Сергей Лазарев раскрыл тяжелое закулисье "Танцев со звездами"

"Устал дико, все болит"

По решимости испытать себя на прочность Сергею Лазареву нелегко найти конкурентов. В свое время певец победил в «Цирке со звездами», занял второе место в «Танцах на льду», а сейчас Сергей и Екатерина Осипова являются фаворитами в танцах на паркете. «МК» заглянул за кулисы танцевального шоу.

"Устал дико, все болит"
Сергей Лазарев и его партнерша по танцевальному шоу Екатерина Осипова. Фото: ПРЕСС-СЛУЖБА канала россия

«Включите свет в павильоне, мы заплатим!» — раздается в громкоговорителях. Вне всякого сомнения, чувство юмора иногда имеет стратегическое значение в проекте, требующем от всех его участников максимум усилий. Двенадцатый сезон «Танцев со звездами» на канале «Россия» близится к финалу, и все участники действа уже могут, как бывалые солдаты, хвастаться своими боевыми ранениями.

Знаменитостям и в самом деле пришлось несладко. Количество вывихов, растяжений и синяков впечатляет, а те, кто привык тщательно следить за весом, уже перестали взвешиваться, потому как килограммы уходят с пугающей скоростью. В кадре все широко улыбаются и выглядят так, будто все у них получается довольно легко, но на репетициях и прогонах всеобщая усталость прямо-таки висит в атмосфере. Но звезды и профессиональные танцоры все же бодрятся. Перед началом шоу они вместе с хореографами дружно отсчитывают ритм и поддерживают друг друга аплодисментами.

В воскресном эфире у Лазарева и Осиповой был самый необычный и не самый выигрышный номер. Под хит Ленни Кравица Fly Away они поставили джазовый танец, который вряд ли можно назвать аттракционом трюков и технически совершенных движений. С джазом обычно берут настроением, и пара старалась как могла, хотя у члена жюри Николая Цискаридзе возникли справедливые сомнения по поводу того, что в техническом смысле оценивать здесь вроде как нечего.

После выступления участники шоу разбрелись по гримеркам с целью найти немного тишины и горячего чая в предвкушении задания к следующему эфиру. Сергей выглядит вполне довольным тем, что происходило с ним и с Екатериной на паркете, но даже со стороны понятно, как нелегко участвовать в соревнованиях людям с явными признаками перфекционизма.

— Нужно признать, что в этом сезоне на съемках и репетициях кипят нешуточные страсти. Травмы, болезни, многие худеют на глазах… В связи с этим самый логичный вопрос: как ты себя чувствуешь?

— Устал дико. Все болит, но таковы правила, такова работа.

— У тебя богатый опыт участия в проектах, где звезд испытывают на прочность. Ты и цирковые номера показывал, и на коньках катался. Где опаснее?

— Везде довольно опасно, и везде требуется дикий труд для того, чтобы все выглядело ярко, позитивно и легко. Вот, например, наш сегодняшний джазовый номер. Может показаться, что в нем нет ничего такого сложного, но для меня это оказалось сложнее номера с бальной программой, который был у нас раньше. Так что в любом подобном проекте приходится непросто. Нужна серьезная подготовка к каждому эфиру. Но если в том же «Цирке со звездами» у нас был трехмесячный подготовительный период, то здесь сразу после эфира нам дадут новую музыку, и к следующему шоу мы начнем готовить совершенно новый номер. В этом, наверное, и заключается самая большая сложность.

— Цирковые номера и фигурное катание могут быть еще и очень травматичными занятиями. В танцах с этим полегче?

— Здесь травмы тоже бывают очень часто. Растяжения, вывихи, недавно я упал на копчик, и ноги очень болят, потому что работают те мышцы, которые раньше толком и не работали.

— Хотя танцами тебя не испугать. Хореография — важная составляющая твоих концертов…

— Здесь немного другой вид спорта. Очень много бальной программы, с которой я раньше не сталкивался. Даже в сегодняшнем джазовом танце, который похож на то, как я танцую на сцене во время концертов, все равно были элементы, мне незнакомые. А еще танго, ча-ча-ча или квикстеп… Об этом я просто ничего не знал и учил все за неделю, когда получал такие задания.

Фото: ПРЕСС-СЛУЖБА АРТИСТА

— Как общая атмосфера? Дружелюбная?

— С этим все прекрасно, мы как-то все потихоньку сдружились, переживаем, когда пары выбывают из проекта. Но, конечно, чувствуется общая усталость. Запал первых эфиров прошел, и сейчас уже накапливаются все переживания и физические нагрузки.

— Сколько обычно вы с Екатериной репетируете?

— В среднем пять часов в день. Каждый день.

— Не очень-то весело. Хотя все же хорошо понимают, что это телешоу, и задача сделать супертанцоров из артистов других жанров явно не ставится. Ты можешь попросить график полегче?

— Конечно. Репетициям мы можем уделять столько времени, сколько хотим и в состоянии себе позволить. Но никто не хочет танцевать плохо, тем более когда есть конкуренция, и все отлично видно на экране и по баллам. Естественно, после каждого эфира все хотят сделать номер, чтобы получить оценки повыше. Я сам для себя решил репетировать именно так, меня никто не заставляет. Конечно, было бы неплохо репетировать всего пару дней, но я понимаю, что результат будет хуже. А я так не могу, потому что привык показывать хороший результат. А для того чтобы его показывать, нужно пахать. Другого варианта нет. Так что мне нужны эти пять часов в день, хотя это много, и остальная жизнь, конечно же, страдает.

