Если судить по внешности первой леди Мишель и первых детей Малии и Саши, то семейство Обамы, прилетевшее во Внуково на президентском лайнере “ВВС-1”, хорошо подготовилось к московскому саммиту. Все трое были в рединготах — непромокаемых плащах. Сказался фактор погоды.
Мой коллега — репортер агентства Рейтер уже стал обыгрывать “холодную, дождливую, серую” погоду. Однако сам президент США был без плаща и это поддерживало слегка теплившийся огонек надежды. “Погода это еще не климат”, — сказал я коллеге, но в моем голосе не было уверенности….. Обама сел в свой “Кадиллак”, доставленный из-за океана, и покатил в Кремль “перезагружать” российско-американские отношения в четыре руки с президентом Дмитрием Медведевым. Груз для “перезагрузки” был практически неподъемным, хотя ожидались подвижки по ряду направлений как продление Договора СНВ-1, координация борьбы с международным терроризмом и торговля. (Обаму сопровождает ряд капитанов большого бизнеса, желающих увеличить груз торгово-экономических связей с Москвой, которые в 2008 году с трудом дотянули до $36 млрд.)
Переговоры начались в узком составе. Президентов сопровождали исключительно их внешнеполитические помощники. В заявлениях, сделанных перед началом переговоров оба президента звучали весьма оптимистически. Из их высказываний следовало, что в российско-американских отношения сфера, где возможны договоренности намного превосходит сферу, где доминируют противоречия. Их бы устами мед пить.
А перед Кутафьей башней выстроилась гигантская очередь аккредитованных на саммит журналистов. Допуск в Кремль все время оттягивался как и время начала пресс-конференции. Это было одновременно и положительным и отрицательным симптомом. Положительным в том смысле, что переговоры ведутся по существу и требуют больше времени. Отрицательным потому, что переговоры оказались слишком трудными. Среди аккредитованных журналистов вызвало определенное недоумение высказывание президента России в интервью с итальянскими журналистами: “Абсолютно не важно кто является президентами России и США”. Нельзя не вспомнить, что ровно 54 года тому назад в Женеве состоялась первая послевоенная встреча в верхах. С американской стороны на ней присутствовал Эйзенхауэр, а с советской стороны — Хрущев и Булганин. И тогда Эйзенхауэр пытался угадать кто из них будет его собеседником в будущем. Это выяснилось для него только в 59-м году, когда он встретился с нашим Никитой Сергеевичем. И одна из главных задач визита Обамы в Москву - выяснить кто является его главным партнером по переговорам не только формально, но и по существу.
…Наконец, журналистская фаланга двинулась. Охрана организовала для нас два загона. По одному двигались иностранные репортеры, по другому — российские. Иностранные репортеры двинулись раньше и быстрее нас. Под сильным ветром мы пересекли Троицкий мост и вошли в Кремль. Через несколько минут осмотр кремлевских достопримечательностей должна была начать первая леди США. Войдя в Большой Кремлевский дворец, мы были удивлены: для нас накрыли роскошные столы. Однако полного счастья не бывает. Спиртные напитки отсутствовали. Видимо, нам предлагается пьянеть только от успехов саммита. Но кроме телевизоров никаких признаков техники обслуживающей четвертую ветвь власти в здании не было. Когда я попросил дать мне или указать городской телефон, мне сказали, что таковых в зале нет и надо пользоваться исключительно мобильными. Однако при входе нас предупредили, что “во время мероприятия все мобильные телефоны должны быть отключены”. Ну что ж, противоречия — это диалектика, а диалектика движет нашей жизнью.
