Консерватор на велосипеде. ФОТО

Произойдет ли при Дэвиде Камероне у Британии перезагрузка с Россией?

Произойдет ли при Дэвиде Камероне у Британии перезагрузка с Россией?
Во время российско-грузинской войны Камерон отправился выражать симпатии Саакашвили.
“Я понятия не имею, есть ли где-то еще разумная жизнь, — сказал в январе прошлого года Дэвид Камерон, пообещав, что в случае прихода его партии к власти британское правительство обнародует засекреченные документы по НЛО. — Я верю в свободу информации и открытость, этот вопрос периодически задается, и я думаю, что мы должны стремиться к наибольшей открытости и прозрачности”. К власти Камерон пришел, но, похоже, у него есть масса иных проблем, нежели данные о полетах инопланетян над Британией. Кто он — молодой консерватор XXI века? Что обещает он своей стране? Улучшатся ли при нем отношения с Россией? В этом пытается разобраться “МК”.

“Измениться, чтобы победить”

— Дэвид Камерон — очень способный и перспективный политик, сумевший вывести Консервативную партию на новый вектор и преодолеть синдром, который мешал консерваторам прорваться на вершину политики, — считает главный научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений РАН Сергей ПЕРЕГУДОВ. — Он подобрал себе новую команду, которая разделяет его взгляды. Главный позитивный вклад, сделанный Камероном, состоит в том, что он отказался от той неолиберальной концепции, которой придерживалась долгое время его партия. Камерон сместил свою ориентацию к центру. Он выступил с совершенно не консервативными в традиционном понимании установками, а скорее с центристскими. И это смещение к либерализму, к центризму помогло ему наладить отношения и создать коалицию с либерал-демократами, которые до последнего времени стояли на противоположных с консерваторами позициях...

ФОТО


В декабре 2005 года тогда 39-летний министр образования “теневого кабинета” тори Дэвид Камерон стал новым лидером британских консерваторов.
“Я хочу принести этой стране современный, сочувствующий консерватизм, что будет правильно для нашего времени и нашей страны... Мы должны измениться, чтобы победить”, — обещал Камерон. Уже тогда его конкурент в борьбе за пост партийного лидера Дэвид Дэвис заявил, что считает Камерона “следующим консервативным премьер-министром”. Как в воду смотрел, правда, для этого консерваторам понадобилось почти пять лет.  

И еще: возможно, для победы консерваторов в 2010 году понадобился мировой кризис, чтобы позиции лейбористов, правивших бал почти полтора десятилетия, были подорваны окончательно. Спору нет, за тринадцать лет население Соединенного Королевства устало от лейбористов, а кризис добил правительство Гордона Брауна. (Однажды Браун, выступая в парламенте, случайно оговорился, что это он... спас мир, погрязший в финансовом кризисе, — и Камерон не смог упустить шанса пройтись по своему противнику: “Он так занят спасением мира, что совсем забыл о нуждах своей страны”.)  

— Это не вина Америки, это вина нашей внутренней политики, — громил лидер тори лейбористское правительство Брауна. Но Дэвид Камерон и без кризиса мастерски вымостил дорогу тори к власти. Его приход в руководство партии привнес в политику тори новый стиль. Устроил, так сказать, ребрендинг. Кто сказал, что имидж ничто? Молодой лидер, слушающий инди-рок и раскатывающий на велосипеде, стал олицетворением нового — более выигрышного — имиджа тори, выступая за то, чтобы партия стала голосом современной прогрессивной Британии. При этом соблюдена и верность традициям: получивший элитное образование, богатый и знатный — именно таким и должен быть лидер тори. Одна родословная Камерона дорогого стоит. Мало того что он является прямым потомком короля Вильгельма IV (а следовательно, и родственником королевы Елизаветы II), так некоторые исследователи генеалогии приписывают ему родство с библейским пророком Моисеем. А когда надо, Камерон облачается в синий костюм и повязывает синий галстук — традиционный цвет своей партии.  

