"Знахарь Распутина" Бадмаев открыл парад темных сил

Мода на целителей осталась непреходящей

Столетие назад по Питеру ходили совершенно невероятные слухи, которые не забыты и по сей день. Ультраправый депутат Государственной думы Владимир Митрофанович Пуришкевич, очень заметный и шумный политик, уверял, что практикующий в столице врач тибетской медицины Петр Александрович Бадмаев снабжает Григория Ефимовича Распутина особыми порошками, которые помогают ему подчинить себе волю членов царской семьи. Вот в чем дьявольская сила Распутина!

Мода на целителей осталась непреходящей

Говорили даже, что Бадмаев и Распутин по просьбе императрицы Александры Федоровны готовятся отравить Николая II, чтобы она сама заняла престол, как некогда Екатерина II. 

Заместитель министра внутренних дел генерал-лейтенант Павел Григорьевич Курлов начисто отверг эти предположения:

«Никто из царской семьи у Бадмаева не лечился. Я предложил прибегнуть к помощи Бадмаева, когда цесаревич был в очередной раз болен, но придворные врачи отвергли это предложение».

Речи депутата Пуришкевича казались демонстративным шутовством. В реальности он зарабатывал себе политический капитал, транслируя самые безумные заблуждения толпы. Пуришкевичу принадлежит выражение «темные силы вокруг трона». 

Но сто лет назад о докторе Бадмаеве разговоров было не меньше, чем о Распутине. 

Кто такой Петр Александрович Бадмаев?

Мистическая связь с Тибетом

«Тибетский знахарь Бадмаев, самая влиятельная персона в распутинской клике, — писал еще один депутат Государственной думы и будущий глава Временного правительства Александр Федорович Керенский, — использовал для лечения своих пациентов травы, коренья, настои; он утверждал, что знает древние секреты врачевания земли Далай-ламы».

Земля Далай-ламы — это Тибет, в ту пору формально независимая территория, где исповедовали буддизм. Тибет был религиозным государством. Теократическим правителем Тибета был Далай-лама. В переводе — «великий учитель», живое воплощение Будды, призванный спасти все живые существа от страданий. Мистическая связь с далеким Тибетом производила сильное впечатление.

Жамсаран Бадмаев родился 11 апреля 1851 года в Забайкалье. Его родители занимались скотоводством. У них было четверо детей, и все одаренные. 

Жамсаран Бадмаев окончил восточный факультет Петербургского университета. Он принял православие и получил новое имя. Восприемником пожелал быть великий князь Александр Александрович, который вскоре станет императором Александром III. Переход в православие в Российской империи был важным событием, представители высшей знати считали для себя почетной обязанностью стать крестными родителями. 

Петр Бадмаев поступил в Министерство иностранных дел. Дослужился до действительного статского советника — генеральского звания. Высокому начальству он нравился масштабными проектами освоения Дальнего Востока. Бадмаев обещал включить Монголию, Китай и Тибет в сферу влияния Российской империи. 

Министр финансов Сергей Юльевич Витте обещал императору: «С учетом нашей огромной границы с Китаем и нашего исключительно выгодного положения поглощение Россией значительной части Китайской империи является лишь вопросом времени».

Казалось, успехам России мешает только Лондон. Англичане часто представлялись источником всех неприятностей и козней.

Петр Бадмаев составил для императора Николая памятную записку о том, что нужно противостоять англичанам:

«Тибет — ключ Азии со стороны Индии. Кто будет господствовать над Тибетом, тот будет господствовать над Кукунором и над провинцией Сычуань; господствуя над Кукунором — господствовать над всем буддийским миром, не исключая и русских буддистов, а господствуя над Сычуанью, господствовать и над всем Китаем».

Вышло иначе, чем предсказывали Бадмаев и его единомышленники. Неудачная война с Японией, начавшаяся в 1904 году, остановила продвижение России на Дальнем Востоке. Грандиозные планы остались на бумаге. Император разочаровался: «К сожалению, я больше не доверяю словам Бадмаева». 

Всю первую половину ХХ века наша страна воевала на Дальнем Востоке вовсе не с англичанами, а с японцами — пока в августе 1945 года вместе с американцами и англичанами окончательно не разгромили императорскую армию.

Экспедиция «Аненэрбе»

Тибетом бредили и в Берлине. Особенно во времена Третьего рейха. Рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер распорядился создать псевдонаучную организацию — «Немецкое наследие предков. Общество по изучению духовной истории». Сокращенно «Аненэрбе».

Вокруг «Аненэрбе» ходит множество легенд, не имеющих никакого отношения к реальности. Рассказывают, будто ее сотрудники овладели сверхъестественными силами, создали чудо-оружие. Что они были магами и чародеями... На самом деле занимались псевдонаучным обоснованием расовых идей нацистской партии.

