается полное равноправие вне зависимости от расовой или национальной принадлежности) — 8%. Две левые партии получили 8% голосов, а две правые (одна из них не прошла электоральный барьер) — чуть менее 7%. Список во главе с бывшим министром обороны и иностранных дел А.Либерманом поддержали 4% избирателей, а другой, во главе с нынешним министром финансов М. Кахлоном, — 3,5%. За исключением того, что М. Кахлон больше обособленно баллотироваться не будет, войдя в «Ликуд», политическая карта страны с 9 апреля не изменилась никак; социологические опросы не свидетельствуют ни о каких кардинальных сдвигах в умонастроениях избирателей. Как сообщило Министерство финансов Израиля, внеочередные выборы обойдутся только государственному бюджету в более чем 130 миллионов долларов, которые, разумеется, много на что более полезное можно было бы потратить — и спрашивается, что изменится, когда будут подведены и их итоги?

За всю историю Государства Израиль ни одна партия ни разу не получала достаточно голосов, чтобы она могла формировать правительство в одиночку, без коалиционных партнеров, — разумеется, не сможет и после 17 сентября. Более того: этих самых «партнеров» совершенно точно будет несколько, они будут отстаивать порой полярно разные интересы очень разных групп избирателей, и им придется договариваться не только с «Ликудом», который, вероятнее всего, вновь получит голосов больше, чем какая бы то ни было другая партия, но и между собой.

Можно до посинения бить себя в грудь, отстаивая принципы, которыми, конечно, «никак нельзя поступиться», но тогда стабильное правительство не будет сформировано вообще, а полученное «в наследство» от Кнессета прошлого созыва будет продолжать работу в статусе правительства переходного, граждане же страны каждые несколько месяцев будут приглашаться на избирательные участки, на которые они будут ходить все менее и менее активно, испытывая все большее отторжение от политической системы в целом и от тех, кого по старинке принято называть «народными избранниками» — неужели кто-то хочет именно этого?! Куда и к чему такая «принципиальность» и «бескомпромиссность», оборачивающаяся сколь колоссальным, столь и бессмысленным разбазариванием государственных средств, во-первых, и подрывом доверия граждан к парламентской демократии как таковой, во-вторых, могут привести?!

Израилю повезло иметь прекрасного главу правительства, под вдумчивым руководством которого небольшая ближневосточная страна, находящаяся в чуждом ей окружении, добилась исключительных успехов в обеспечении финансово-экономической стабильности. Она противостоит усилиям Ирана и его сателлита «Хезболлы» по выстраиванию своих вооруженных рубежей у северных и северо-восточных границ Израиля. Неплохо обстоят дела и в сфере внешней политики, включая значительное укрепление отношений как с российским, так и с американским руководством. Теперь вместо того, чтобы заниматься дальнейшим укреплением обороноспособности, внешнеполитического и экономического потенциала страны, из-за возмутительной безответственности депутатов, представляющих узкие сектора израильского общества, Биньямин Нетаньяху и его соратники вновь должны будут тратить время и силы на вторую за год избирательную кампанию, которая ничего не даст гражданам страны и ничем не поспособствует решению каких-либо из стоящих перед ней проблем.

В подобном положении оказался не только Израиль. Так, 24 мая объявила о своем уходе в отставку с 7 июня глава правительства Великобритании на протяжении трех последних лет Тереза Мэй — женщина безусловно умная, ответственная, порядочная, с глубоким внутренним чувством служения государству и обществу. В ходе прошедшего 23 июня 2016 года референдума, агитационная кампания к которому сопровождалась чудовищными лживыми измышлениями, за которые, в частности, бывший мэр Лондона и министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон был 29 мая привлечен к суду, 52% проголосовавших граждан страны выступили за выход из Европейского Союза, не имея ни малейшего представления о том, каковы будут дальнейшие политические, экономические и военно-стратегические отношения Великобритании со своими ближайшими соседями и как решать проблему границы между являющейся частью Соединенного Королевства Северной Ирландией, которая должна выйти из Евросоюза, и Ирландской республикой, которая в Евросоюзе остается — и планирует оставаться и дальше.

Под руководством Терезы Мэй сотрудники ее аппарата во главе с советником по европейским делам Оливером Роббинсом выработали почти 600-страничный текст соглашения между Великобританией и Европейским Союзом об упорядоченном выходе, однако Палата общин британского парламента значительным большинством голосов трижды отвергла этот документ. Предпринятая Терезой Мэй в середине мая попытка добиться поддержки депутатов в обмен на многочисленные сопутствующие обязательства оказалась контрпродуктивной, вынудив главу правительства не только отказаться от ее плана поставить это соглашение на голосование в четвертый раз, но и объявить о своей досрочной отставке.