— Со стереотипным образом британского тори образца ХХ века Камерон соотносится только частично, — полагает руководитель Центра британских исследований Института Европы РАН Алексей ГРОМЫКО. — Весь созданный им имидж плохо совпадает с представлениями о политике Уинстона Черчилля, Энтони Идена или Гарольда Макмиллана. Это новый тип консервативного лидера — но это не разрыв с прошлым, а скорее некая новая комбинация традиций и инноваций... Вся история противостояния лейбористов и консерваторов в 1970-х гг. построена на том, чтобы отобрать друг у друга избирателей. В свое время Тэтчер сумела привлечь на свою сторону часть лейбористского электората. Потом то же сделал и Тони Блэр — соответственно, с частью электората тори. В какой-то степени успеха в этом добился и Камерон...  

В отличие от своего предшественника на посту главы Консервативной партии Камерон отказался от бесчисленных нападок на тогдашнее правительство Блэра. Будучи главой оппозиции, он демонстративно избегал действовать по принципу “чем хуже, тем лучше”. Более того, Камерон стал — едва ли не в пику товарищам по партии — оказывать поддержку тем законопроектам Блэра, которые находил полезными.  

Но и этого мало: новый вождь тори покусился на традиционную вотчину лейбористов — начал, к примеру, выступать сторонником экологических программ.

“Я не идеолог до мозга костей”

Еще лет пять назад некоторые наблюдатели заговорили о том, что в британской политике происходит срастание “правого” лейборизма с “левым” консерватизмом. То есть течений, которые символизировали Блэр и Камерон соответственно. У них вообще оказалось много общего. Один автор даже придумал имя собственное Блэмерон, склеенное из фамилий Блэра и Камерона. Блэр тоже стал самым молодым с 1812 года главой британского правительства. Пока пальму первенства у него не перехватил Камерон.  

“Вновь мальчик с хорошими манерами из привилегированной школы пытается стать премьер-министром, хотя на этот раз его альма-матер не Феттес-колледж, а Итон, — иронизировал еще в 2005 году один из британских колумнистов по поводу властных амбиций Камерона, сравнивая его с Тони Блэром. — Вновь он выглядит освежающе нормальным. У него приятная жена и молодая семья, и он заявляет, что старается держаться максимально далеко от старомодной политической машины. И вновь пиар — в центре его кампании...”  

Тони Блэр тоже пришел в руководство лейбористов в то время, когда его партия была в оппозиции, — и сумел преодолеть засилье консерваторов во власти. Камерон проделал примерно то же самое. Если продолжать игру в аналогии, то уместен вопрос: сумеет ли Дэвид Камерон повторить пример “железной леди”, положившей начало 18-летней монополии консерваторов на власть?  

Из своих предшественников Камерон, как легко догадаться, больше всего восхищается премьерами-консерваторами Уинстоном Черчиллем и Маргарет Тэтчер. Хоть и признается: “Я, конечно, большой фанат Тэтчер, но не уверен, что это превращает меня в тэтчериста”.  

“Я не идеолог до мозга костей, я практический человек и прагматик”, — говорит о себе Камерон. Но когда дело доходит до принципов, он, кажется, готов их отстаивать до конца.  

“Наша задача — предоставить людям самим контролировать свою жизнь, решать, что делать. Это необходимо, если мы хотим сделать общество сильным”, — обещал Камерон на партконференции в 2007 году вернуть британцам свободу, “отнятую у них лейбористами”. Он обвиняет лейбористов в том, что те верят в государство — а консерваторы верят в общество и семью. А потому лидер тори обещал создать институт надомной помощи родителям маленьких детей, увеличить акцизы на крепкий алкоголь и предоставить разные бонусы вступающим в брак.  