Эрнст Шеффер.

В июне 1936 года молодой немецкий ученый-зоолог Эрнст Шеффер переступил порог бывшей художественной школы на Принц-Альбрехтштрассе, где разместился рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. Шефер рассказал, что на границе с Тибетом он раскопал древние могилы, и поклялся, что украшения в могилах были украшены «древними арийскими символами». В гористых районах Тибета он встречал людей с арийской внешностью. 

Гиммлер слушал его с волнением и поставил его во главе экспедиции, которая должна была отправиться в Тибет. Нацисты уверились в том, что это и есть место, где надо искать следы нордической крови. В «Аненэрбе» уверились, что там осталось немалое число людей с голубыми глазами и белокурыми волосами: «люди нашей крови».

В январе 1939 года Эрнст Шефер оказался в священном городе Лхасе. Он стал первым немцем, которого пустили в столицу Тибета. Шефер говорил тибетцам о том, что с немцами их объединяет свастика. Тибетцы почитали свастику как символ удачи.

Заодно Шефер попросил власти снабдить его образцами зерновых, которые растут в Тибете. Руководители имперского министерства продовольствия и сельского хозяйства считали, что Тибет с его высокогорными полями — многообещающее место для поиска новых сортов пшеницы, ячменя, овса, чтобы повысить урожайность злаковых культур.

Экспедиция вернулась в Германию 4 августа 1939 года, за месяц до начала Второй мировой. Продолжения не последовало из-за крушения Третьего рейха. 

Война из-за Тибета

Тибет в конце концов достался коммунистическому Китаю. Тибет имел стратегическое значение для Пекина. Здесь нашли около двухсот урановых месторождений и стали строить заводы по переработке урана, который шел на создание ядерного оружия.

Китайские коммунисты начали в Тибете с коллективизации, это привело к голоду — умерли триста с лишним тысяч человек. Монастыри закрывались, монахов отправляли на перевоспитание. В марте 1959 года тибетцы восстали, это был ответ на попытку коммунистов покончить с религией. 

Далай-лама и духовенство бежали в Индию. За ними последовали сто двадцать тысяч беженцев. Это вызвало резкое осуждение в соседней Индии. Премьер-министр Индии Джавахарлар Неру провозгласил, что Индия имеет духовные и культурные интересы в Тибете, исходя из исторических связей между индийской классической буддистской культурой и тибетским буддизмом. 

Москва заняла нейтральную позицию. 

Никита Хрущев выговаривал китайцам:

— Зачем вам надо было убивать людей на границе с Индией? Вы что же, хотите, чтобы мы одобрили ваш конфликт с Индией? Это было бы глупо с нашей стороны…

В Пекине возмутились: Советский Союз в любом случае обязан поддержать социалистическую страну.

Перестрелки на границе привели в 1962 году к настоящей войне.

Мао Цзэдун сказал своим генералам:

— Мы сражались с Чан Кайши. Мы сражались с Японией, с Америкой. Никого мы не боялись. Всех победили. Теперь индийцы хотят с нами воевать. Естественно, мы их не боимся. И землю не отдадим. Раз уж Неру желает с нами сразиться, было бы недружелюбно ему в этом отказать. 

20 октября 1962 года китайские войска перешли в наступление. Индия проиграла войну. 

Довольный Мао написал стихотворение:

Лишь герои могут сокрушать тигров и леопардов,

И отважного не испугают дикие медведи,

Цветы сливы шлют привет кружащемуся снегу;

Неудивительно, что мухи замерзают и гибнут.

С тех пор и тянется противостояние Индии и Китая. 

Лечение травами

Что касается Бадмаева, то, когда потерпели неудачу его геополитические замыслы, Петр Александрович превратился во врача тибетской медицины. Лечил травами и порошками, которые сам готовил. Невероятно амбициозный человек, он стал модным доктором. Ему льстил успех у столичной публики. 

Бадмаев сблизился с Распутиным, который считался влиятельнейшим в столице человеком.

«Распутин, — вспоминал Керенский, — по неосторожности рассказал, что некоторые из бадмаевских трав и кореньев могут вызвать «душевный паралич, а также останавливать или усиливать кровотечение». Что больше свидетельствовало об эффективности лечения Бадмаева, чем бегающие глаза царя и его беспомощная улыбка?»

Владимир Иосифович Гурко, заместитель министра внутренних дел при Столыпине, тоже предполагал, что Распутин пользуется какими-то бадмаевскими снадобьями:

«Простая случайность или, как некоторые утверждали, Распутин употреблял особые обоюдоострые лекарства своего приятеля, бурята Бадмаева, занимавшегося врачеванием при помощи каких-то тибетских средств, но, во всяком случае, моменты улучшения здоровья наследника и облегчения его острых болей во время припадков несколько раз совпадали с посещениями его Распутиным». 

