Бред вместо долга чести: почему "Матильда" заняла место "Кассини"

В космический век настроения россиян напоминают медведя-шатуна

Одно то, что эпизод со сгоревшим в атмосфере Сатурна зондом Cassini попал во все мировые топы новостей, говорит хотя бы о том, что американцам блестяще удается — буквально с голливудским размахом — популяризировать свою науку и инженерную мысль: хоть каким боком, но она легко входит в каждый дом, на каждую кухню, и все как мантру повторяют — Кассини, Кьюриосити, Оппортьюнити (два последние — марсоходы), ну а Илон Рив Маск вообще для многих стал новым богом, олицетворением перемен.

Жаль, что российская новостная повестка дня «про науку» — это украденные деньги на космодроме Восточный. На этом популяризация инженерной мысли завершается.

В космический век настроения россиян напоминают медведя-шатуна

Так отчего получается такой парадокс — космическая держава, Королев, Восток, Гагарин, — и мы не в состоянии ровно ничего предложить миру позитивного и прогрессивного? Наша информационная повестка — нелепое и глухое средневековье, фельетонное общество, лишенное идей и смыслов к существованию. На этот вопрос нам помогает ответить композитор Владимир Дашкевич, который без агрессии и навязывания своего мнения честно дает оценку сложившейся ситуации...

— Владимир Сергеевич, разве было бы плохо, будь этот зонд Кассини — или ему подобный зонд — нашим? Почему мы не поем гимн инженерной мысли? Наверняка, не все мозги еще уехали...

— Дело не в мозгах. Если страна погружается в мракобесие, то ей не до космоса. Она воспринимает космос как нечто ненужное и неправильное. Потому что есть Господь, он сидит там на небе, и никакого космоса не должно быть. Если люди до такой степени погружаются в ложнопафосный религиозный режим своего существования, то мозги у них строятся ровно также, как и триста лет назад. Если бы три столетия назад нам бы всем сказали, что на небе, там, где сидит Господь, может летать человек, то это бы вызвало колоссальное возмущение.

— И сейчас это мракобесие неожиданно вошло в норму?

— Мракобесие это, что хуже, является огромной частью нашего менталитета.

— Это мода? Ведь это же всё неискренне...

— Это не мода. Это ментальность, вновь пробудившаяся после сна. Ментальность сидит в каждом народе, она может быть в латентном состоянии, а может вдруг заявить о себе — как медведь-шатун, который просыпается не в свое время, зимой и начинает безумствовать. Вот это проснувшееся мракобесие во времена серьезных космических свершений делает эту действительно замечательную космическую тему бессмысленной. Причем, тему не просто замечательную, — космос дает человеку новую цель существования и его эволюции. Но народ сейчас воспринимает это враждебно. Как и всё, что не прописано в их канонах. Вот как Бог создал землю за шесть дней — так это и должно быть безо всякого космоса. Наши люди сейчас не воспринимают космос как будущее человечества.

— Но опять же — всю эту религиозную истерию очень сложно считать искренней... от любой новости на эту тему отдает пафосным фиглярством.

— Это большая ошибка думать, что они неискренни. Медведь-шатун зимой совершенно искренне безумствует, проснувшись. Отчего же? Очень искренне. Они находятся в таком состоянии, когда во времена технического прогресса и общечеловеческих великих научных достижений, они вдруг оказались на островке в одиночестве. Ведь что такое Россия с точки зрения логики? Это 2% человечества, и вот 2% восстали против 98 других. Остальным ясно, что за космосом — безусловное будущее; космос пока несет нам чисто научные сведения, а потом начнет приносить огромную практическую пользу, станет источником невероятного количества энергии.

Тут ведь в чем дело? Космос делает человечество единым. И этим космос не нравится правящим элитам. Потому что правящие элиты правят в своих странах, а космос, космическая тема делает планету единой. Вне всяких государственных границ.

— Которые сегодня просто устарели как данность, что хорошо видно на примере большого числа псевдогосударственных образований... Государство уже вырождается как идея в принципе.

— Ну конечно. Границы давно уже становятся человечеству на его тесноватой планете ненужными и даже лишними. А те, кто нами управляют, очень хотят, чтобы мы подчинялись режиму, который был 300 лет назад. Он их устраивает, потому что тогда люди были рабами. И это раболепие легко опять просыпается в российской ментальности. И это очень опасное свойство. Тут посмотрел одну телепередачу: был опрос — кого, мол, вы поддерживаете в истории с ядерным оружием — США или Северную Корею с ее запусками? 80% ответили, что — да, поддерживают КНДР с ее запусками.

