Современные японские камикадзе погибали подобно "цветам лучезарной вишни"

Семь жизней за императора

«Подобно нежному цветку вишни, опадающему с утренними лучами солнца, вы должны бесстрашно расстаться с жизнью — пожертвовать собой ради Японии» — эти красивые слова звучали перед вылетом японских летчиков на последний в их жизни бой. Это были летчики-камикадзе, те, кто вызвался погибнуть, чтобы унести

с собой в могилу как можно больше врагов.

Семь жизней за императора

Окончание. Начало «И летели наземь самураи» в номере от 12 августа.

Божественный ветер

Услышав свои имена, летчики со слезами счастья на глазах благодарили командира. Те, кто оставался, не могли скрыть своего разочарования.

От летчиков требовалось немногое: взлететь, найти американский корабль и направить свой смертоносный груз на цель. Японцы исходили из того, что американские моряки будут деморализованы внезапным налетом и их зенитки не смогут сбить стремительно пикирующий самолет.

Перед вылетом командиры произносили стереотипные речи:

— Японии грозит смертельная опасность. Только такие одухотворенные молодые люди, как вы, способны отвести угрозу от Японии и от императора. Вы уже боги. Сегодня же император узнает о вас.

На летном поле накрывали длинный стол. На белой скатерти стояли фляги с остывшим саке, рисовым вином, и сушеной каракатицей. Каждому пилоту наливали чашечку саке. Летчик, принимая чашечку, кланялся. Держа ее обеими руками, подносил к губам и отпивал небольшой глоток. Летчикам вручали коробочки с едой. В другое время летчики, вероятно, с удовольствием бы поели, но сейчас аппетита не было ни у кого.

Под барабанную дробь летчики разбегались по самолетам. У каждого под комбинезоном белый шарф и белая повязка вокруг головы — традиционный символ решимости и мужества. Прощально помахав рукой из кабины, пилоты взлетали навстречу восходящему солнцу и смерти.

Японские камикадзе вошли в историю, но остались непонятыми и непонятными всему остальному миру. «Камикадзе» в переводе с японского — божественный ветер, который однажды спас страну. Это произошло в ХIII веке, когда ураган разметал флот Хубилая, китайского богдыхана из монгольской династии, намеревавшегося захватить Японию. С тех пор на Японию никто никогда не нападал.

Цветы вишни

История камикадзе началась в декабре 1941 года, когда японцы напали на американскую военно-морскую базу в Перл-Харборе. Тогда пять японских мини-подлодок пытались прорваться в гавань, чтобы взорвать себя и американцев. Первый опыт не удался: четыре японские подлодки были потоплены, пятой повезло больше в том смысле, что она села на мель, ее командир стал первым пленным Тихоокеанской войны.

Через полгода еще четыре японские мини-подлодки пытались войти в гавань австралийского порта Сидней. Три были потоплены, четвертая погибла при пуске собственной торпеды. Неудачное начало никого не смутило.

Летом 1945 года, когда стало ясно, что японская армия терпит сокрушительное поражение, императорские генералы сделали ставку на камикадзе, на смертников.

Императорская армия хотела заставить американцев, которые берегли каждого солдата, захлебнуться в крови. В Токио надеялись, что потери американцев окажутся настолько большими, что они откажутся от высадки и заключат с Японией мир. Промышленность переориентировали на выпуск оружия для самоубийц: мини-подлодки, скоростные катера, управляемые торпеды и самолеты для камикадзе.

Специальными торпедами управляли камикадзе, но торпеды из-за конструктивных особенностей часто взрывались, и камикадзе гибли, не успев причинить никакого ущерба противнику.

В специальные управляемые торпеды усаживались камикадзе, которые направляли свои торпеды в цель. Но торпеды страдали конструктивными дефектами. Они часто взрывались, и камикадзе гибли, не успев причинить никакого ущерба противнику.

Флот получил катера с автомобильным мотором, которые громко назывались «Сотрясающие океан». На катер грузили две тонны взрывчатки. Но американские корабли обнаруживали катера на экранах радаров и расстреливали их с дальней дистанции.