А дальше началась фантасмагория: хотя формально подать заявку на участие в праймериз в Консервативной партии можно будет лишь с 10 июня, уже сейчас десятки министров (в том числе иностранных дел, внутренних дел, природопользования и международного гуманитарного сотрудничества), их заместителей и рядовых депутатов Палаты общин объявили о том, что считают себя наиболее подходящими на пост главы правительства. На протяжении многих лет ежедневно внимательно читая интернет-сайты всех основных британских газет, я так и не сумел увидеть ни у одного кандидата минимально осмысленной программы того, как он (или она) собирается добиться поддержки парламента, которую в отношении выработанного под ее руководством соглашения не смогла добиться Тереза Мэй — при очевидной невозможности покинуть Евросоюз без соглашения, ибо тот же парламент большинством голосов уже заблокировал такое развитие событий весной и, вестимо, заблокирует и осенью, накануне нынешней даты Брекзита, назначенного на 31 октября. Парламентская арифметика не изменится, там останутся все те же депутаты от всё тех же партий, и совершенно непонятно как преодолеть тот вызывающий отчаяние гражданского общества и бизнеса паралич, в котором оказалась Палата общин (27 марта на голосование было поставлено восемь различных вариантов, от полной отмены проекта выхода Великобритании из Европейского союза до выхода из него без всякого соглашения, и депутаты большинством голосов отвергли все восемь предложений).

Не изменится и позиция лидеров Евросоюза, которые категорически отказываются рассматривать возможность изменения соглашения, подписанного ими с Терезой Мэй 25 ноября 2018 года, которое так не нравится британским депутатам. Учитывая разгромные для консерваторов результаты выборов в Европейский парламент, прошедшие 23 мая, когда они заняли пятое место в стране, получив лишь 9% голосов, рисковать с объявлением новых выборов в Палату общин (а плановые должны пройти только в 2022 году) они не могут, ибо таковые выборы с высочайшей вероятностью приведут к их отстранению от власти. Великая страна погрузилась в политический цугцванг, но вместо того, чтобы поддержать компромиссные предложения, выдвинутые главой правительства, и двигаться вперед, министры и депутаты устроили длительный парад эго, демонстрируя свою «принципиальность» и «бескомпромиссность», и этот парад продлится, скорее всего, еще месяца полтора, а не кончится совершенно ничем: кто бы ни сменил Терезу Мэй на Даунинг-стрит, 10, он (или она) окажется ровно в том же положении, которое привело к ее отставке, и если депутаты не будут искать политический компромисс, то страна все глубже будет погружаться в пучину политической и экономической неопределенности.

Известны слова Жоржа Дантона о том, что «революция пожирает своих детей», но описанные примеры показывают, что даже в странах, обладающих богатыми либеральными традициями, политические элиты не считают зазорным действовать во вред интересам общества. Им, однако, необходимо учиться идти на компромиссы, уважая не только свои мнения и желания, но и мнения и желания других, в том числе своих оппонентов, которые такие же равноправные граждане.

Кто-то (в Израиле) хочет призвать всех 18 летних мужчин и женщин на обязательную службу в армию, а кто-то считает, что принцип свободы совести и вероисповедания должен иметь приоритет над законом о воинской повинности; кто-то (в частности, в Великобритании) хочет любой ценой и как можно скорее покинуть Европейский Союз, а кто-то считает, что именно в его составе страна может в наибольшей мере реализовать свой политический, экономический, научный и культурный потенциал; кто-то (в Екатеринбурге) хочет в центре города сквер, а кто-то — собор… Все эти люди — равноправные и равно уважаемые граждане, ни у кого из них нет монополии на истину, никто не говорит голосом Всевышнего (если допустить, что Он в принципе существует) — и всем им необходимо не навязывать свое и только свое мнение, а договариваться с оппонентами о взаимоприемлемых компромиссах.

Без такого умения демократия лишена смысла; более того: именно способность прислушиваться к мнению других, принимать его в расчет и искать точки соприкосновения во имя строительства общего будущего является главной отличительной ценностью демократии как таковой. Было бы хорошо, чтобы и граждане, и тем более «народные избранники» осознавали это.