— Наверное, затишье на музыкальном фронте в такой ситуации даже кстати…

— Именно по причине затишья я и согласился на этот проект. У меня сейчас просто есть свободное время. Мне неоднократно предлагали, но я отказывался, потому что был занят и, если честно, не хотел быть здесь как участник. Но вдруг решил снова понервничать. (Смеется.)

— Не жалеешь, что согласился?

— Не жалею. Нельзя бронзоветь раньше времени, и пока есть силы и возможности, нужно себя испытывать. Цирк и танцы на льду у меня были довольно давно, но когда мне вдруг попадаются те старые ролики моих выступлений, я всегда думаю: «Как круто!» Надеюсь, что и этими выступлениями буду долго гордиться. Так что согласился, чтобы открыть себя с новой стороны.

— Правда, все эти усилия и эмоциональные встряски никак не влияют на твою музыкальную карьеру…

— Это параллельная область, но она тоже важна. Центральный канал, прайм-тайм. У меня вообще довольно насыщенная телевизионная жизнь. Вот сейчас начнется новый сезон «Ну-ка, все вместе!». Несмотря на то что многие переходят на Интернет, телевизионные каналы все еще привлекают довольно большое количество зрителей, так что для меня это работа.

На съёмках клипа на песню «Снег в океане». Фото предоставлено пресс-службой артиста

— В отличие от концерта, который ты от начала до конца выстраиваешь сам, здесь масса факторов, которые от тебя не зависят. Тот же подбор музыки для следующего номера, например…

— Нас, конечно, слушают, но в последнюю очередь…

— Были ситуации, когда ты был категорически недоволен всем происходящим?

— Я выступал против джазового стиля, в котором мы с Катей сегодня танцевали. Я понимал, что это сложно оценивать, особенно на фоне тех, кто танцует бальную программу — она визуально гораздо понятнее. А джаз больше про настроение, и ему оценки давать непросто. К тому же моя партнерша — тоже бальница, и движения из джаза для нее в новинку. Получается, мы были два непрофессионала. Поэтому я активно возражал, но в итоге пришлось делать номер.

— Наверное, у тебя дома уже фан-клуб организовался. Болеют, поддерживают?

— Конечно! И мама, и дети — все за меня болеют, записывают баллы и всегда поддерживают. С таким графиком я практически не вижу детей и дико по ним скучаю. Но, с другой стороны, я вижу их горящие глаза, когда они смотрят на меня по телевизору, радуются, переживают за папу…

— Минувший год для музыкантов был не из лучших, и многие твои коллеги иногда делали весьма нервные заявления по поводу сложившейся в индустрии ситуации. Мне показалось, что ты все это прошел со своей фирменной улыбкой…

— Я всегда прохожу трудности с фирменной улыбкой. Но это были очень сложные двенадцать месяцев. Последние лет восемь я просто не вылезал из туров, гастроли были расписаны очень плотно. И когда мы все это остановили, у меня, конечно, появилось ощущение полного выпадения из жизни. Совсем недавно ты был всем нужен, а потом бах — и вокруг вакуум, и ты даже не понимаешь, кто ты теперь и что с тобой происходит. Это сложно. Поэтому вдвойне ценнее стали и съемки, и редкие концерты. Конечно, произошла важная переоценка. Если раньше на сотом городе ты мог жаловаться, что устал от гастролей, то сейчас этой суеты очень не хватает.

— Плюс все финансовые проблемы, о которых столько было сказано…

— И это тоже. Я не распускал свой коллектив, и несмотря на то, что доходов нет, расходы остаются. Я не хочу пропадать с радаров, поэтому все равно есть траты на новые песни и клипы. Но я не жалуюсь и никогда не просил о каких-то дотациях, хотя некоторые твои коллеги мне такие просьбы приписывали.

— По поводу клипов: говорят про какой-то настоящий кинофильм, который ты снимал в Турции…

— Да, мы с режиссером Аланом Бадоевым снимали в горах в Турции клип на мою новую песню «Снег в океане», и скоро все его увидят. Получился прямо фильм, над которым трудилась съемочная группа из восьмидесяти человек. Но на эту песню по-другому нельзя было снимать. Мы договорились с Аланом довольно давно, но закрыли все границы, и пришлось вернуться к этому разговору только в октябре прошлого года. Алан, как известно, режиссер знаменитый, недешевый, так что, сказав «а», пришлось говорить «б». Но для этой песни я был готов на большой бюджет, хотя в нынешней ситуации многие коллеги могут сказать: «Ты с ума сошел».

— Ты, видимо, из тех, кому покой только снится. Хотя в той же телевизионной рутине очень важно уметь успокоиться. Как это происходит в твоем случае: прогулка по парку, бокальчик, медитация?..

— Бокальчикам — категорическое «нет», я вообще не пью. По поводу медитации можно сказать, что в январе на Бали я так нормально помедитировал. Было хорошо. Но самый лучший релакс для меня — это сон. И, конечно, провести время с детьми — от них можно неплохо подзарядиться.

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №28481 от 17 февраля 2021

Заголовок в газете: Сергей Лазарев: «Устал дико, все болит»