Ролью Украины в крушении MH-17 занялся Всемирный фонд безопасности полетов

Воздушное пространство над местом боев не закрыли из-за жадности

На днях мировые информагентства облетела новость, касающаяся сбитого над Донецком в 2014 году «Боинга» рейса МН-17. Со ссылкой на МИД Нидерландов сообщалось, что, помимо юристов официального уголовного процесса, следствием по делу МН-17 займутся еще и специалисты Фонда безопасности полетов (Flight Safety Foundation) - международной структуры, базирующейся в США, в штате Вирджиния. Вопросы, на которые поручено ответить этой организации: почему над Украиной в зоне боевых действий не было закрыто воздушное пространство и кто в этом виноват. Мы связались с генеральным директором российского агентства «Безопасность полетов».

Воздушное пространство над местом боев не закрыли из-за жадности
Источник: yotube

-На протяжении последних 30 лет у нас в России в официальных документах было принято было Flight Safety Foundation переводить как «Всемирный фонд безопасности полетов», - объясняет гендиректор Международного консультативно-аналитического агентства «Безопасность полетов» Сергей Мельниченко. – Дело в том, что на тот момент в СНГ у нас тоже существовала подобная структура, которая называлась международной. И вот, чтобы не путать одно с другим, принято было обозначать этот фонд, как Всемирный.

Flight Safety Foundation существует более 70 лет. Она имеет огромный авторитет в мире, так как объединяет настоящих профессионалов - пилотов, диспетчеров, других специалистов авиационной отрасли практически из всех стран. К ее работе и разработкам в области гражданской авиации не просто прислушивается Международная организация гражданской авиации (ИКАО), но и внедряет ее разработки по всему миру.

- Flight Safety Foundation – общественная организация? 

- Это – некоммерческий фонд, который существует на членские взносы как различных компаний и фирм, входящий в него, так и отдельных его представителей.  

- Вы ведь тоже являетесь членом этого фонда?  

- Да, уже 15 лет. Долгое время, к сожалению, был в нем единственным представителем Российской Федерации. Потом постепенно начали подтягиваться и другие специалисты из  нашей страны.

- Почему именно этому Фонду поручено заняться следствием по МН-17?

- Сообщения в СМИ в том, что Нидерланды, якобы, попросили поучаствовать в расследовании по МН-17 Всемирный фонд безопасности полетов – это не совсем верная информация. Я бы сказал, слишком вольный перевод на русский язык голландского первоисточника. В результате чего произошла подмена понятий. Появился новый смысл, точнее, потерялся истинный.

В оригинале там использовалось понятие «навести справки», или «дать свои комментарии» в отношении дела МН-17. Сделать это организация, безусловно, может. Но никакими собственными расследованиями Всемирный фонд безопасности полетов не занимается. У него нет таких прерогатив и полномочий.

- Хорошо, пусть это не будет полноценным расследованием. Но если нидерландские следователи хотят знать позицию этой авторитетной организации в деле по МН-17, значит они доверяют Фонду как независимому рефери? Какой, на ваш взгляд, может быть позиция экспертов Фонда в этом вопросе?

- Я думаю, что, имея такое большое количество экспертов по всему миру, Всемирный фонд безопасности полетов, конечно же, даст свои комментарии в отношении этого события. И я уверен, что они не будут настолько политизированными, какими сейчас являются комментарии официального следствия по делу МН-17. Во всяком случае, хотелось бы на это надеяться.

- В сообщении МИД Нидерландов сказано, что главный вопрос, который подлежит рассмотрению - почему Киев не закрыл небо для полетов над Донбассом...

- Верно. Это первый и самый главный вопрос. Наше Международное консультативно-аналитическое агентстве «Безопасность полетов», которое я возглавляю, сразу же после катастрофы МН-17 поставило именно этот вопрос. Но тогда никто на него не хотел искать ответа. Все сразу же кинулись искать виновного. А это противоречит требованиям ИКАО. Сначала при расследовании устанавливается причина.

- Почему это так важно?

