Заместитель директора Татарского государственного академического театра оперы и балета имени Мусы Джалиля в Казани Юрий Ларионов обратился в суд, требуя привлечь к ответственности Филиппа Киркорова за клевету и личное оскорбление.
"Я считаю, что певец во время концерта 14 марта 2009 года в Казани со сцены нашего театра публично оскорбил меня, а также неуважительно отозвался о татарской нации" - сообщил Ларионов.
По его словам, Киркоров после двухчасового пения спросил у зрителей, нужен ли им антракт, и когда те ответили, что нет, со сцены поведал о некоем "маленьком черном татарине, которому нужен антракт, чтобы торговать бутербродами".
"Речь, разумеется, шла обо мне, поскольку перед концертом я как замдиректора театра по организации зрителей интересовался у администратора певца, будет ли антракт, чтобы люди смогли сходить в туалет, в буфет, выпить чаю или шампанского, размяться, прогуляться по фойе, обменяться мнениями об увиденном и услышанном, как это принято на концертах и спектаклях во всем мире. Без антракта - это непрофессионально", - пояснил Ларионов.
"Я не оскорбился, что меня назвали татарином, это просто замечательно, хотя я русский. Это просто неправда, клевета. И к тому же, как это было сказано, в каком контексте, с какой интонацией! Среди моих друзей много татар, обидно за них", - сказал Ларионов.
Кроме того, перед концертом Ларионов попросил отца певца, Бедроса Киркорова, не торговать в фойе майками с изображением своего сына. "Ну что это такое: протянул бельевую веревку, развесил майки! Стал бы он такое делать в Большом театре? - заметил Ларионов. - Наш театр не менее известен, это прославленный театр, это, наконец, театр, а не стадион". Киркоров-старший отказался подчиниться, и только когда Ларионов пригрозил, что не пустит зрителей на концерт, убрал одежду и остался торговать аудиопродукцией.
Будет ли дальше речь идти о возмещении морального вреда или ему достаточно будет публичных извинений, Ларионов не решил. "Я прошу принять меры, а какие - путь решает суд", - сказал замдиректора.
