Раскрыт секрет возвышения Мишустина

Премьер, которому "не все равно"

55 лет исполнится в эту среду Михаилу Мишустину — управленцу, который превратил традиционно отсталую российскую налоговую службу в одну из самых передовых в мире и был неожиданно назначен в прошлом году на пост премьер-министра РФ. Узнав вечером 15 января 2020 года фамилию сменщика Дмитрия Медведева, я испытал двойственные чувства. С одной стороны — радостное изумление: начиная с 2010 года я регулярно слышал от уважаемых людей о том, какой крутой, позитивной и интересной фигурой является Мишустин. С другой стороны — гнев и обиду на самого себя: те же самые уважаемые люди настойчиво советовали мне попросить у Мишустина интервью. Я и попросил — но за такой короткий период до назначения главного налоговика премьером, что наше общение просто не успело состояться. А в качестве главы правительства Михаил Мишустин попросил и получил у президента разрешение не давать никому интервью. Соответственно, пока «мой поезд ушел» — не навсегда, но, я надеюсь, очень надолго.

Премьер, которому "не все равно"

Анализируя позднее мою неспособность предсказать это кадровое решение Владимира Путина, я пришел к выводу, что у меня есть смягчающие обстоятельства. Являясь единственным в истории современной России политиком, которому удалось целых два раза поруководить правительством (Виктор Черномырдин осенью 1998 года тоже вплотную подошел к этому достижению, но его, как известно, не утвердила Государственная дума), ВВП, даже будучи президентом, все равно оставался и «сам себе премьером». Обжегшись на уволенном за неумение и нежелание лояльно играть в команде Михаиле Касьянове, Путин после этого предпочитал назначать главой кабинета министров вполне достойных людей, которые, однако, не были склонны к особой инициативности и самостоятельности. В ряд этих типичных премьеров путинской эпохи фигура Михаила Мишустина точно не встраивалась. С лояльностью и умением играть в команде у него точно все в порядке. Но вот «царствовать, не управляя» — это точно не про него.

Один из бывших премьеров России рассказал мне очень личный эпизод. Вскоре после его назначения на должность в одном из регионов страны произошло ЧП, связанное с большими человеческими страданиями. Председательствуя на посвященном ликвидации последствий этого события заседании правительства, мой собеседник внимательно вгляделся в лица своих подчиненных и пришел в ужас: «Я подумал: боже мой, куда же я попал! Меня окружали люди в очень дорогих костюмах, но с абсолютно равнодушными лицами!»

Все мы — и даже действующие премьер-министры — склонны к субъективному восприятию событий. Вполне возможно, что, говоря о «равнодушии» людей, с которыми он оказался за одним столом, мой визави ошибался. Но вот что он уловил совершенно точно. Российское правительство — это громадная управленческая система, обладающая очень большой инерционностью. Чтобы сдвинуть эту махину с места и заставить ее двигаться в нужном направлении, от премьера требуется прямо-таки титаническая энергия, глубокое понимание, как именно работает система, и стопроцентное неравнодушие.

Михаил Мишустин с избытком обладает и тем, и другим, и третьим. Я, к сожалению, не имею права рассказывать все известные мне подробности того, что происходило в кабинете премьер-министра после того, как он узнал прошлой весной о том, что заражен коронавирусом. Но одну красочную деталь все же рискну раскрыть. Для того чтобы заставить Мишустина покинуть свой «командный пункт» в Белом доме, потребовалось выдержанное в очень жестких тонах распоряжение президента. Мол, или вы сами отправитесь в больницу, или вам «помогут» это сделать другие!

Иногда, правда, звучат утверждения о том, что, несмотря на всю энергичность премьера в самые острые моменты пандемии, российское правительство несколько потерялось на фоне других политиков — особенно мэра Москвы. Но это, как правило, взгляд людей со стороны. «Люди внутри» — не являющиеся подчиненными Мишустина обладатели важных постов в системе вертикали власти — оценивают роль кабинета министров в тушении «коронавирусного пожара» очень высоко. Вот что, например, сказал мне сам обладающий репутацией фанатичного трудоголика видный российский руководитель: «Скорость принятия абсолютно необходимых важных решений в Белом доме была, по нашим управленческим меркам, просто сверхъестественной. Если бы в правительстве на тот момент оставалась прежняя команда, то страна прошла бы через этот тяжелый период гораздо тяжелее».

