Хроника событий Ели траву, чтобы не умереть: тулячка пережила ужасы концлагеря Инновационный поезд-музей побывал в Невинномысске Готовились к войне и в глубоком тылу В Кокшамарах восстанавливают оборонительные сооружения Великой Отечественной Солдат вернулся!

Путь связиста: от Тихвина до «Союзмультфильма»

Иван Иванович ВДОВИН: «Четыре года — по землянкам. Ни в один дом на постой не входил»

07.05.2015 в 18:53, просмотров: 2735

Каждый год 9 мая Иван Иванович Вдовин ходит в парк Горького. Однополчан живых уже почти не осталось, поэтому он просто сидит на лавочке и вспоминает о войне. Несмотря на врожденную «куриную слепоту», он прошел ее всю: начал под Тихвином, закончил в Польше. А после Победы связал свою жизнь... с мультипликацией. Рисованные барбосы и антилопы помогли вернуться к мирной жизни. Сейчас, в свои 95 лет, Иван Иванович пишет картины маслом на холсте, строгает деревянные рамы для зеркал и не без удовольствия вспоминает свою работу на киностудии «Союзмультфильм». Но по сей день ветеран Великой Отечественной войны помнит все подробности службы, будто все было только вчера.

Путь связиста: от Тихвина до «Союзмультфильма»
фото: Людмила Александрова
Герой Великой Отечественной войны Иван Вдовин.

Из железнодорожников — в связисты

В армию Иван Иванович ушел накануне войны. Призывника Вдовина из Москвы в октябре 40-го года отправили служить в Забайкальский край. Где распределили в железнодорожный полк. Хотя рисовать Иван любил с детства — с третьего класса по десятый даже ходил в кружок изобразительного искусства, — но после школы решил поступать в железнодорожный техникум, где проучился три года по специальности «сигнализация, централизация, блокировка». После учебки Иван попал в 65-ю стрелковую дивизию, где был распределен в отдельный 104-й батальон связи. Полное название дивизии — 65-я стрелковая Новгородская Краснознаменная дивизия ордена Суворова. Командиром ее был полковник Петр Кириллович Кошевой... А в июне началась война.

— Связистов можно было сравнить с ишаками, — вспоминает ветеран. — На плечах солдата все время был телефонный аппарат, вес которого достигал 5 кг, и катушка с проводом. И это было только дополнение к стандартному набору военного — к противогазу, каске, винтовке, топору и шинели.

— В Даурии в Забайкальском военном округе я прослужил до октября. Жили в землянках, что сами выкопали. Но однажды нас построили и сообщили, что просьба взвода об отправке на фронт для защиты столицы удовлетворена, — рассказывает Вдовин. — Мы начали грузиться в эшелоны. Полнокровная боеспособная единица поехала под Москву.

Сверхсекретный военный парад в Куйбышеве

Еще по дороге на фронт Иван Вдовин поучаствовал в первом своем военном параде. Было это 7 ноября 1941 года в Куйбышеве (ныне Самара). Это мероприятие было уникальным по своим масштабам. В нем принимали участие более 230 летных экипажей, 8 авиаполков и 5 авиашкол, сумевших в необычайно короткие сроки — в течение всего трех дней — подготовиться к грандиозному мероприятию.

Пешую часть парада представляли красноармейцы как раз таки 65-й стрелковой дивизии, остановившейся в Куйбышеве в связи с предстоящим событием.

— На окраине города в школе устроили себе временное жилье, — вспоминает Иван Иванович. — Десять дней, от зари до зари, на бывшей свалке мы занимались строевой подготовкой. Нас готовили к параду. С восхода и до захода солнца одна команда — выше ногу, шире шаг! Мне казалось, это занятие тяжелее, чем рыть землянки. Перед парадом нас одели во все новенькое. 7 ноября были наскоро сформированы трибуны, и наша дивизия на отлично промаршировала по площади. На смотр приезжала часть дипкорпуса. А принимали парад в Куйбышеве Председатель Президиума Верховного Совета СССР Михаил Калинин и представитель Ставки Верховного Главнокомандования маршал Климент Ворошилов.

А до Москвы дивизия не добралась. На следующий же день после парада военных погрузили в эшелоны и отправили под Тихвин, где прямо с марша они вступили в бой с захватчиками.

