Генерал Стаськов о том, как удалось скрыть от НАТО марш десантников на «Слатину»

Знаменитому броску бригады ВДВ из Боснии и Герцеговины в Косово - 20 лет

11.06.2019 в 19:00, просмотров: 17018

Генерал-лейтенант Николай Стаськов в июне 1999 году служил начальником штаба - первым заместителем командующего ВДВ России. В июне 1999 года он координировал из Москвы по линии космической связи действия российской миротворческой бригады в Боснии и Герцеговине, в том числе стремительный десант в Косово. На основе архивных записей в журнале учета полученных и отданных боевых распоряжений он рассказал «МК» детали подготовки операции, а также о том, как удалось осуществить ее в тайне от НАТО.

Генерал Стаськов о том, как удалось скрыть от НАТО марш десантников на «Слатину»

СПРАВКА «МК»:

Николай Викторович Стаськов родился 28 августа 1951 года в деревне Буда Смоленской области. В 1973 году окончил Рязанское училище ВДВ, в 1983-м – Военную академию имени М.В.Фрунзе, в 1993-м - Военную академию Генерального штаба. С 1993 по 1998 годы - замкомандующего ВДВ ВС России по миротворческим операциям, командовал российскими миротворцами в Абхазии, Восточной Словении, Боснии и Герцеговине, Автономном Крае Косово. С 1998 по 2005 годы – начальник штаба – первый замкомандующего. С апреля 2016 года – статс-секретарь - заместитель председателя ДОСААФ России. Доктор политических наук, действительный член Академии военных наук. Награжден семью орденами СССР и РФ, а также высшей военной наградой Сербии – орденом Негоша I степени.

В 1993-1997 годах я был заместителем командующего ВДВ по миротворческим операциям, плотно занимался вопросами Балкан, в том числе, межнациональными конфликтами.

После смерти лидера Социалистической Федеративной Республики Югославия Иосифа Броз Тито страна вступила в экономический кризис. За ним последовало обострение политической борьбы за власть, вспыхнули тлеющие веками очаги межнациональных и межрелигиозных распрей. Сепаратизм подпитывался углубляющимся экономическим кризисом.

В Боснии и Герцеговине, Хорватии, Сербии к власти пришли националисты, главной задачей которых было разделение Югославии на самостоятельные государства. Распад страны был кровавым, сопровождался массовыми убийствами мирных жителей.

25 июня 1991 года из состава Югославии вышла Хорватия, по периметру которой образовались 4 крупных сербских анклава, куда в 1992 году были введены войска ООН, чтобы обезопасить сербское население от расправы и физического уничтожения хорватскими боевиками.

От России в составе сил «голубых касок» ООН был 554-й отдельный российский батальон, укомплектованный, в основном, из военнослужащих-контрактников ВДВ. Батальон для миротворческой службы в Югославии был сформирован из частей ВДВ в 1992 году под Рязанью, в учебном центре «Дубровичи». Подготовлен в сжатые сроки – за 1,5 месяца. Насчитывал около 900 военнослужащих, в том числе 80 офицеров, более 100 сержантов, старшин и прапорщиков. Большинство военнослужащих имели боевой опыт.

Николай Стаськов

Миротворцы «Русбата» ООН имели легкое стрелковое вооружение, парк из 150 грузовых и специальных автомобилей и 15 бронетранспортеров.

554-й отдельный батальон был первым военным подразделением в современной России, созданным специально для миротворческих операций за рубежом. Личный состав был на контрактной службе, военнослужащие получали достаточно высокое денежное довольствие.

Штаб батальона располагался в городке Клиса, рядом с небольшим аэродромом. В зону ответственности 554-го батальона входили города Вуковар, Осиек и Винковцы. Вдоль линии фронта с Хорватией российскими миротворцами были оборудованы наблюдательные посты, контрольно-пропускные пункты, блокпосты.

В феврале 1994 года часть сил была передислоцирована в район города Сараево и преобразована, после соответствующего усиления, в 629-й отдельный батальон ООН с оперативным подчинением сектору «Сараево» и задачей разъединения противоборствующих сторон, контроля за соблюдением соглашения по прекращению огня.

В феврале 1994 года, когда в Сараево (Босния и Герцеговина) резко обострилась обстановка, подразделения миротворцев ВДВ совершили стремительный рейд по горным дорогам Боснии и, встав по периметру Сараево, решительными действиями сумели предотвратить межнациональные конфликты в Боснии и Герцеговине.

