17 февраля 2021 года Юрий Синельщиков (КПРФ), выступая с трибуны Госдумы, заявил: драконовские законы «пошли валом после вступления в силу действующей, новой Конституции». Такое у него, Синельщикова, ощущение.
И не только у него: новостная лента последних месяцев действительно рисует масштабную картину законодательного устрашения. По просьбе руководства фракции г-н Синельщиков, бывший первый зампрокурора города Москвы, подготовил список из 15 вступивших в силу откровенно запретительных и репрессивных законов. «Когда они все в одной куче, в одной пачке, в одном букете — столько наворочали, столько накрутили… За год такой чернухи не было никогда, как за эти три месяца…» — сказал он «МК».
Но так ли это?
Посмотрим, что происходит хотя бы с нашим Уголовным кодексом. Ведь одно только возбуждение уголовного дела означает возможный изолятор или домашний арест во время следствия, позор суда и приговора, вероятное унижение лишением свободы, судимость после отбытия наказания, которая снимается через несколько лет. А еще возможное лишение права на профессию или занятие определенной должности, ограничение права избираться даже в муниципальный совет и прочие «прелести»…
Не шутка это — Уголовный кодекс.
Где зарыта собака
Залезаем в электронную базу законопроектной деятельности Госдумы — кладезь разнообразных сведений о том, как принимались те или иные законы.
Если сравнить число законов о внесении изменений в УК, принятых в первом полугодии, то есть до общероссийского голосования по поправкам в Конституцию, с числом принятых во втором — никакого количественного «вала» мы не увидим. До 1 июля таких было 7, во втором полугодии — 6. Для сравнения: в 2019 году к такому снаряду, как Уголовный кодекс, наши власти подходили 14 раз.
Откуда же впечатление, что они нас всех через одного хотят как можно быстрее если не надолго посадить, то как следует оштрафовать?
Чтобы постараться найти ответ на этот вопрос, надо понять, что именно принималось и как работали над текстами законов в парламенте.
Тут-то собака и зарыта…
Из 13 прошлогодних законов о внесении изменений в УК два ничего сущностно не меняли: один был связан с появлением нового вида госслужбы — «в органах принудительного исполнения», а второй распространял несколько статей, которые карают за нарушения на выборах, на общероссийское голосование по Конституции. Еще три закона немного смягчили действовавшие до того статьи (и такое у нас случается). Ради «улучшения предпринимательского климата» по инициативе президента на первый раз решили не возбуждать уголовные дела за нарушения правил возврата в Россию валютной выручки, по предложению правительства смягчили наказание за преступления небольшой тяжести для беременных и женщин с детьми до трех лет.
Еще один «смягчающий» закон подписали 40 депутатов из фракции «Единая Россия», число тех, кто захотел стать авторами, за день выросло как на дрожжах. Что означает одно: единороссы считали содержание закона политически для себя выгодным, работающим в плюс перед выборами. Вроде бы мелочь, но в УК любая мелочь — судьбы: исключена уголовная ответственность за угрозу причинения вреда безопасности государства из-за нарушения правил несения пограничной службы. Одно дело — «материальный состав», говорится в пояснительной записке, реальный ущерб, другое — «формальный» состав и ущерб гипотетический…
Все эти законы дорабатывались по нескольку месяцев.
А потом «либерализовали, извините за выражение», как оговаривают нынче при употреблении ставшего ругательным слова на Охотном Ряду, статью УК 280.1, что про призывы к сепаратизму. «На первый раз» и здесь теперь накажут в административном порядке, штрафом. Но одновременно в УК появилась новая «сепаратистская» статья 202.2, и тут уж до 10 лет лишения свободы без вариантов — за действия по отчуждению российской земли. Это полусмягчение-полуужесточение случилось в связи с принятием поправок в Конституцию, объясняли авторы законопроекта — депутат Павел Крашенинников («ЕР») и сенатор Андрей Клишас. Над текстом работали почти полгода.
Чтоб неповадно было
Если же говорить о том, что преступлением раньше не считалось, а нынче считается, то прошлой весной президент предложил, а парламент дружно согласился наказывать за «уничтожение либо повреждение» воинских захоронений, а также памятников и других мемориальных сооружений или объектов, увековечивающих память погибших при защите Отечества. Закон к 75-летию Победы приняли за месяц с поправками. А появление в УК новой статьи, карающей за коррупцию арбитров (третейских судей), заметили разве что сами арбитры… Но Дума работала полгода.
1 апреля 2020 года Уголовный кодекс дрогнул: вступил в силу принятый за 6 дней чрезвычайный антиковидный закон, авторами которого значились Павел Крашенинников («ЕР») и спикер Госдумы Вячеслав Володин. В условиях некоторой паники, охватившей в начале эпидемии российские и не только власти, решено было напугать граждан как следует — чтоб дома сидели и карантинные требования соблюдали. Т.н. «санитарную» статью 236 УК серьезно ужесточили, и сейчас она обещает штраф в 500 тысяч рублей, а в худшем случае — лишение свободы на срок до 7 лет. Причем одинаковое наказание прописано и для нарушителей санитарно-эпидемиологических правил, по неосторожности способствовавших массовому заражению людей, и для тех, кто никого не заразил, но гипотетическая «угроза» наступления таких последствий была.
Самое громкое «санитарное дело» по статье 236 УК РФ возбудили в Москве после событий 23 января 2021 года — за подстрекательство участников несанкционированной акции к нарушению санитарно-эпидемиологических правил. Занимается им столичный СК. Проведены обыски, несколько оппозиционеров отправились под домашний арест, обвинение пока не предъявлено никому.
Одновременно в УК появились две новые статьи, которые карают за публичное распространение ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан. Если фейк-ньюс не спровоцировали причинение вреда здоровью или смерть — можно отделаться штрафом до 700 тысяч рублей. Но если кто-то заболел или умер — штраф вырастает до 2 млн рублей, а альтернативой становится до 5 лет колонии. В докладе «Свобода Интернета», подготовленном экспертами международной правозащитной г