—Мы выгрузились на станции Большие Дворы — и сразу в бой. Наша дивизия была грозной силой. В ее состав входили три стрелковых полка, два артиллерийских, истребительный противотанковый дивизион, батальон 120-мм минометов, зенитный дивизион, по батальону 76-мм орудий в каждом полку. А нашему отделению связистов, десять человек вместе с командиром, дали машину. В нее мы погрузили все телефонные аппараты, катушки. Проехали 15–20 км, выгрузились в деревушке, где начали готовить связь. И тут налетел немец. Нас начали бомбить. Командир наш лежал на печке. От разорвавшегося вблизи снаряда дом тряхануло так, что он свалился с нее на пол. Мы выбежали из избы. Хорошо, что через дорогу был лес. Там и просидели полдня. Командир дивизии нам приказал заготовить землянки. Всю войну мы ни в одной деревне больше не останавливались. После этого случая я четыре года в дом не входил.

— Первая наша задача была выкопать землянку для АТС, где должен был стоять коммутатор, от которого уже вели связь в полки. После рыли «пристанище» для командира роты и батальона, а только потом землянку для себя. Выкапывали землянки всю ночь, а утром команда — идем дальше. И так постоянно.

Бой за город Тихвин был чрезвычайно тяжелым. В задачу 65-й стрелковой дивизии входило овладение южной и юго-восточной окраинами Тихвина, то есть требовалось нанести лобовой удар. Именно эта боевая единица была основной действующей силой Восточной оперативной группы. Не имея большого опыта в ведении боя, всего две недели на фронте, солдаты медленно продвигались вперед. Утром 9 декабря залпы орудий смолкли, город был освобожден.

Встреча с Великим Новгородом 70 лет спустя

— Далее мы пошли освобождать Великий Новгород. Но дошли мы к нему только в 1944 году. После Тихвина мы все четыре года вели бои в Ленинградской области. В какой бы город ни зашли после освобождения, первое, что видели — обугленные дома. Из разбитых жилищ торчали только трубы от печей. И еще одолевал сильнейший запах горелого мяса. Из живых, кого мы встречали в городах, оставленных немцами, были лишь партизаны. Новгород освободили в январе 44-го, после чего 65-я стрелковая дивизия стала именоваться — Новгородская.

20 января 2014 года Иван Иванович ездил на 70-летие освобождения Великого Новгорода. Ветерана сопровождал его внук. Администрация города подошла к встрече ветерана серьезно. По приезде на вокзал Вдовина встретил личный водитель, а в качестве гида выступал ученик 10-го класса. В его школе был открыт музей 65-й стрелковой дивизии.

— Я встретился с представителем местной мэрии. Меня спросили, что я хотел бы посмотреть в Великом Новгороде. Я сказал, что ничего толком не помню, кроме одного монастыря на юго-западе. Оказалось, что в той части города было аж три монастыря. Но мы его нашли. В военное время, когда судьба привела меня в этот монастырь, там не было ничего. Только запах лошадиного помета. Видимо, немцы использовали его как конюшню. Но спустя столько лет я его узнал. Оказалось, это был Свято-Юрьев монастырь.

После Ивану Ивановичу вручили памятный значок Александра Невского «1150 лет зарождения русской государственности». А мэр города подарил герою войны именные часы и грамоту.

Иван Иванович говорит, что с удовольствием съездил бы и в Тихвин — в первый город, в освобождении которого он участвовал. Но отправив в местный райисполком письмо, герой войны так и не дождался ответа.

фото: Людмила Александрова
Фото с боевыми товарищами накануне демобилизации. Иван Иванович в центре кадра.

Секретные документы потеряли по дороге

Но вернемся к военным годам... На фронте практически каждый день связиста начинался одинаково. Утром солдаты шли искать обрывы на линии связи и устраняли их. Иван Иванович был связистом шестовых линий. Перед тем как протянуть провод, ему необходимо было поставить шест, наверху которого была рогатка, куда он и клал телефонный кабель. Как-то лошадь везла телегу и зацепила телефонный провод. Утащила она его аж на три км от землянок 65-й стрелковой дивизии. Ивану Вдовину вместе с другим бойцом пришлось облазить всю окрестность в поисках исчезнувшего провода.

О боях в Карелии Вдовин вспоминает так:

— Местность была очень неудобная для боев. Очень много воды. Но были и, напротив, места каменные. Ни топор, ни лопата не брали. Окопаться было нельзя.