Большинство сербского населения проживало в селах и городках, растянутых цепочкой вдоль границы Хорватии и Сербии. Сил ООН оказалось недостаточно для наведения порядка и обеспечения безопасности населения. Россия не смогла помочь организовать армии в сербских анклавах. А вот Запад, в первую очередь, Германия, помогли Хорватии создать боеспособную армию в короткие сроки, преимущественно, бронетанковые соединения.

Вооруженные силы Хорватии летом 1995 года, нарушив международные договоренности, напали на три зоны безопасности, населенные сербами и находившиеся под охраной войск ООН. В течение трех суток хорваты буквально проутюжили три сербские анклава Краины и Западной Славонии, находившиеся под защитой английского, французского, аргентинского контингента войск ООН.

Эти силы ООН не выполнили своей миссии, дрогнули под давлением хорватских вооруженных сил, и отошли без боя, бросив жителей на произвол судьбы и на расправу последователям идеологии хорватских усташей.

В Боснии и Герцеговине устоял лишь один сербский анклав, сектор «Восток». Там были размещены миротворческие силы ООН в составе 554-го отдельного российского батальона и батальона военнослужащих Бельгии. Они совместно обеспечивали порядок в секторе и надежно гарантировали безопасность жителей.

Российские миротворцы на Балканах в 1994 году серьезно готовились для отпора хорватскому наступлению, планировали военную операцию совместно с вооруженными силами Югославии; на случай нападения хорватских войск на российских миротворцев к применению были подготовлены все имеющиеся в Боснии и Герцеговине силы и средства.

В результате хорваты отказались от наступления. В четвертом, непобежденном сербском анклаве, войсками ООН – российскими и бельгийскими контингентами - были разоружены все вооруженные формирования противоборствующих сторон, проведены мероприятия по изъятию оружия у населения. Совместными усилиями российских и бельгийских военнослужащих миротворческого контингента ООН в этом анклаве были восстановлены порядок и законность, созданы условия для спокойной, мирной жизни.

Позднее, в устойчивой мирной обстановке, были проведены свободные выборы для формирования органов местного самоуправления и референдум по судьбе анклава. По итогам свободного волеизъявления граждан эта территория была реинтегрирована в состав Хорватии мирным путем. На то была и международная воля. Это, кстати, единственный случай мирного и довольно спокойного разрешения судьбы сербского анклава на территории Хорватии в распавшейся Югославии. И в этом большая заслуга миротворцев России и Бельгии.

Если говорить об Автономном Крае Косово и Метохия в период 1999 года, то там назревал огромный конфликт на межрелигиозной и межнациональной почве. Косово и Метохия – исторический сербский край, издревле заселенный и обустроенный сербским народом, место зарождения сербской государственности. Это колыбель православного христианства на Балканах, центр духовной жизни Сербии. Но история так сложилась, что албанцы-мусульмане в 20 веке в Косово и Метохии имели значительно большую численность населения, чем сербы.

В 1999 году подпольные албанские националистические организации под лозунгом отделения Косово от Союзной Республики Югославии и создания самостоятельного образования, стали совершать акты терроризма против представителей законной власти, прежде всего, армии и полиции. Незаконные вооруженные формирования сепаратистов, во главе которых стояли албанские уголовные преступники, совершали акты устрашения, поджоги домов, грабежи, убийства и вынуждали сербский народ навсегда покинуть свою родину.

Сербов буквально выдавливали с родной земли, выживали всякими способами. На политическом уровне между главами государств-членов Совета безопасности ООН шли активные переговоры по разрешению конфликта в Косово.

Страны НАТО предлагали провести операцию по вводу в Косово международных военных сил, разделению враждующих сторон на сектора и принуждению их к миру под контролем военных сил НАТО.

Россия была категорически против операции силовым путем, так как натовский вариант «принуждения к миру» заведомо относился лишь к вооруженным силам и полицейским подразделениям Союзной Республики Югославия. Косовские сепаратисты, по версии стран НАТО, являлись «пострадавшей, угнетаемой» стороной, чьи права и свободы человека «нарушались югославскими властями».

Но Россия политически была слаба. Запад проигнорировал позицию нашей страны и решился на самостоятельное решение проблемы.

24 марта 1999 года страны НАТО, в обход Совета Безопасности ООН, напали на Югославию. Страны-агрессоры наносили ракетно-бомбовые удары силами авиации, морских ракетных и авианесущих кораблей.