“Я отец троих детей, и я думаю, что нет на свете ничего важнее семьи. Важнее для меня. Важнее для моей страны”, — тут Камерон точно не лукавит. После смерти в прошлом году его старшего сына Айвана, родившегося с церебральным параличом и эпилепсией, у Камерона осталось двое маленьких детей — Нэнси и Элвин. Но в сентябре супруга Дэвида Саманта собирается родить... Найдется ли у молодого отца-премьера много времени для семьи? Сомнительно. Победить на выборах еще не значит обеспечить себе политическое будущее. А с учетом вороха проблем, засыпавших Соединенное Королевство, это будущее отнюдь не безоблачно.  

“Если бы это не была коалиция, довольно хрупкая, сложившаяся на фоне кризиса, у Камерона были шансы пробыть у власти полный парламентский срок, а то и выиграть следующие выборы, — считает Алексей Громыко. — Но сейчас очень трудно загадывать, сможет ли эта коалиция консерваторов и либерал-демократов продержаться больше года-двух. Главные вызовы, с которыми предстоит столкнуться правительству Камерона, — внутриэкономические проблемы. 99% всего своего времени коалиционное правительство тратит на решение внутренних проблем Британии. В тронной речи на первом месте стояла проблема сокращения дефицита госбюджета, сокращения расходов казны. И для Британии это очень серьезная проблема”.

“...Но не на условиях России”

Сумеет ли Камерон со своей командой вытащить Британию из ямы накопившихся проблем — в конце концов, об этом пусть голова болит у жителей Соединенного Королевства. Нам гораздо интереснее, что он будет делать на внешнеполитическом направлении.  

“Пока трудно прогнозировать, каким будет внешнеполитический курс нового британского правительства, — сказал “МК” профессор Сергей Перегудов. — Либерал-демократы ориентируются на Европу, тогда как евроскептики-консерваторы — на Соединенные Штаты. Сейчас между партиями достигнут некоторый компромисс, но в основном в пользу консерваторов. В тронной речи королевы основной акцент делался на конструктивные отношения с Америкой. Камерон сделал некоторые уступки в отношении Европы, но и либерал-демократам пришлось отступить: возможные решения Евросоюза, которые будут ущемлять суверенитет Великобритании, будут приниматься британским правительством только если население одобрит их на референдуме. Что же касается России, то она в документах последнего времени практически не упоминается. У меня есть чисто умозрительное ощущение, что поскольку экономическое состояние Великобритании сегодня тяжелое, а от России многое зависит хотя бы в области энергетики, им нет смысла пикироваться с Россией и всячески будировать те неприятные казусы, которые возникали между нашими странами”.  

Будущее, конечно, покажет, куда двинутся отношения между Лондоном и Москвой. Записным русофобом Камерона вряд ли назовешь, но исходя из прежних заявлений и действий лидера консерваторов Дэвид Камерон никогда бы не мог претендовать на звание лучшего друга России.  

Именно он в августе 2008 года помчался в Тбилиси поддержать Саакашвили в борьбе с Россией, убив тем самым двух зайцев — выразив свое отношение к “российской агрессии” и дав оплеуху премьеру Гордону Брауну (так как даже у его соратников по лейбористской партии возник вопрос: почему не глава кабинета или на худой конец глава Форин-офиса, а лидер оппозиции отправился солидаризироваться с Грузией?). В качестве одной из карательных мер по отношению к “зарвавшейся” России Камерон предложил запретить российским олигархам совершать шопинг в Лондоне (не ясно, кому только от этого хуже). Конечно же, Камерон — горячий сторонник приема в НАТО Грузии и Украины.  

Теоретически Камерон не возражает против улучшения отношений с Москвой. Но оговаривается: “Мы хотим видеть Россию в качестве партнера, но не на условиях России”. Читай — “на наших, британских условиях”.  

— В британско-российских отношениях ничего нового ждать не стоит, — прогнозирует Алексей ГРОМЫКО. — Процесс их восстановления будет продолжаться так же медленно и незаметно, как это происходило при Гордоне Брауне. Никаких перезагрузок и прорывов не будет. Но хочется надеяться, что тенденция на эволюционное улучшение будет потихоньку продолжаться...

Что еще почитать

В регионах

Новости

Самое читаемое

Реклама

Автовзгляд

Womanhit

Охотники.ру