— С Шираком познакомился задолго до его президентства, — рассказывает Владимир Сычев, пока в галерее развешивают его знаменитые и теперь уже исторические снимки. — Просто по заданию редакции нужно было выбрать себе одного из кандидатов в правительство Франции в качестве объекта для съемки. Я выбрал Жака Ширака. Оказалось, он обожает Россию.
— Расскажите подробнее.
— Задолго до начала политической карьеры Ширак, влюбленный в древние языки, начал изучать санскрит (древнеиндийский). Но на санскрите уже никто не говорит! И педагог из Индии посоветовал ему изучать литовский — как самый близкий санскриту из современных языков. А уже спустя еще полгода один литовец в Париже посоветовал молодому Шираку заняться русским. Погрузившись в язык и в русскую культуру, он даже перевел “Евгения Онегина” на французский язык. Отправил перевод издателю, но ответа не последовало. Много лет спустя, когда Жак Ширак стал премьер-министром, издатель сам предложил ему публикацию, но, как говорится, поезд уже ушел. Премьер был непреклонен.
— А как еще проявлялся его характер?
— Вот то, что произошло на моих глазах. Он дымил как паровоз, курил непрерывно. И в один день просто перестал это делать. Я считаю, это показатель характера. Знаете, он любит народ — в широком смысле слова. Я видел, как другие крупные политики народ презирают, а он — где бы он ни был — жал руки, принимал конверты с письмами (а там могло быть что угодно, например взрывчатка) и на каждое письмо отвечал. Я вспоминаю его поездку в Тунис в октябре 1995-го, когда он стал президентом. Вот они идут с местным коллегой рука об руку по широченной улице. Ширак тянет вбок — пожать людям руки, а тот его просто не пускает!
— А если рассматривать Ширака как объект для съемки?
— Жак Ширак — человек спокойный, в отличие от Саркози. Поэтому снимать его удобнее. Существует такое понятие — “пул”. На лужайке перед Елисейским дворцом в течение 30 секунд первые лица позируют перед объективом. При Шираке время “пула” увеличилось до 1 минуты, а нынешний президент зачастую отменяет съемку, чего раньше вообще не было.
— Какой самой интересной для вас была съемка?
— Снимать президента в принципе довольно скучно. Но был один интересный эпизод, когда я буквально избежал смерти. Это была все та же поездка в Тунис. В конце каждого визита у Ширака была традиция созывать пресс-конференцию (она называлась “Off”), без камер и микрофонов. Журналисты могли задавать любые вопросы, и он всегда отвечал. Автобус с журналистами поехал в резиденцию, а фотографам предоставили машину до гостиницы. Не знаю почему, но я отказался ехать, хотя пришлось сидеть на улице в течение всей пресс-конференции. Вернувшись в гостиницу, мы узнали, что автомобиль с фотографами разбился.
— Вы были знакомы с Жаком Шираком лично?
— Когда он был премьер-министром, мы всегда летали на одном самолете. Он всех обходил, спрашивал, как дела. Я сказал, что мне не дают гражданство. Он говорит: “Как?! Пишите письмо!” Я написал еще одно письмо для посольства. На следующей съемке он сам спрашивает: “Где письмо?” И через три дня мне дали гражданство.
Владимир Сычев утверждает, что он эмигрант “по художественным соображениям”, а не по политическим. Ему хотелось посмотреть Европу, и по израильской визе в 1979 году он уехал в Париж, где стал невероятно востребованным фотографом.
Сычев был единственным советским фотографом на печально известной “бульдозерной” выставке 1974 года. Владимира практически сразу арестовали на 15 суток.
— Нас с Сашей Рабиным сразу взяли как самых молодых. А Оскара Рабина — как лидера нонконформизма. Таким образом, мне ничего толком снять не удалось: ни бульдозеры, ни поливательные машины, ни толпу милиции в штатском. Я устраивал “квартирные” выставки у себя. Дом был открыт для всех желающих с 9 утра до 12 ночи в течение 10 дней. На одну из таких выставок пришло, по моим подсчетам, 5 тысяч человек. Первый этаж был очень удобен для визитов, и соседям по голове никто не топал.
В 1976 году на квартире Сычева свои акварели выставил Михаил Шемякин. В течение 10 дней у подъезда с 9 утра до 12 ночи дежурил наряд милиции и не пускал никого, кроме жильцов. Все желающие приходили после полуночи.
Советский период — неприлизанная репортажная съемка жизни простых людей, портреты современных художников — покажут 22 сентября в “Новой Третьяковке” на Крымском.