России был брошен вызов. В политических и военных кругах России начались поиски решения непростой ситуации. Оставить сербский народ мы не могли. Сербы – наши исторические союзники. Но нас разделяли огромные территории и государства. У нас нет общей границы. Военные базы России в сопредельных с Югославией странах к тому времени были выведены. Большинство рассматриваемых военных вариантов вели к возможному столкновению Вооруженных сил России с силами НАТО. Возникла опасность третьей мировой войны.

По линии МИД выяснилось, что страны НАТО не планировали серьезного участия России в миротворческой операции в Косово. Все сектора ответственности были распределены между Великобританией, Германией, Францией, США, Италией. Российский контингент мог располагаться на административной границе Сербии и Косово и выполнять вспомогательные функции в составе зоны ответственности США.

России фактически предлагали согласиться с военными преступлениями США и НАТО, совершенными ими против сербского народа, и оберегать американских военных от справедливого гнева сербов, быть буфером.

По версии НАТО, Россия с явной симпатией и благосклонностью относится к православному сербскому народу, и, стало быть, не может быть «судьей» в сложных отношениях между албанцами и сербами. То есть российские миротворцы в Косово однозначно возьмут сторону сербов, окажут им покровительство и будут попустительствовать.

Да, мы, в самом деле, с искренним уважением относимся к сербскому народу. Между тем, военно-политическое руководство России трезво и объективно оценивало ситуацию в Косово и с уважением относилось ко всем сторонам конфликта. О предвзятом отношении к той или другой стороне не могло быть и речи. Россия делала все возможное для мирного разрешения конфликта и заблаговременно предпринимала энергичные меры для объективной, непредвзятой оценки ситуации российскими военными миротворцами.

Наши военнослужащие понимали меру ответственности за поддержание мира, восстановление и поддержание порядка, законности и справедливости. Достаточно сказать, что за 11 лет российской миротворческой миссии в Югославии погибло 25 и ранено 59 офицеров и солдат-контрактников Вооруженных сил России.

В связи с явным нежеланием стран НАТО выделить российским миротворцам отдельную зону ответственности военное руководство России склонялось к операции по вводу российских войск в Автономный Край Косово, по аналогии с городом Сараево в 1994 году.

В начале мая 1999 года начальник Главного оперативного управления Генерального штаба генерал-полковник Юрий Балуевский (позже – генерал армии, начальник Генштаба – первый замминистра обороны) соориентировал меня о возможном вводе российских войск в Косово и приказал скрытно начать подготовку подразделений. Штаб ВДВ отдал соответствующие распоряжения нашей группировке ВДВ в Боснии и Герцеговине. Там началась работа.

Планирование операции шло по линии штабов, чтобы обеспечить скрытность.

Я продолжительное время был в Боснии, часто выполнял различные задачи в 1993-1997 годах, знал, что называется, каждую дорожку. В случае необходимости предстояло группировку ВДВ незаметно увести из-под носа американцев.

Это была непростая задача. Оперативно и тактически наша российская миротворческая отдельная воздушно-десантная бригада, стоявшая в Боснии и Герцеговине, подчинялась 1-й мотопехотной дивизии США. На базе в Боснии, в том числе, в Углевике, постоянно работали службы военной разведки американских войск, находились сотрудники ЦРУ. Наша миротворческая бригада находилась под постоянным, неусыпным вниманием американских разведорганов и соответствующих служб западных стран.

В Углевике, месте расположения основных сил миротворческой бригады ВДВ, к примеру, жилые городки российских и американских миротворцев разделяли считанные метры. Это позволяло американцам вести открытое наблюдение за нашим контингентом, его жизнью, бытом, построениями и перемещением личного состава, особенностями несения службы, физической и боевой подготовки. Американцы были в курсе разговоров российских солдат на лично-бытовые и служебные темы.

Штаб Оперативной группы ВДВ в Боснии и Герцеговине стоял в «Волчьем логове». Это известный центр партизанского сопротивления Югославии в 1941-1945 годах. Штабу напрямую подчинялась отдельная воздушно-десантная бригада.

Российскими миротворческими войсками в Боснии и Герцеговине в 1999 году командовали опытные боевые генералы и офицеры: старший Оперативной группы генерал-майор Валерий Рыбкин, командир отдельной воздушно-десантной бригады ВДВ, Герой России полковник Николай Игнатов, командир 2-го отдельного парашютно-десантного батальона полковник Сергей Павлов. За плечами у них был Афганистан, Чечня.

На карту был поставлен авторитет России и российской армии. К рейду готовились основательно, заблаговременно подбирали лучшие и сильные экипажи БТР-80, инициативных офицеров, опытных, выносливых и закаленных водителей специальных машин. Хорошо знающих свое дело, имеющих боевой опыт в Афганистане, Чечне, Абхазии. Бригада ВДВ в Боснии и Герцеговине с весны 1999 года находилась в состоянии постоянной готовности.