Больше всего смертников было среди летчиков. Япония задыхалась от недостатка горючего, и бензин выдавали только для боевых вылетов. В самолетах камикадзе бензобаки заполнялись ровно настолько, чтобы хватило долететь до цели, но не для того, чтобы вернуться.

Первоначально камикадзе сами устанавливали взрыватели на бомбах непосредственно перед атакой. Это оставляло летчику возможность вернуться на базу, если цель не будет найдена. Ближе к концу войны взрыватели устанавливали еще на земле. Во-первых, потому что несовершенный механизм часто заедало, а под обстрелом зениток возиться с ним было некогда. Во-вторых, были случаи, когда летчики в страшном волнении просто забывали привести бомбовой груз в боевое состояние и разбивались напрасно.

Зато теперь у летчиков не существовало даже теоретической возможности выжить: посадить самолет, не взорвавшись, было невозможно...

Появилось новое оружие, названное «Ока» — «Цветы вишни». Это уже был не настоящий самолет, а моноплан, сделанный просто из дерева. В носовой части помещался запас взрывчатки.

Деревянные монопланы крепились под фюзеляжем обычного бомбардировщика. В районе, где были обнаружены корабли противника, камикадзе отделял свой моноплан от бомбардировщика и начинал планировать. Приближаясь к цели, пилот включал реактивные двигатели и устремлялся вниз. Огромная для того времени скорость должна была спасти его от истребителей противника и зенитного огня.

До последней секунды, до того мгновения, как он рухнет на палубу и взорвется, летчик должен был держать глаза открытыми, чтобы не промахнуться...

Бензин дороже летчика

Ни в одной армии мира никогда не создавались целые отряды смертников. Ни одна армия не отнимала у своих солдат надежды выжить. Кроме японской. Готовность умирать японские генералы считали проявлением силы духа, превосходства японцев над другими народами.

Перед последним полетом камикадзе приводили в порядок свои вещи, раздавали книги и деньги тем, кто оставался. Писали завещание и по самурайской традиции клали в конверт, предназначенный для родных, прядь волос и ногти — для обряда погребения.

Письма погибших летчиков-камикадзе сохранились:

«Дорогой отец! Я сожалею только о том, что мне не удалось сделать в своей жизни ничего хорошего для вас, и я ничем не могу отплатить вам за вашу доброту. Мне оказана огромная честь. Я надеюсь, что последним ударом по врагу смогу хоть в малой степени показать, что достоин носить славное имя нашего рода».

«Дорогая старшая сестра! Сегодня мой последний день. Судьба родины зависит от решающего сражения на Южных морях. Нанеся оглушительный удар врагу, я упаду в море, подобно цветам лучезарной вишни. Как я признателен командованию за эту возможность умереть достойно! Я прошу вас радоваться, что мне выпала такая судьба».

Я прочитал множество писем, написанных камикадзе перед вылетом. Встречался с немногими оставшимися в живых камикадзе, которые в те военные дни 1945 года горевали, что им не хватило самолета или бензина, чтобы героически погибнуть.

Все последние месяцы войны пропаганда повторяла: страна может положиться только на духовную силу японской нации. На что же использовалась духовная сила народа? На то, чтобы сэкономить авиационный керосин или сжатый воздух, которым выталкиваются в море торпеды? Страна экономила несколько баллонов сжатого воздуха, но никто не сожалел о гибели стольких прекрасных молодых людей. Жизнь человека оказалась в Японии дешевле баллона со сжатым воздухом...

Императорское правительство совершило много преступлений. В Китае, в Корее, на других оккупированных территориях. Японские военные были необыкновенно жестоки по отношению к военнопленным. Но и к своему народу они были не менее жестоки и отправили на смерть молодых людей без всякой военной необходимости.

Патриотизм и душевную чистоту этих молодых людей беззастенчиво использовали генералы. Десятилетиями японской молодежи внушали, что ее долг умереть за генералов, за императора, за императорскую Японию.

Один из героев японского эпоса говорил: «Я хотел бы родиться семь раз в этом мире, чтобы семь раз отдать жизнь за императора». Эти слова часто повторяли камикадзе. Отдать императору семь жизней никто из них не мог, а одну — приходилось. Они убивали и умирали без всякого смысла...

