Адвокат компании, где работал погибший Захаров: владельцу не вернули фургон

«Дело Ефремова – одно из худших в моей практике»

Эпопея с делом Михаила Ефремова продолжается. Пока звездный арестант обживается в колонии, на воле идет битва за компенсацию убытков причиненных преступлением.

«Дело Ефремова – одно из худших в моей практике»

Одним из самых абсурдных и практически не замеченных эпизодов в громком процессе, оказалась история владельца разбитого фургона, которым управлял погибший Сергей Захаров. Компания, которой принадлежала автомобиль, просила суд признать ее потерпевшей по делу, чтобы получить страховые выплаты. Суд отказал собственнику без объяснения причин, владельца транспортного средства ограничили в возможности получения страховой выплаты, а разбитый автомобиль до сих пор стоит на обыкновенной стоянке.

Представитель компании адвокат Иван Арестов объяснил, почему намерен дальше оспаривать права.

- Проигранное сражение еще не проигранная война. За 20 лет юридической деятельности дело Ефремова - одно из худших дел в моей практике, как с точки зрения этических моментов в поведении участников процесса, так и попрания прав и законных интересов. То, что происходило на стадии апелляции, больше походило на театр, вот только актер там был не один. 

- Вы до сих пор не получили страховые выплаты за поврежденный автомобиль. И, возможно, уже не получите?

 - Все, возможно, нас ведь не признали потерпевшими. Данное уголовное дело оставило  без ответов  вопросы, которые касаются не только собственника разбитого транспортного средства, но и любого автомобилиста в нашей стране. Для получения страхового возмещения необходимо предоставить в страховую компанию перечень документов, определенных договором добровольного автострахования (автокаско), среди них протокол о ДТП, постановление о возбуждении уголовного дела, протоколы медицинского освидетельствования участников ДТП и иные документы. Правом на получение копий материалов уголовного дела наделены только потерпевший, обвиняемый и их представители.  Собственнику транспортного средства  в результате преступления был причинен имущественный вред, что в соответствии со ст. 42 УПК РФ являлось основанием для признания его потерпевшим. Однако, суд первой и апелляционной инстанции ограничил владельца уничтоженного автомобиля в доступе к правосудию. Мы не участники процесса, поэтому не вправе получить даже приговор суда. Отсутствие необходимых документов может послужить основанием для отказа в выплате страхового возмещения. Таким образом, казалось бы, самый быстрый путь превратился в самый долгий.

- Почему вас не сделали потерпевшими, как это объяснили?

- Прокуратура ограничилась стандартными фразами, что все сделано законно и обоснованно. Такую же позицию в своем определении занял суд апелляционной инстанции. Если бы моя жалоба была удовлетворена, то с большой долей вероятностью приговор подлежал бы отмене и возвращению на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Именно поэтому, на мой взгляд, суд пошел на процессуальные нарушения, ограничив в процессуальных правах не только собственника автомобиля, но и гражданскую жену погибшего Ирину Стерхову.  

- Что теперь, махнете рукой на выплаты?

- Конечно, нет. Ущерб, причиненный преступлением, будет возмещен в любом случае. Некоторые юристы предлагали пойти гражданско-правовым путем, взыскивая убытки в гражданско-правовом порядке. Но имеющиеся механизмы позволяют возместить ущерб и в рамках уголовного процесса. Кроме того, вред, причиненный преступлением, является обстоятельством, подлежащим доказыванию. Никто не отменил способ возмещения убытков через страховую компанию, например, в нашем случае. Третьим путем является добровольное возмещение убытков. В своем последнем слове Михаил Ефремов указал, что готов в добровольном порядке возместить стоимость разбитого автомобиля. Но в силу того, что владельца не признали потерпевшим по делу, осужденного лишили возможности возместить в добровольном порядке причиненный вред, что могло являться смягчающим обстоятельством. 

Мне, как профессиональному юристу, интересно довести ситуацию до конца. Потому что завтра на этом же месте окажемся мы с вами, наши родственники. Нас так же будут «пинать» и нарушать наши права. Дело не в Ефремове, а в нарушении прав обычных граждан-владельцев транспортных средств. Да, суд вынес определение, но я не уверен, что оно законное.  В   данном деле оказались лишними  лишь два реально пострадавших по делу – мы и гражданская жена погибшего Ирина Стерхова. Наша компания является единственным участником данного дела, которому причинён реальный имущественный вред.    

- Как по вашему мнению, должна была развиваться ситуация?

- Единственным законным решением было вернуть дело на новое рассмотрение с новыми участниками. У суда не было оснований не признавать нас потерпевшими. В своем определении суд не привел ни одной процессуальной нормы, а отказ не был мотивирован и обоснован. Теперь это дело для меня интересно с точки зрения нарушения прав пострадавших в подобных делах по ДТП. Вот прокурор и следователь решили: этих признаем потерпевшими, этих нет, и все. Кстати, на суде я просил прокурора обосновать свое решение. Задал прямой вопрос, чьи интересы в этом деле представляет сторона обвинения? Данный вопрос остался без ответа.

- Адвокаты Ефремова не предлагали вам оплатить ущерб?

- Один из адвокатов Ефремова вышел на нас с таким предложением. Это было недели три назад. Дальше – тишина.

- Сейчас защитники актера хотят подписать мировое соглашение со всеми потерпевшими – и тех, кого признал суд, и кого не признал. Значит, вы тоже в деле?

- Говорить о мировом соглашении на стадии исполнения приговора считаю бесперспективным. В соответствии со ст. 25 УПК РФ прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон возможно по делам, когда речь идет о преступлениях небольшой и средней тяжести.  Статья, по которой был осужден Михаил Ефремов,  не относится к данной категории.  В свою очередь, мы открыты и конструктивны для диалога ко всем участникам данного дела.  

- Разбитую машину вы не можете забрать?

– Нет. Более того, собственнику даже не известно, где она находится. Постановление о передаче автомобиля на ответственное хранение должно находится в материалах уголовного дела, но так как нас не признали потерпевшими, я не вправе получить тот процессуальный документ. Нам неизвестно, кто из должностных лиц осуществляет хранение и обеспечивает сохранность автомобиля. Журналисты писали, что автомобиль хранится на обычной стоянке возле УВД ЦАО в городе Москве. Мы не имеем права ее забрать. У меня нет копии приговора, то есть правовых оснований, чтобы ее получить. Будем запрашивать приговор и документы в суде, а в случае невозможности истребовать их в судебном порядке.  

- Пока не заберете автомобиль, не получите страховку?

- Для того, чтобы получить страховое возмещение, мне необходимо на руках иметь постановление о возбуждении дела, протокол медосвидетельствования, протокол осмотра место происшествия – целый пакет документов, которые находятся в деле. Но так как нас не признали потерпевшими, мне ничего не выдают. По меньшей мере абсурдно не признавать собственника поврежденного транспортного средства потерпевшим. О какой справедливости можно говорить, если нарушена законность. 

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28422 от 23 ноября 2020

Заголовок в газете: Плати нам — и помилуем!