По получении приказа российские миротворцы должны были силами небольшого десанта опередить ту громаду войск НАТО, которая шла занимать все сектора в Автономный Край Косово и Метохия без участия России, выйти вперед натовской группировки, занять стратегический плацдарм – аэродром «Слатина» и прочно закрепиться.

Час «Х» приближался. Авиация НАТО 10 июня 1999 года временно прекратила налеты и бомбежки городов Югославии. Основные силы миротворческой бригады ВДВ в тот же день, 10 июня 1999 года, были выведены, по легенде, на занятия по боевой подготовке - на боевые стрельбы и учения - на полевой аэродром вблизи города Биелина. На аэродроме скрытно приступили к подготовке к маршу в Косово, решению технических вопросов. Провели замену части бойцов и отобрали личный состав в формируемый передовой отряд десанта для глубокого рейда по Балканам.

В ночь с 10 на 11 июня 1999 года поступила информация, что силы НАТО при поддержке вертолетов выдвинулись в Косово со стороны Македонии для занятия секторов ответственности.

Генералу Рыбкину, старшему Оперативной группы ВДВ при бригаде миротворческих сил России в Боснии и Герцеговине, из Москвы был дан приказ: передовым десантным батальоном опередить группировку НАТО и скрытно занять важную стратегическую точку в Косово – аэродром «Слатина».

Утром 11 июня 1999 года колонна парашютно-десантного батальона миротворческих войск ВДВ из 50 БТР-80, грузовых и специальных машин на колесной тяге, оставив тихоходные автомобили технических и тыловых служб на аэродроме Биелины, сумела оторваться от наблюдения американской разведки. Колонна незаметно вышла на марш и взяла направление в сторону границы с Союзной Республикой Югославия. Пошла на Белград.

В связи с особой важностью задания, операцией по занятию плацдарма в Косово и прохождением передовой группировки миротворцев ВДВ России по территории иностранного государства командовал лично старший Оперативной группировки генерал Рыбкин. Командиром сводного батальона был назначен полковник Павлов.

Высокая маршевая скорость колонны - до 60 км/час - была обеспечена однотипностью колесной базы, качественным техническим состоянием боевой и специальной техники, хорошими дорогами и высоким уровнем подготовки личного состава. В результате был совершен марш по территории Югославии более 600 км, с остановками только на дозаправку.

Заблаговременно было дано распоряжение: в случае поломки техники – БТР и автомашин – не останавливаться на ремонт, арьергардными спецмашинами брать вышедшую из строя технику на жесткую сцепку и продолжать движение. К чести наших механиков-водителей, готовивших боевую технику и автомобильный парк к маршу, ни одна единица техники не вышла из строя, и за все время движения колонны войск серьезных поломок не случилось.

Для скрытности движения колонны десанта с момента его выхода из Боснии и Герцеговины, дезориентации «вероятного противника» соблюдался строгий режим радиомолчания.

Было организовано две линии связи с десантом миротворцев. Первая шла через мощную станцию космической связи в расположении российской бригады в Боснии и Герцеговине. На узле связи все 19 часов движения колонны постоянно находился командир бригады полковник Игнатов.

Вторая линия связи со старшим Оперативной группировки ВДВ на Балканах генералом Рыбкиным обеспечивалась через средства радиосвязи резидента Главного разведывательного управления на Балканах.

Передовой отряд миротворцев ВДВ России вышел на аэродром «Слатина» рано утром 12 июня 1999 года, на три-четыре часа раньше натовского контингента. Об этом событии мир узнал из телевизионных репортажей мировых информагентств.

Стремительный марш-бросок русского десанта и занятие стратегического плацдарма вызвал у стран Запада, в первую очередь – США, приступ бешенства. Позднее я ознакомился с подробными разведывательными донесениями из стран НАТО. В них сообщалось, что страны НАТО, в особенности, США, 12 июня 1999 года выступали за силовой вариант разрешения вопроса с занятием русским десантом базы «Слатина». Речь шла о том, чтобы атаковать наш батальон, сбить его с позиций и овладеть аэродромом.

На нападении на русский десант настаивали политические круги стран НАТО. Однако военачальники Альянса оказались более благоразумными и отказались от планов атаки миротворцев ВДВ России. Английский генерал Майкл Джексон, руководитель сил KFOR (Многонациональные силы по стабилизации обстановки в Косово), заявил, что начинать третью мировую войну он не намерен и приказа напасть на русский десант не даст.