Японские генералы сделали ставку на смертников. От летчиков требовалось немногое — взлететь, найти вражеский корабль и направить свой самолет на цель.

Самурайская этика

Масштаб сражений на Тихом океане, где Соединенные Штаты воевали с напавшей на них Японией, не сравнишь, конечно, с нашей войной против нацистской Германии. Но американцам победа тоже далась непросто: враг сражался до последнего, не отступал и не сдавался в плен.

У американцев один сдавшийся приходился на трех убитых, а у японцев один сдавшийся на сто двадцать убитых. Солдат императорской армии, попавший в плен, считался трусом и подлежал впоследствии суду военного трибунала. Самоубийство предпочтительнее капитуляции.

Так их воспитывали. Еще в школе юноши и девушки должны были осознать, какое это великое счастье — принадлежать к японской нации.

На поле боя господствовал один принцип: «Не будь обузой для других». Раненым либо предлагали покончить с собой, либо их приканчивали товарищи по оружию. От солдат, попавших в плен, требовали совершить самоубийство. Императорская армия сражалась ожесточенно, пытаясь любыми средствами отсрочить поражение.

Американские солдаты, которые очищали от японцев остров за островом в Тихом океане, думали о том, какой страшной окажется высадка на территории Японии. Отчаянное сопротивление японцев и особенно широкое использование тактики камикадзе привело к тому, что американское командование пустило в ход только что созданное ядерное оружие.

6 августа 1945 года, в полдень, в Токио поступило сообщение информационного агентства «Домэй» о бомбардировке портового города Хиросимы с ужасающими последствиями. В Токио не могли понять, каким образом несколько американских бомбардировщиков, прорвавшихся к Хиросиме, смогли почти полностью уничтожить город.

Только на следующий день начальник второго (разведывательного) управления генерального штаба сухопутных сил генерал-лейтенант Сэйдзо Арисуэ получил сообщение о том, что город разрушен одной-единственной бомбой.

В Хиросиму на армейском самолете отправили группу физиков. Будущему лауреату нобелевской премии Ёсио Нисина было достаточно бросить взгляд на панораму Хиросимы, чтобы убедиться: американцы взорвали над городом атомную бомбу.

Радисты разведуправления японского генштаба записали передачу американского радио, излагавшего заявление президента США Гарри Трумэна:

«Мы намерены уничтожить все подземные производства, которые японцы имеют в любом городе. Мы уничтожим доки, заводы и коммуникации. Пусть никто не заблуждается: мы полностью лишим Японию способности воевать... Если руководители Японии не примут наши условия, они могут ожидать такие огромные разрушения с воздуха, каких мир еще не видел».

В ночь с 8 на 9 августа в войну вступил Советский Союз. В Токио кабинет министров не мог прийти к единому мнению. Часть министров с опаской предлагала капитулировать. Другие, демонстрируя свой патриотизм, стояли за продолжение войны. 14 августа на заседании Высшего совета император высказался в пользу капитуляции. Через нейтральную Швейцарию в Вашингтон ушло сообщение японского правительства:

«1. Его Величество Император издал Императорский рескрипт о принятии Японией условий Потсдамской Декларации.

2. Его Величество Император готов санкционировать и обеспечить подписание его Правительством и Императорской Генеральной штаб-квартирой необходимых условий для выполнения положений Потсдамской декларации.

Его Величество также готов отдать приказы всем военным, военно-морским и авиационным властям Японии и всем вооруженным силам, где бы они ни находились, прекратить боевые действия и сдать оружие, а также дать другие приказы, которые может потребовать Верховный Командующий Союзных Вооруженных Сил в целях осуществления вышеуказанных условий».

Американские солдаты, узнав об атомной бомбардировке, а затем о капитуляции, вздохнули с облегчением. Но в Вашингтоне опасались, что оккупация Японских островов окажется кровавым испытанием — японцы предпочтут вести беспощадную партизанскую войну, но не сдадутся. Боялись, что американским солдатам будут стрелять в спину, что фанатики станут отравлять колодцы и ставить мины на дорогах.

Ничего подобного не произошло. Страна покорилась судьбе и смирилась с оккупацией. Такова воля императора!

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28336 от 13 августа 2020

Заголовок в газете: «Семь жизней за императора»