Интервью Суркова: «Спасибо, что в отставке»

Последний романтик Кремля: почему экс-помощнику Путина не нашлось места в системе вертикали власти

26.02.2020 в 17:20, просмотров: 22154

Добровольно ушедший из Кремля бывший помощник президента РФ Владислав Сурков дал первое развернутое “смс-интервью” с объяснениями мотивов своего нестандартного поступка. Объяснения эти оказались очень туманными, но в то же самое время безумно любопытными. Из них я, например, впервые, наконец, понял главную причину своих ( и, думаю, не только своих) многолетних стилистических и политических расхождений с Владиславом Юрьевичем. В то время, как большая часть человечества не подвергает сомнению истинность высказывания “насильно мил не будешь”, Владислав Сурков искренне считает возможным “ принуждение силой к братским отношениям”.

Интервью Суркова: «Спасибо, что в отставке»

А еще я очень благодарен Владиславу Юрьевичу. Без всякой иронии. Благодарен за то, что он принял очень нелегкое для любого человека, вкусившего вкус большой политики, решение – добровольно ушел в отставку. “Украины нет. Есть украинство. То есть, специфическое растройство умов...Сумбур вместо государства. Борщ, Бандера, бандура есть. А нации нет. Брошюра “Самостийна Украина” есть, а Украины нет” - я искренне считаю, что политик с подобными взглядами не должен курировать отношения с соседней страной в качестве помощника президента России.

Не будем впадать в излишнюю политкорректность. Действующие украинские чиновники самого высокого ранга регулярно высказываются о России в гораздо более грубых выражениях, чем это позволил себе интеллигентнейший Владислав Юрьевич. Моя претензия к словам Суркова состоит не в то, что они грубы, а в том, что они, с моей точки зрения, абсолютно неправильны.

Нам с полным на то основанием может не нравиться современная Украина. Мы имеем массу причину считать соседнюю страну в ее нынешней форме глубоко несимпатичным, несбансированным, истеричным, недружественным, неэффективным агрессивным и ксенофобским государством. Но вот можем ли мы отрицать, что это именнно государство, а не некое “облако в штанах”, как намекает Владислав Юрьевич? Я убежден, что нет. Современная Украина – это государство, построенное на идеологической платформе ожесточенного противостояния России.

Полагать, как это открыто делает Сурков, что “единственный метод, исторически доказавший эффективность на украинском направлении - принуждение силой к братским отношениям” - это заливать пожар бензином. Не знаю, что в конце концов сработает в отношениях Москвы и Киева. Но это точно не будет политика, основанная на недооценке противника и масштаба исходящей от него угрозы. Бензина в пламя российско-украинского противостояния и так уже вылито более, чем достаточно. Рад, что отныне Владислав Сурков сможет это делать только в качестве публициста и политического комментатора, а не в качестве обладающего реальными властными полномочиями влиятельного чиновника.

Продолжаю список того, за что я благодарен Владиславу Юрьевичу. “ Если будут в итоге как-то уточнены полномочия президента, а вроде бы об этом тоже говорилось, то правовая логика приведет к необходимости заново начать отсчет президентских сроков”- считает теперь уже отставной кремлевский чиновник. И опять бесконечное спасибо за то, что уже отставной! Это, конечно, мое чисто личное оценочное суждение. Но я уверен, что подобная “правовая логика” не имеет ничего общего с правом и способна привести только к полной деградации и дискредитации российского государства.

Вам кажется, что я под “маской” благодарности продолжаю очень жестко критиковать Владислава Суркова? Такая оценка справедлива лишь отчасти. Суркова в принципе не надо критиковать. Он все говорит о себе сам: “Я двадцать лет видел жизнь только из окна моего персонального автомобиля”. Эту фразу я считаю ключевой не только в данном конкретном интервью Владислава Суркова, но и во всей его политической философии. Он привык видеть жизнь только из окна своего начальственного лимузина, и это дает ему возможность быть политическим романтиком, бардом, поэтом, певцом величия отчасти построенной им системы вертикали власти.

Странно говорить такое про прославленнного политтехнолога. Но Сурков - это именно политический поэт, а не приземленный политический прозаик. Личность Владислава Юрьевича это, несомненно, только украшает. Он же действительно не цеплялся за начальственное кресло. Он не лукавит, когда говорит, отвечая на вопрос, не жалко ли ему уходить: “ Было бы жалко, не ушел бы. Цеплялся бы. Смирился бы с изменением контекста”.

Не вижу никакого лукавства и в другом очень важном заявлении Суркова про его первый уход из власти в 2013 году: “Уже тогда понял, что мне нет места в системе. Я, конечно, создавал эту систему, но никогда не был ее частью. Это не проблема системы, а моя проблема. Чувствую отчуждение. Не потому, что мне что-то не нравится. Как раз нравится”.

Может показаться, что в этом заявлении нет логики. Но логика там есть – логика, состоящая в том, что романтизм в деле управления государством хорош лишь в меру. Когда романтизма становится слишком много, то всех, кто не смотрит на мир из окна персонального начальственного экипажа, начинает не на шутку трясти. Вспомним: все идеологи и организаторы в значительной степени были политическими романтиками.

Вывод напрашивается сам собой. Управлять государством с помощью одной только политической прозы не получится. Но и с политической романтикой тоже перебарщивать не надо. Сурков как очень чуткий и думающий человек это осознал – и тут же написал заявление. Спасибо ему за это!