«Тетя, твоя собачка давно сдохла!»: как одинокие люди борются с самоизоляцией

Неживой друг лучше удаленных двух

21.05.2020 в 16:31, просмотров: 9817

У одиноких людей снижается выработка окситоцина (так называемый «гормон общения»), а это прямая дорогая к падению иммунитета, уверены медики. Поэтому психологи советуют тем, кто самоизолирован в одиночестве, все же обзавестись компанией: если приобрести живого домашнего питомца не получается, то хотя бы игрушечного. Хлопот он не доставит, а сопротивляемость организма повысит.

В чем польза неодушевленного друга, и как к этому относятся окружающие – на собственном опыте выяснял корреспондент «МК».

«Тетя, твоя собачка давно сдохла!»: как одинокие люди борются с самоизоляцией

- Одиночество очень вредно, тем более в стрессовых ситуациях, - подтверждает психолог-практик Елена Пиховкина. – В условиях карантина одинокие люди попадают под удар первыми, так как у них останавливается выработка окситоцина, которая стимулируется прикосновениями, поглаживаниями, чувством доверия и нежности. В обычных условиях, люди, живущие одни, компенсируют дефицит окситоцина общением на работе, с друзьями, даже в транспорте и во время прогулок – случайные коммуникации тоже стимулируют выработку окситоцина. А на самоизоляции одинокие люди оказываются в вакууме – окситоцин падает, а с ним и сопротивляемость организма.

Не случайно на Западе сейчас огромный спрос на тренажёры-манекены для обучения оказанию первой помощи, на силиконовых секс-кукол и даже на обычные торговые манекены в человеческий рост. Оказывается, за время пандемии «модели людей» значительно расширили свои функции. Теперь, помимо основного назначения, они еще и создают эффект присутствия. К примеру, во вновь открывшемся после карантина ресторане в Южной Каролине (США) толпу посетителей изображают парочки и компании надувных кукол, рассаженные через столик. Так хозяйка заведения напомнила гостям о необходимости социальной дистанции, а заодно избежала ощущения «унылой пустоты в зале».  

А в Южной Корее разрешили футбольные матчи, но болельщики на стадион еще не допускаются. Один из клубов, чтобы поддержать своих игроков, рассадил на трибунах секс-кукол в майках команды.

- В случае с куклами грамотно используются особенности нашего восприятия, - поясняет психолог. – Конечно, и посетители ресторана, и футболисты, и телезрители – все понимают, что перед ними не живые существа. Но визуальная картинка заполненных столиков и трибун тем не менее передается в наш мозг как сигнал «здесь не пусто». Например, было такое исследование: испытуемым предложили, не вглядываясь в детали, быстро отобрать из множества фотографий те, где изображены двое. На одном из снимков девушка сидела в обнимку со статуей. Большинство респондентов поместило это фото в стопку «изображены двое», определив изображения как двух идентичных девушек. Проще говоря, мы можем создать иллюзию общения, в том числе для самих себя. Удастся обмануть свой мозг – получим искомый окситоцин.

Переходим от теории к практике. Дано: на самоизоляции мы вдвоем с мужем, недавно он уехал, и я осталась в одиночестве. Собаки или кошки у меня нет, погладить некого, окситоцин явно стремится к нулю! К тому же, очень хочется выйти на воздух, а не с кем. Что делать?

Если верить психологу, чтобы неодушевленный предмет начал стимулировать у вас выработку окситоцина, надо первым делом убедить самого себя, что это существо вами любимо. Тут мой взгляд падает на игрушечную овечку: она сидит на шкафу, слившись с интерьером, раньше я ее даже не замечала. Но в целом она милая, пожалуй, я смогу ее полюбить.

Чтобы наш гипофиз выработал окситоцин, любимое существо надо обнимать, трогать и гладить. Тискаю овечку, она не сопротивляется, на ощупь мягкая и податливая, пока все хорошо.

