Эксперты предложили свои варианты изменения школьной программы

Русский язык спасет литература?

На заседании Совета по межнациональным отношениям президент страны заявил, что нынешние итоги ЕГЭ по русскому языку служат поводом для изменения программ его преподавания. Глава Минкульта Мединский и вовсе предложил расширить изучение «великого и могучего» за счет часов, ныне отведенных на иностранные языки. В том, есть ли поводы для паники, вместе с «МК» разбирались эксперты.

Русский язык спасет литература?

Нет сомнений: школьный предмет, в рамках которого изучается национальный язык страны, является особым. Тем более в России, где русский — и средство межнационального общения, и язык преподавания. Не зная его, не сдашь ни один экзамен: в Общественной палате уже всерьез заговорили о том, что «албанский язык», на котором ребята общаются в Интернете, стал мешать им понимать смысл экзаменационных заданий. Отсюда и соответствующие итоги ЕГЭ.

Впрочем, с обучением школьников у нас и без всякого «албанского» проблемы: об этом свидетельствуют впервые не искаженные массовыми приписками итоги ЕГЭ этого года. Количество «неудов» по обоим обязательным предметам (русский язык и математика) оказалось запредельным. Причем не только для нас, обывателей, но и для властей, принявших беспрецедентное решение о снижении минимального порога школьной «тройки» по математике с 24 до 20 баллов, а школьного русского — с 36 до 24 баллов. В противном случае на улице остались бы десятки тысяч молодых людей, а это огромная головная боль. Но только ли в русском языке все дело?

Начать с того, что минимальные пороги пришлось понизить не только по русскому, но и по математике. И то, что по русскому минимум просел на 12 баллов, а по математике «всего» на 4, вовсе не означает, что по «великому и могучему» дела обстоят втрое хуже, чем в области «царицы наук». Просто уровень оценок по математике опустили ниже плинтуса авансом. А русский подтянулся к этому уровню лишь сейчас. Более того. Падение результатов коснулось и всех других школьных предметов: в среднем по сравнению с 2013 годом оно составило 10 пунктов. Причем по русскому, что примечательно, снижение минимальное: с прошлогодних 63,9 до 62,5 балла. А вот, к примеру, по химии оно составило 13 баллов (с 68,6 прошлогодних до 55,6 в этом году), а по английскому языку — 11,8 (с 73 до 61,2).

Вывод очевиден. Необходима ревизия всего нашего школьного образования, включая, конечно, и программы по русскому языку. Что именно надо исправить, «МК» рассказали специалисты.

Учитель русского языка и литературы московской школы №1308 Сергей РАЙСКИЙ:

— Думаю, что дело не в программе изучения русского языка в школе. Результаты ЕГЭ этого года показывают, что аналогичные проблемы возникли со всеми школьными предметами. И объясняется это очень просто: многие выпускники надеялись, что, несмотря на все угрозы, они и в этом году смогут списать, а потому не готовились к экзаменам. И в итоге просчитались.

Когда государство снижает минимальный балл, назвав двоечников троечниками, и фактически дарит им аттестаты, это, как мне кажется, выдвигает в число первоочередных задач не реформу школьных программ, а определение основных ориентиров — чего государство хочет от школы и от ее выпускников. А уж если менять программу, то только так: вернуть полноценный статус предмету «литература»! Сегодня литературу низвели до уровня никому не нужного урока, который дети просто «отсиживают». Между тем основная причина провалов по русскому языку — нечитающие дети. А без развитых навыков чтения русским языком не овладеть.

Глава Предметной комиссии по русскому языку Ирина ЦИБУЛЬКО:

— Во-первых, надо внимательно посмотреть учебники по русскому языку и понять — нужны ли существующие ныне серьезные отличия между ними, или это, скорее, мешает обучению. Во-вторых, надо посмотреть программы изучения русского языка и, что очень важно, выяснить, как учителя интерпретируют нормативные документы, и прежде всего федеральные государственные стандарты, ведь в конечном итоге обучение ученика — это дело учителя. Важный момент — и уровень профессиональной подготовки самого учителя. Не будем забывать: наши дети не хуже и не лучше, чем раньше, просто они другие. А мы это не всегда учитываем. И, наконец, нужны новые методики изучения русского языка — именно об этом и говорил президент. В плане таких методик у нас сделано очень много — надо лишь использовать эти достижения с максимальной отдачей! Крайне важно также, не забывая о современных зарубежных методиках, использовать опыт блестящих отечественных методистов. Без этого, думаю, дело будет провалено.

Директор Института содержания и методов обучения РАО Михаил РЫЖАКОВ:

— Если поменять только программу изучения русского языка, ничего не изменится. Нужно менять методическую систему обучения: видно, многие приемы, которые сейчас применяются, не срабатывают. Но это беда не только изучения русского языка, а всей нашей школы в целом: дети не хотят учиться, учителя не в состоянии ответить на самые простые вопросы, а вузы жалуются на крайне слабых абитуриентов. Этот итог — результат нашего общего некритичного отношения к образованию последних лет, внедрения непродуманных новшеств и длившегося десятилетиями нежелания государства заниматься образованием, и уж тем более качеством образования. В последнее время, правда, отношение государства изменилось в лучшую сторону. Но мы уже пожинаем плоды тех лет, и больше всего я опасаюсь, что вместо принятия системного решения мы вновь начнем латать тришкин кафтан.

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №26571 от 14 июля 2014

Заголовок в газете: Русский язык спасет литература?