Распутин, говоря современным языком, был мастером пиара и самопиара! Ничего из того, что он рассказывал о себе и что о нем говорили другие, не было! Все, что целое столетие становится сюжетами занимательных боевиков, — выдумка и к реальности отношения не имеет. 

Нечто подобное произошло и с доктором Бадмаевым. Разумеется, он не пытался ни отравить императора, ни им манипулировать. В отличие от своих пациентов он не был истерически взвинченным мистиком, падким на тайны Востока. Он был деловым человеком. Как и Распутин, хотел обрести влияние при дворе.

Кудесники и целители

Меняются времена и эпохи, но история модных докторов, обещавших избавление от всех недугов с помощью нетрадиционных методов, не заканчивается. 

В 1950 году старой большевичке Ольге Борисовне Лепешинской, которая увлеклась медициной, присудили Сталинскую премию и сразу приняли в Академию медицинских наук. Она рекомендовала куриным белком лечить язвенную болезнь желудка, артрит и рак. Уверяла, что ванны с содой по ее рецепту спасут от гипертонии, склероза и вообще от старости! Обещала почти что бессмертие. И что же? Из аптек и магазинов исчезла сода.

Ольга Лепешинская.

«Население поверило в ее высказывания о пользе особых ванн, — печально пометил в дневнике писатель Юрий Карлович Олеша. — Стали распространяться ее рецепты на папиросной бумаге. Люди возвращались домой после ее лекций взволнованные, поверившие в долголетие».

Лепешинская была не одна!

Ветеринар Геворг Мнацаканович Бошьян в 1949 году выпустил книгу «О природе вирусов и микробов». Утверждал, что его открытия изменят современную медицину. А он проповедовал нечто чудовищное по безграмотности, но призывал вести борьбу «против космополитизма в науке, за идеи Ленина-Сталина» и получил поддержку высшего начальства. Бошьяна поставили во главе секретной лаборатории НИИ эпидемиологии и микробиологии им. Н.Ф.Гамалеи, ему присвоили научную степень доктора медицинских наук и звание профессора. 

Ветеринарный фельдшер Дорохов растворял рога крупного рогатого скота в азотной кислоте и предлагал этот яд больным раком. Техник Качугин проповедовал лечение солями тяжелых металлов. Микробиолог Троицкая вводила больным в качестве вакцины вытяжку из раковых клеток. К мистификаторам вереницей потянулись больные. 

Джуна.

Квартира для Джуны

В позднесоветское время на сохранение вождей была мобилизована вся отечественная медицина. Пошли разговоры о том, что созданы некие кремлевские таблетки. Вадим Александрович Печенев, помощник Константина Устиновича Черненко, рассказывал, что тот «при мне часто глотал так называемые кремлевские таблетки, которые якобы оказывали какое-то действие. Когда он задыхался, он их принимал». 

Когда кремлевская медицина не знала, как помочь быстро дряхлевшему Леониду Ильичу Брежневу, от отчаяния обратились к современному доктору Бадмаеву.

— Мы все перепробовали, — вспоминал начальник кремлевской медицины академик Евгений Иванович Чазов. — Одного кудесника привезли из Монголии. Он занимался иглоукалыванием, применял разные тибетские методы, всякие обкуривания. Ничего не помогало.

Весной 1981 года заместитель председателя Совета министров СССР и председатель Госплана Николай Константинович Байбаков, озабоченный здоровьем своей жены, узнал, что в Тбилиси целительница Джуна — Евгения Давиташвили — лечит больных бесконтактным массажем. Байбаков пригласил ее в Москву.

Леонид Ильич Брежнев позвонил Байбакову:

— Николай, что это за бабка, Джуна? Ты что, лечился у нее? Что она хочет?

Байбаков рассказал о ее успехах.

— Что требуется для ее нормальной работы? — деловито спросил Брежнев.

Байбаков пояснил:

— Во-первых, прописать в Москве. Председатель исполкома Моссовета Промыслов отказывается это сделать, потому что возражает министр здравоохранения. Во-вторых, обязать Академию медицинских наук исследовать метод бесконтактного массажа и дать заключение.

Через день Джуна получила разрешение на прописку. Еще через два дня к Байбакову приехали министр здравоохранения Сергей Петрович Буренков и президент Академии медицинских наук Николай Николаевич Блохин. У Джуны началась новая жизнь. Но помочь Леониду Ильичу Брежневу Джуна не могла. 

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28305 от 8 июля 2020

Заголовок в газете: Доктор Бадмаев и темные силы