Следующее условие выработки окситоцина – доверие к близкому. Но чтобы заслужить мое доверие, овечке надо себя как-то проявить! Придется нам с ней пойти на дело, а заодно проверим, как отреагируют на наше появление граждане. Хочется надеяться, что нас с игрушечной овцой не отнесут в категорию «две идентичные девушки».

Немного смекалки – и с технической стороной вопроса справляюсь без посторонней помощи. Под зад моей новой подружке устанавливаю колесики от забытой кем-то детской машинки, на шею ошейник, за шиворот – палку от швабры. Теперь с моей овечкой легко гулять: на своих колесиках она размеренно катится впереди, как воспитанная болонка. Имя приходит само – конечно, Долли. Овечка, клонированная в друга в тяжкое коронавирусное время.

Редкие прохожие не обращают на меня ни малейшего внимания. А вот поведение их питомцев едва не стоило мне друга! Один неприятный бульдог так рванул поводок, что его хозяин в маске едва не нарушил со мной социальную дистанцию. Пока мы отскакивали друг от друга, бульдог успел, злобно рыча, ухватить зубами мою Долли. «Бэрримор, фу!» - зычно рявкнул хозяин сквозь маску. И только тут впервые пригляделся к Долли. Перевел взгляд на меня. Потом снова на нее. Потом схватил своего Бэрримора и спешно скрылся за поворотом. Туда ему и дорога, воспитывать надо своих питомцев в любви, а не в агрессии.

Вообще моя Долли – намного удобнее живых любимцев. И не только тем, что она не просит есть, пить и в туалет, и не тявкает без повода. С ней, например, можно войти в супермаркет, в то время как остальные четвероногие питомцы привязаны у входа. У нас в поселке возле магазина привязана даже пони: с ней гуляет одинокая женщина, наверное, ей больше не с кем, как и мне.

Среди полок супермаркета у Долли обнаруживается еще один неоспоримый плюс: она не дает нарушать по отношению ко мне социальную дистанцию. Поводок-палка у моей овечки как раз достаточной длины, чтобы с ее помощью отпихнуть наглецов. Вот, к примеру, трудовой мигрант, молодой и куда-то явно торопится: мало того, что без маски, так еще тянет руку за батоном прямо мне через плечо. Немного отодвигаюсь и выразительно со всей силы наезжаю ему на ногу своей Долли. И еще разок, чтобы запомнил! Мигрант в ужасе смотрит на Долли, потом на меня… бросает батон на полку и удаляется. Так ему и надо, и без маски пусть не возвращается!

В очереди на кассу я стою с Долли на вытянутой руке. И время от времени вожу ею взад-вперед и по кругу, очерчивая магический круг социальной дистанции. Очередь с интервалом в 1,5 метра снисходительно улыбается. Кто их знает, что они думают?! Может, радуются, что у меня есть друг? А, может, тому, что я уже сошла с ума, а они еще нет?

  Я бы закончила этот репортаж словами, что наши сограждане очень деликатны. С пониманием относятся к причудам других, даже если не понимают, чем они вызваны. Написала бы, если бы не дети. Им же снизу видно все и молчать они не станут. Все испортил мальчик лет 3-4, ростом лишь немного повыше моей Долли, но уже болтающий как трое взрослых. Ожидая папу возле кассы, он все разглядывал мою Долли, а потом вдруг изрек:

- Тетя, твоя собачка давно сдохла! А ты все ее таскаешь с собой!

Пока я лихорадочно соображала, что ответить этому глаголящему истину младенцу, нарисовался его папаша и добавил огня:

- Тетя небось ее в аренду всем соседям сдает, вот и угробили животное!

Очередь зашлась от утробного сквозь маски хохота, одобрительно зашуршав ладошками в целлофановых перчатках. Ну ничего, зато мы с Долли с народом пообщались и теперь окситоцина до приезда мужа у меня уж точно хватит!

Коронавирус: советы, помощь, опыт. Хроника событий


|