Евгения Васильева потеряла ребенка, отцом которого мог бы стать Сердюков

Но зачем адвокат фигурантки дела «Оборонсервиса» рассказал об этом лишь сейчас?

21.03.2014 в 20:01, просмотров: 41096

Фигурантка по делу «Оборонсервиса» Евгения Васильева потеряла ребенка — такую информацию в пятницу распространили некоторые СМИ со ссылкой на адвоката Васильевой Хасана Али Борокова. Собственные источники «МК» из ближайшего окружения Васильевой сообщили, что несостоявшимся отцом является друг Васильевой и ее бывший шеф Анатолий Сердюков.

Евгения Васильева потеряла ребенка, отцом которого мог бы стать Сердюков
фото: Наталья Мущинкина
Евгения Васильева

Впрочем, это заявление для «МК» не стало сенсацией. Мы и раньше знали, что Васильева, которая сразу же после того, как попала под следствие, ложилась в больницу, лишилась там возможности стать матерью.. Но подтвердить это официально нам до сих пор не удавалось — все, кто окружал Васильеву, категорически отрицали этот факт. И теперь вдруг адвокат сам рассказал о трагедии Васильевой. Почему?

Хасан-Али Бороков, на звонок отозвался сразу. И подтвердил, что, действительно, Васильева после обыска, который следователи провели у нее 25 ноября 2012 года, попала в больницу.

- Конечно, у нее был огромный стресс, - подтверждает ранее сказанное им адвокат. - Пришли, можно сказать, нагрянули, вот она и слегла в больницу.

По его словам, Васильевой не дали пройти положенное лечение и в будущем она не сможет иметь детей. Она обращалась по этому поводу к уполномоченному по правам человека, но там ей ничем не помогли, а только переадресовали жалобу следователю.

Хасан-Али Бороков рассказал, что Евгения Васильева себя вполне нормально чувствует и «достойно ведет себя — она ведь сильная женщина». Но ей «неимоверно тяжело» постоянно находиться в квартире, не имея возможности ни на минуту покинуть ее стены.

- Представьте себе, что она с 23 ноября 2013 года, как ей была ужесточена мера пресечения, не покидала своей квартиры кроме того раза, как ее привозили в суд. У нее, как вы знаете, браслет, по которому ее контролирует ФСИН (федеральная служба исполнения наказания, - Авт.). Да и, я не сомневаюсь ни на секунду, что ее квартира находится на постоянной прослушке, так что она ни с кем не может общаться. И так она будет находиться до 23 июля.

Обсуждать какие-то подробности случившегося с Васильевой осенью 2012 года Бороков наотрез отказался. При этом он неожиданно - в свете того, что уже все рассказал - по-джентльменски заявил:

- Я не знаю ничего больше, да если бы и знал, не стал бы говорить об этом, вы поймите меня правильно. Это такая тема... тем более речь о женщине...

- Хасан-Али, а можете тогда ответить, зачем вам вообще было начинать эти разговоры? Чтобы Васильеву пожалели?

- Нет, конечно, я очень сомневаюсь, что ее кто-то пожалеет, как правило, одну грязь льют. Я вынужден был это сделать для того, чтобы привлечь внимание к ее персоне. И вот зачем. Дело в том, что мы на днях получили решение арбитражного суда, который отказал военному прокурору Москвы — он подавал иск о признании сделки по продаже одного из объектов, что проходит по уголовному делу «Оборонсервиса», недействительной.

- Что это за объект?

- Речь идет об имущественном комплексе по улице Зорге, 1 здание, которое раньше принадлежало «Красной звезде».

- Его вменяют Васильевой?

- В тех 12 эпизодах, которые составляют выделенное в отдельное производство, нет. Но этот объект есть в общем, большом уголовном деле.

- И что сказал суд прокурору по поводу этого объекта?

- Вот это самое главное. Прокурор просил признать, что Васильевой была занижена стоимость этого объекта и что сделка по нему была недействительной. Но суд отказал прокурору и на 12 листах написал обоснование своего отказа, где указал, что занижения цены не было, оценка была не обязательной, а сама сделка была законной.

- Что это значит для Васильевой?

- Основная претензия следствия к ней — то, что она, якобы, занижала цену имущества, которое потом реализовывалось акционерными обществами. Мы всегда говорили следствию, что чиновник не имеет права изменять цену имущества, это делает оценщик. А результат этой сделки можно признать незаконным только по суду. То есть, для этого должен быть иск — чтобы прокурор обратился в суд, где и признают законность или незаконность сделки. Вот как и было с этим объектом. Если бы в суде признали, что была занижена оценка здания, тогда бы можно было искать виновного, кто это сделал, а потом решать вопрос о возбуждении дела. По всем эпизодам, что составляют дело Васильевой, ничего подобного сделано не было.

- И что вы этим хотите сказать?

- То, что уголовное дело было возбуждено без достаточных оснований.

- А что сейчас с тем объектом по улице Зорге, он по-прежнему в деле?

- Мы этого не знаем, нам ничего не говорят.

- Я вас правильно понимаю, что если бы по тем 12 эпизодам были поданы иски, то суд, возможно, тоже признал бы эти сделки действительными и не было бы повода возбуждать дело.

- Абсолютно точно.

Между тем, источник «МК» из ближайшего окружения Евгении Васильевой также подтвердил информацию о потере ребенка.

- Да, это правда, они тогда очень сильно переживали, - рассказал наш собеседник.

- Кто - они? - уточнил корреспондент.

- Она и несостоявшийся отец.

- А кто этот человек?

- По-моему, это и так понятно.

- И все-таки, можно уточнить? Это Анатолий Сердюков?

- Ну что тут уточнять, это же абсолютно очевидно.