— Лишь бы насолить США?

— Дело не в США, Корея находится рядом с нами, а не с США. Это именно уровень агрессии. Агрессия эта и есть ментальная болезнь, захватывающая сейчас всё большие и большие массы. Наш народ. Надо называть вещи своими именами. Ментальная болезнь — это когда люди вопреки всякому здравому смыслу хотят воевать друг с другом, хотят применять ядерное оружие (хотя где-то там, в оставшейся части здорового мозга понимают, что это безумие, которое уничтожит планету)... И тем не менее, они поддерживают сторону, которая хочет применить ядерное оружие. Поэтому зонд Кассини не становится особым информационным поводом, ну кому придет в голову выразить благодарность этому прекрасному космическому аппарату, который столько лет (запущен в 1997-м) служил всем. Всем людям, подчеркиваю, а не только США и НАСА. А мы хотим сейчас противопоставить себя человечеству...

— Нам новости про коррупцию на Восточном куда милее... все разворовали — это же так привычно и приятно для слуха.

— Если говорить серьезно, тема коррупции очень мало сейчас интересует людей. Она, может, интересует те 20%, которые проголосовали против ядерного оружия и Северной Кореи. А вот у остальных нормальная рабская психология, они привычно про себя думают (заслышав новости о коррупции): да будь я на месте этого коррупционера, то с удовольствием точно также воровал бы. То есть для большинства населения взяточники и воры — это свои ребята, такие же как и они сами. Просто, мол, этим повезло, они оказались на нужном месте и много украли. А мы нет, нам не повезло... Тема коррупции должна была бы объединить людей в огромном большинстве, но она почти сходит на нет.

— Но есть ли какой-то рецепт избавиться от этой ментальной болезни?

— Единственное, что я могу тут сказать — это привести две строчки из «Фауста» Гете. «Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день за них идет на бой». Это единственный путь: пробуждать себя тем, что за свободу надо бороться. И тогда люди, которые стоят рядом с тобой — возможно не сразу — пробудятся тоже. От того жуткого состояния, в которое они сейчас погружены. Это печально, что для нас зонд Кассини — не повестка дня. Этот зонд как солдат на посту прослужил много лет и проводить его — долг человеческой совести. Вместо этого народ как безумный занимается совершенно бредовой темой императора и Матильды. Какой еще император? Какое он к нам сейчас имеет отношение? Какое это для нас сейчас имеет значение?

— Да, я сам смотрю со стороны на этот новостной шквал и потрясаюсь безумию, в которое втянуты люди. Тема, лишенная всякого смысла и содержания. Со всех точек зрения.

— Как-то в 90-е годы приводили статистику по атеистам и верующим. Условно, в 1994-м — атеистов было 40%, а верующих 60%. А уже в 1996-м, через два года — верующих стало 80%. То есть народ меняется молниеносно. То все партийные и ходили на собрания, то вдруг стали религиозными больше некуда. Вранье это. Я много пожил на свете, и я знаю единиц, — единиц! — глядя на которых я понимаю, что они — верующие. Быть верующим в наше время очень непросто. Потому что та вера, те верования, которые возникли две и более тысяч лет назад, были построены самыми образованными людьми своего времени. Будда, Сократ, Лао Цзы, Конфуций, — все те, кто создавал тогда фундамент веры, были умнейшими и образованными людьми, и именно поэтому за ними шли массы. Потому что массы им доверяли. Но сейчас в канонах веры ничего не изменилось, а наука пошла очень далеко. И для того, чтобы человек сейчас верил в бога, он должен находить себе новое понимание идеи бога. Потому что, тот бог, который понимался людьми две тысячи и более лет назад и тот бог, которого можно понять сейчас, — это совершенно иное понимание.

— Взять Эйнштейна...

— Я понимаю, что Эйнштейн мог понять, что такое бог.

— Понятно, на что опиралась его вера.

— Его вера опиралась на новое понимание мироздания. В том числе и космоса. А наша вера сейчас опирается на то, что есть какие-то древние каноны, которые сегодня уже являются просто историческими артефактами, но никак не могут представить собою целостную идеологию. Об этом надо думать. Это очевидные вещи.

После 20 лет странствий легендарный "Кассини" сгорел в атмосфере Сатурна

Смотрите видео по теме