Между тем, Россия не собиралась бросать на произвол судьбы свой миротворческий батальон. Генеральный штаб заблаговременно, в мае-июне 1999 года, совместно со штабом ВДВ планировали разные варианты действий на случай непредвиденного развития событий. Особенно, если будет применен силовой вариант в отношении наших миротворцев. С этой целью для решения непредвиденных задач был спланирован и подготовлен огромный ресурс боевой и военно-транспортной авиации, большое количество войск ВДВ для переброски в Косово, в район операции.

Американской разведке путем радиоперехвата было известно, что наш десант в Косово основательно закрепился, занял прочную оборону и не дрогнет, миротворцы будут стоять до конца. Знали натовцы и о том, что Россия не оставит своих военных, что в действие приведены большие военные ресурсы и силы для помощи батальону. Наготове стояли самолеты дальней и военно-транспортной авиации, первые подразделения ВДВ были загружены в самолеты ВТА, готовилась переброска войск морским путем…

В полдень 12 июня 1999 года в Кремль был вызван министр обороны маршал Игорь Сергеев. Он доложил президенту Ельцину о вводе российских миротворцев в Косово и о занятии аэродрома «Слатина». Президент одобрил доклад министра обороны и назвал все действия миротворческой группировки ВДВ на Балканах правильными и верными с позиции Российской Федерации по мирному разрешению косовского конфликта.

Операция по занятию базы «Слатина» была проведена четко и в полном объеме. Вскоре стало ясно, что миновала угроза прямого военного столкновения между нашим передовым отрядом ВДВ и натовским контингентом.

Россия показала свой характер, вошла в состав Многонациональных сил по стабилизации обстановки в Косово (KFOR). Нам определили свой сектор ответственности.

В конце июня 1999 года, в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН №1244, на основании указа президента РФ и в соответствии с подписанными министрами обороны РФ и США 18 июня 1999 года в Хельсинки «Согласованными пунктами российского участия в силах KFOR», было принято решение о направлении в Автономный Край Косово и Метохия (Союзная Республика Югославия) воинского контингента Вооруженных сил РФ численностью 3616 человек, из них около 2500 – десантники.

Перед российским воинским контингентом в июне 1999 года (командующий генерал-майор Валерий Евтухович) в составе сил KFOR были поставлены сложные задачи. В том числе, создание условий безопасности для возвращения и проживания беженцев и перемещенных лиц; обеспечение общественной безопасности; осуществление работ по разминированию и уничтожению неразорвавшихся боеприпасов и взрывоопасных предметов и пр.

Местом дислокации подразделений российского воинского контингента в Автономном Крае Косово и Метохия определили базовые районы – аэродром «Слатина», Баня, Велика Хоча, Косовская Каменица, Доне Карменьяне, Србица и Косово Поле.

На вооружении российского миротворческого контингента в Косово находилось 131 единица бронетанковой техники, большой парк автомобильной техники – 387 грузовых и специальных автомашин, а также ударные вертолеты Ми-24, которые были доставлены из России специальными самолетами.

Ставилась задача силами KFOR ООН разоружить в течение одного года незаконные вооруженные формирования албанских партизан, главы МИД стран-миротворцев приняли соответствующее соглашение. Россия и российские миротворцы прилагали все усилия для прекращения войн и возвращения к миру, понимая, что каждый день столкновений уносит человеческие жизни с обеих сторон, продолжается разрушение городов, инфраструктуры, страна несет огромные потери, валится в разруху, в бедность и нищету.

Появилась надежда на возврат Автономного Края Косово и Метохия в состав Союзной Республики Югославия. Сербия получила уверенность в российской поддержке, сербы получили спокойствие и стабильность, что русские не допустят принятия решений в ущерб Югославии. Вся Европа знала по примеру Республики Боснии и Герцеговины, что там, где стоят русские миротворцы, там безопасность, законность и порядок, условия для спокойной жизни.

Марш-бросок русского десанта в Косово и занятие аэропорта «Приштина – Аэродрома «Слатина» поднял авторитет российской армии в обществе, а в самой армейской среде повысилось чувство национального самосознания и достоинства. Действия десанта по занятию аэродрома «Слатина» были одобрены и поддержаны армией и обществом.

Моя многолетняя практика в миротворческой сфере показывает, что все межнациональные, этнические и религиозные конфликты в современном мире решаются в основном военным, силовым путем, принуждением к миру. Человечество на сегодняшний день ничего более эффективного не придумало.