- Чтобы аналогичных случаев не происходило в дальнейшем. Только после того, как будет найдена причина случившегося, свою позицию могут высказать специалисты, занимающиеся авиационным расследованием. И уже затем на первый план выходит прокуратура со своим следствием. Юристы говорят: ага, вот в чем причина случившегося. А кто привел к такому результату? И начинают искать виновного.

В данной ситуации было все сделано с точностью до наоборот. Сначала назначили виноватого. А потом начали проводить расследование и искать причину.

- Ну хорошо, допустим, Всемирный фонд безопасности полетов во всем разберется и назовет истинную причину, приведшую к трагедии. Но будет ли готов принять экспертную позицию фонда нидерландский суд?

- Сложно сказать... За решения судебных органов Нидерландов отвечать трудно. Его решения могут быть разными. Но то, что к мнению такого серьезного и очень высокопрофессионального органа гражданской авиации суд прислушается, это уж наверняка. Должен прислушаться. Я в этом не сомневаюсь. 

- Вы не сомневаетесь потому, что считаете, что основная причина, которая привела к трагедии, та, что не было закрыто для полетов гражданской авиации воздушное пространство над зоной военного конфликта?

- Естественно. Если у вас в стране на какой-то территории ведутся боевые действия и там за короткое время сбиты несколько военных летательных аппаратов, а участок воздушного пространства над этой зоной вы не закрываете, то чем это можно объяснить? Я думаю, жадностью.

Точнее сказать, высоты до шести километров от поверхности земли для полетов были закрыты. А на наиболее выгодных для гражданской авиации эшелонах полета – порядка 10 км и выше – закрывать не стали в надежде на то, что туда огневые средства не достанут. Ведь за каждый такой пролет любое государство, включая Украину, получает немалые деньги от тех авиакомпаний, которые используют его воздушное пространство.

Так вот, как я считаю, воздушное пространство Украины над Донецком не было закрыто исключительно по экономическим соображениям. Денежки с неба капали, и они решили: пусть и дальше капают.

А когда МН-17 был сбит, сразу даже никто не вспомнил, что если бы воздушное пространство в зоне конфликта было закрыто, то трагедии бы не случилось. Не было даже поиска виновного. На него сразу показали пальцем – виновата Россия.

- Да, президент США Барак Обама заявил об этом, когда обломки самолета еще не успели остыть и дымились на земле. Ни их, ни место катастрофы никто еще даже не обследовал, а для России уже готовили пакет санкций.

- В этом деле слишком много политики. И экономических интересов. Вот, к примеру, Украина является членом Евроконтроля – европейской организации по обеспечению безопасности аэронавигации. Подчеркиваю: безопасности! Но разве Евроконтроль сказал Украине: ребята, а почему у вас ведутся полеты над зоной военных действий? Нет, не сказал.

А что сказал Евроконтроль? Он сказал, что нельзя летать над Крымом. Там, по мнению Евроконтроля, летать очень опасно. И выдал такую рекомендацию всем авиакомпаниям. В результате все перестали там летать. Хотя над Крымом ни до, ни после рекомендаций Евроконтроля не было ни одного авиаинцидента, не был сбит ни один самолет.

Разве не понятно, что это – чисто политическое решение. Крым проголосовал за то, чтобы стать частью России, значит надо крымчан и Россию за это наказать.

- Чтобы денежки им с неба не капали?

- Абсолютно верно. Тут ларчик просто открывается. Все лежит на поверхности. Недаром ведь говорят, что всегда нужно искать того, кому эта ситуация выгодна. А кому, России, что ли, было выгодно кого-то сбивать над Донбассом?

- Уж точно нет.

- Зато кому-то очень было нужно ее обвинить, чтобы посильнее наказать. Кому именно – все эти ответы лежат в области политики. А если разбираться по существу, с точки зрения профессионального подхода, то изначально вопрос должен стоять так: почему не было закрыто воздушное пространство над зоной боевых действий, и кто несет за это ответственность?

А я уверен, что несет ее не только Украина, но и европейские структуры, отвечающие за авиабезопасность – тот же самый Брюссель.