Разумеется, с точки зрения очень многих российских граждан, «тяжелый период в стране» пока по-прежнему далек от завершения. В отличие от обычно передовых государств Европы, мы уже давно не живем в условиях локдауна и крушения привычного образа жизни. Но, как гласит лозунг, обеспечивший победу Билла Клинтона на американских президентских выборах 1992 года: «It's the economy, stupid!» («Это экономика, глупыш!») Это экономика — и в первую очередь реальные доходы граждан, которые в отличие от первых лет путинского правления упорно отказываются значимым образом расти. Конечно, требовать сейчас от правительства бурного экономического роста — абсурд. Надо быть реалистами. Не выпускающая мир из своих цепких объятий пандемия коронавируса и бурный экономический рост — явления несовместимые. Но упор во фразе «требовать сейчас от правительства бурного экономического роста — абсурд» следует делать на слове «сейчас».

За исключением редких отдельных периодов должность премьера считается в России не столько политической, сколько хозяйственной. Подобное распределение полномочий на вершине нашей власти абсолютно реально, но в то же время предельно условно. В самом начале 1921 года Ленин написал: «Политика — есть концентрированное выражение экономики». Считаю это высказывание вождя мирового пролетариата не потерявшим своей актуальности за прошедшие сто лет. Но воспринимать его стоит в комплексе с другим высказыванием — на этот раз уже современного политика, первого президента Казахстана Нурсултана Назарбаева: «Экономика — всегда основа политики. Сначала выстраивается экономика, потом надстраивается политика».

Одним из самых главных политических запросов граждан РФ к власти является восстановление экономического роста, рост доходов населения. От того, в какой мере кабинет министров Мишустина сможет удовлетворить этот запрос, зависит и место нынешнего российского правительства в современной истории страны, и срок его политической жизни. Как я уже написал выше, надеюсь, что этот срок будет долгим — даже если это будет означать, что интервью юбиляра Михаила Мишустина мне обломится очень не скоро.

Совсем было приготовившись поставить в этом тексте точку, я вдруг сообразил, как мне обойти категорическое нежелание премьера давать интервью и пообщаться с Мишустиным еще во время его пребывания в главном кабинете нашего Белого дома. Напрошусь-ка я на следующее пленарное заседание Валдайского клуба предстоящей осенью. И нет, речь идет не только об удовлетворении моих мелкотравчатых профессиональных амбиций. Именно в ходе заседания «Валдая» в прошлом октябре Михаил Мишустин, отвечая на вопросы российских и иностранных экспертов, очень сильно раскрылся. Вам кажется, что бывшие руководители налоговых служб России в принципе никогда не раскрываются? Раскрываются, еще как раскрываются. Другое дело, что для того, чтобы это заметить, требуется наметанный глаз и четкое понимание неписаных правил поведения обитателей самого верха российской власти.

Став адресатом вопроса «Какие исторические деятели вам симпатичны? Кто у вас вызывает восхищение?», Мишустин назвал основоположника нашей космонавтики Сергея Королева («Горжусь, что дружу с его внуком, замечательным хирургом Андреем Королевым») и Стива Джобса («Мне с ним посчастливилось познакомиться в начале 1990-х. Он очень мудрый человек»). Но эти два исторических деятеля заняли в личном рейтинге симпатий Михаила Мишустина соответственно второе и третье места. Кто же оказался на главном пьедестале? А вот кто: «Из исторических деятелей, мировых, в первую очередь, без сомнения, Президент России Владимир Владимирович Путин. Столько лет нести ответственность за людей, за развитие своей страны — это вызывает восхищение. Абсолютно искренне!»

Точно абсолютно искренне? В случае Мишустина, похоже, точно. «Миша пасть порвет за людей, которых он знает, любит и ценит», — сказал мне человек, очень близко знающий нашего нынешнего премьера много лет. Путин в глубине души так и остался ленинградским дворовым пацаном, знающим, что товарищей не предают. Дворовое детство Михаила Мишустина прошло совсем в другом регионе страны — в подмосковной Лобне. Но он тоже живет по принципу «сам погибай, а товарища выручай». Мишустин — политик, к которому безопасно поворачиваться спиной. Он, возможно, не умеет выражаться изящно (по зрелом размышлении беру обратно слово «возможно»). Но он точно не предаст. Не знаю, как у вас, а у меня пазл сложился. Я окончательно понял, почему ВВП в прошлом году изменил своему правилу и назначил премьером сильную, самостоятельную и динамичную фигуру. Путина эта фигура не подведет, страну, надеюсь, тоже.

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28489 от 3 марта 2021

Заголовок в газете: Премьер, которому «не все равно»