Но Красная Армия уверенно продвигалась вперед, и вскоре части подошли к нашей границе с Финляндией. А после... дошли до Норвегии.

— Норвегия, узнав, что Красная Армия находится поблизости, дала запрос нашему командованию с мольбой о помощи. Там была всего одна немецкая группировка. Мою дивизию отправили на помощь. Взяли город Петсамо. Освободили аэродром на реке Титовка. Там-то связист Вдовин и получил свое первое за всю войну ранение.

— 13 октября 1944 года мы пошли дальше — на запад от аэродрома. Перебрались через Титовку. На большой поляне остановились на привал. И вдруг рядом разорвался снаряд. Тут же я почувствовал, будто мне в бедро попал кирпич, и ощутил тепло в правой ноге. В меня попало 8 осколков. Два в плече, они до сих пор там. Остальные ранили ногу.

— Из медсанбата меня переправили в госпиталь, где разместили в брезентовом шалаше 4 на 6 метров, — вспоминает ветеран. —Шалаш был полностью заполнен ранеными. Нашли мне пристанище в дальнем левом углу. Брезент палатки в этом месте неплотно прилегал к земле, и ветер дул со страшной силой. Промерз я до самых костей. Никогда не забуду эту ночь.

Днем прилетел самолет, который должен был переправить связиста в другой госпиталь. Это был учебный ПО-2. Ивана Вдовина прямо на носилках привязали к правому нижнему крылу… Так он полетел в Мурманск.

В полевом госпитале №2525 Вдовин пролежал больше месяца.

Погоня за родной дивизией

После выписки 100 человек из госпиталя посадили в вагон и отправили обратно в Мурманск для дальнейшего прохождения службы. Но Иван Иванович пробыл там недолго. Поступил приказ догнать свою 65-ю дивизию, которая в тот момент находилась в Рыбинске. Но по приезде туда связист узнал, что она уже ушла в Ярославль. Он за ней. В Ярославле сказали, что она уже в Вологде. Вдовин туда. А там выяснилось, что 65-я дивизия уже в Польше.

— 27 января 1945 года мы погрузились в эшелоны и поехали в Польшу, — рассказывает Иван Иванович. — Одели нас по-зимнему, так как в Вологде были приличные морозы. Валенки, телогрейка, шинель и шапка-ушанка. В Европе, напротив, весна уже вступала в свои права. Повсюду лужи, а мы в валенках... Выгрузились мы на станции Лоухв. Там же и узнали, что дивизия наша ушла в Вышкув. В общем, свою 65-ю стрелковую я так и не догнал.

Ивана Ивановича определили в 238-й запасной полк в роту связи. В это время бои шли уже на подступах к Берлину. Только в этом полку Вдовина переобули в ботинки.

—Кругом теплынь, весна, а мы грязь валенками месим, — смеется герой войны.

Именно в этом полку Иван Иванович впервые попробовал нарисовать портрет Сталина размером 110 на 170 сантиметров. И очень удивился, когда он удался. Его работу заметил командир. После чего Вдовину доверили рисовать агитплакаты.

фото: Из личного архива
Вдовин работал над созданием многих любимых нами мультфильмов. В том числе над «Серой шейкой».

С фронта — на «Союзмультфильм»

Демобилизовался Иван Иванович только в 1946 году. Из города Штольпа отправился домой, в Москву. 29 мая наконец-то был дома.

— На «Союзмультфильм» меня сразу взяли, — вспоминает герой войны. — Сперва я только раскрашивал рисунки главного художника. После меня перевели в другой цех, где я рисовал карандашом. Должность моя называлась — художник-фазовщик.

Художник-фазовщик — это профессия, связанная с созданием промежуточных фаз движения героя мультфильма. Иван Вдовин работал над такими известными картинами, как «Золотая антилопа», «Конек-горбунок», «Царевна-лягушка», «Золотые руки», «Серая шейка», «Полкан и Шавка», «Варежка».

Но о фронтовых буднях он не забыл. Через 50 лет после войны ветеран взялся за мемуары «Дневник памяти». Сейчас он очень жалеет о том, что не сделал этого сразу по возвращении. Только после того, как близкие ветерана прочли книгу, они поняли ее истинную ценность. Сын Ивана Ивановича напечатал книгу в 10 экземплярах, с фотографиями. Все для семейного прочтения. Но сейчас у самого автора на руках остался лишь один экземпляр, которым он очень дорожит.

70 лет Победы. Хроника событий