Психиатр: Бобокулова вряд ли выйдет из психбольницы - превратится в овоща

"Будут грузить химией по полной"

24.11.2016 в 21:39, просмотров: 27435

В четверг Хорошевский суд Москвы вынес вердикт по резонансному делу «няни-убийы». Гульчехру Бобокулову, которая в феврале этого года убила четырехлетнюю девочку, освободили от уголовной ответственности, вместо этого ее направили на принудительное психиатрическое лечение. Теоретически уже через полгода она может выйти на свободу, но на практике, говорят врачи и юристы, она скорее всего проведет остаток жизни в больнице.

Психиатр: Бобокулова вряд ли выйдет из психбольницы - превратится в овоща

«Наш суд -- самый гуманный суд в мире!» Эти слова Юрия Деточкина из фильма «Берегись автомобиля» невольно приходят на ум, когда знакомишься с приговором суда по делу Гульчехры Бобакуловой. В результате психиатрической экспертизы женщина была признана невменяемой. На основании этого суд постановил освободить ее от уголовной ответственности и применить к ней принудительные меры медицинского характера. Что это за меры и какова гарантия, что через какое-то время няня-убийца не окажется опять в какой-нибудь семье?

– Процедура прохождения принудительного лечения подробно описана в Законе о психиатрической помощи, – говорит врач-психиатр Владимир Красков. – Женщину направили в стационар, каждые полгода врачебная комиссия будет подавать в суд представление о ее психическом здоровье, где будет сказано либо о необходимости продлить лечение в стационаре, либо о том, что больная может перейти на принудительное амбулаторное лечение.

– И как долго врачи смогут продлевать ее лечение в стационаре?

– Сколько потребуется. Должен сказать, что условия в таких больницах ничуть не лучше тюремных, поэтому няне не позавидуешь. Может, даже было бы гуманнее отправить ее отбывать уголовное наказание. Например, в Италии именно так и происходит. Там нет принудительного психиатрического лечения, но зато независимо от душевного состояния человека он полностью несет ответ по всей строгости закона. Так что, окажись Гульчехры Бобакулова в Италии, сидела бы в тюрьме.

– Какова вероятность, что ее признают выздоровевшей?

– Очень невелика. Во-первых, дело резонансное, поэтому никто из врачей не возьмет на себя ответственность, чтобы назначить ей щадящее лечение. Будут грузить химией по полной... Очень быстро такой больной превращаются в овоща.

– Если все же допустить, что Гульчехре повезет и ее отпустят «на волю», где гарантия, что она вновь не пойдет наниматься в няни? Какая-нибудь отметка в паспорте у таких тяжелых шизофреников есть ?

– Нет, конечно. Это было бы нарушением ее прав и Закона о врачебной тайне. Врач, сообщивший о диагнозе своего больного, сам становится преступником. Если ее отпустят на амбулаторное принудительное лечение, то она должна будет являться строго в определенное время на прием к врачу в психоневрологический диспансер. Если такой пациент пропустит прием – врач имеет право вызвать полицию и отправить ее принудительно в стационар.

– Почему же тогда другой детоубийца, из Нижнего Новгорода, мог так долго находиться без лечения, и никто из врачей его не контролировал?

– Банальная халатность, которая привела к такой страшной трагедии. К счастью, такие случаи бывают крайне редко. Обычно врачи, на попечении которых находятся такие хронические шизофреники, как Бобакулова или Олег Белов из Нижнего Новгорода очень ответственно относятся к своим обязанностям. Например, я со своими пациентами, находящимися на принудительном амбулаторном лечении, не только общаются в стенах ПНД, но также ходил к ним домой. Разговаривал с родственниками, соседями. Собирал полную картину, как ведет себя больной.

К несчастью, шизофрения в такой тяжелой форме, как у Гульчехры, неизлечима. Даже о длительной ремиссии говорить не приходится. Были случаи, когда врачи подавали представление в суд о переводе больного на амбулаторное лечение, а он во время комиссии, где решался его вопрос, вдруг ни с того ни с сего срывался и приходилось опять сажать его на тяжелые препараты.

0:30

Убийство ребенка няней. Хроника событий