Полжизни за славу

Маленький человек умер, едва осуществилась его мечта

26.11.2009 в 16:10, просмотров: 9189
Полжизни  за славу
Месяц назад не стало телеведущего программы “Ты не поверишь!” Вовы Шкета.
О смерти маленького человека написали все ведущие газеты страны. Репортаж с похорон шоумена транслировали многие телеканалы.  

Разве еще пару лет назад карлик-неудачник мог мечтать о такой популярности? Ведь на протяжении всей своей жизни Владимир Тишенков только и делал, что зубами выгрызал себе дорогу в шоу-бизнес. Его не замечали, над ним насмехались, и наконец-то фортуна распахнула перед ним свои объятия.    

И казалось бы, жизнь стала налаживаться, как…  

…“Стоп, cнято!” — оператор выключил камеру, когда на скромную могилку Икшенского кладбища положили траурные венки.


“За славу я готов отдать полжизни”, — сказал однажды Шкет. И поплатился за неосторожно брошенное слово.  

Первый лучик славы Владимир Тишенков поймал в группе “Коррозия металла”. Участники коллектива эксплуатировали его шутовской образ не только на сцене, но и за кулисами. Серьезно к маленькому человеку не относились. Сам Шкет не раз признавался, что в группе его унижали, над ним насмехались, но он терпел. И все — ради славы, ради нескольких строчек в газете.  

После ухода из группы Володя подался в ресторан “Прага”. В золотом мундире он стоял на входе — встречал и провожал гостей за жалкие чаевые.  

А по ночам шил тряпичных кукол и вырезал деревянных лошадок. В выходные шел на Арбат и продавал самодельный товар.  

Но все эти годы Тишенков не забывал о своей мечте — стать знаменитым. Он ходил на многочисленные кастинги, не пропускал ни одного просмотра на телевидении.  

И вот удача улыбнулась ему. Он стал звездой эфира. На улице у него брали автографы. У него появились фанаты.  

И тут судьба как будто вспомнила его обещание: “За славу я готов отдать полжизни”.  

Шкету было 49 лет…

Неликвидный карлик

Александр Валов называет себя первым продюсером Шкета. Это он дал ему путевку в жизнь и заставил поверить в себя, сказав однажды: “Подожди немного, и все у тебя получится!”.  

— В 90-е годы никакого Шкета в помине не было. А был просто Вова-карлик, — рассказывает Валов. — В то время я снимал теледискотеку для канала “Дарьял-ТВ”. И вот пришел к нам Вова со своими более чем странными песнями.  

Валов честно сказал тогда Тишенкову: “Дружище, твои песни неликвидны — их не станут крутить на радио, они не годятся для клипов”. И предложил Володе выступить в роли клоуна — смешить зрителя в прямом эфире вместе со звездами шоу-бизнеса. Собственно, тем же самым Тишенкову предложили заниматься на НТВ в 2007 году.  

— Мы просуществовали несколько лет, пока канал не рухнул, — продолжает Валов. — Вова-карлик остался не у дел. Он стал таким же неликвидным, как его песни. Вот тогда Тишенков отправился в ресторан “Прага” на должность швейцара. Время от времени он мне звонил. Я его обнадеживал: “Жди, не пропадай, может, и для тебя работенка найдется”.  

И Тишенков дождался. В 2005 году Валов пригласил его сняться в эротическом фильме “Юлия”. Шкету отвели скромную роль разведчика Вовы.  

— Я убедил Тишенкова, что фильм принесет ему славу! И он загорелся. Вова немного смущался, когда узнал, что сниматься придется в плавках, ведь тогда вся страна увидит его горбик. Но алкоголь сделал свое дело. Фотки со съемок облетели все ведущие столичные издания.  

Но фильм “Юлия” оказался пшиком. О героях скандальной ленты вскоре забыли. И снова в жизни Шкета наступил полный штиль. Тишенков взялся за старое — принялся обивать пороги “Останкино”, “Мосфильма”, ночных клубов…  

— Вова умолял, чтобы я начал продюсировать его. Но я отказался: одно дело быть медийным персонажем, другое дело раскручивать поп-звезду, — продолжает продюсер. — Никто не хотел вкладывать деньги в карлика!  

Несколько лет назад Валов открыл свое эротическое интернет-телевидение. Вспомнил о Тишенкове.
Однако на заманчивое предложение Валова поучаствовать в его проектах Владимир ответил отказом.
Но позднее он начал работать с вокально-музыкальной группой “Респект”.  

— За два дня до смерти Вова общался с нашим общим приятелем, — продолжает Валов. — Он жаловался, что телевизионщики его запахали, а с “Респектом” вышел конфликт по поводу денег. Не знаю, что там произошло, но после последней вечеринки с группой он вернулся домой  избитый. Вечером напился, лег спать. И не проснулся…  

— Тишенков любил выпить?  

— Крепко выпивать он начал в ресторане “Прага”, когда развлекал народ. Посетители наливали ему, а он товарищ безотказный. Под градусом Вова становился хамоватым, заводил разговоры о сексе, откровенничал про своих женщин. Таким образом он самоутверждался. Ему это было нужно. Знаю, что он жил с девушкой. Однажды привел ее на презентацию фильма “Юлия”. Она страшно переживала, когда он, упившись в хлам, начал приставать к стриптизершам. Под конец вечеринки Вова уснул в углу, свернувшись калачиком, где на него случайно наткнулась уборщица.  

— А мне Владимир рассказывал, что все его интервью по поводу многочисленных женщин — байки.  

— Все правильно, на 90 процентов его откровения — ложь, придуманная мной. Я ему объяснил: ты шок-артист, поэтому должен шокировать, иначе никому не будешь нужен. А он жаждал славы. Он жил этим! И я подпитывал в нем это качество. Каждый раз говорил: “Вова, никогда не опускай руки”. Но в тех публикациях была и доля правды. Ведь ходила за ним по клубу высокая женщина, ревновала, переживала. И она его, наверное, любила. Таких людей любят не за физиологию, а за душу.

Нехорошая примета

Шкет запомнил слова продюсера Валова: “Никогда не опускай руки”.  

Много лет он стучался в закрытые двери шоу-бизнеса. И достучался. В 2007 году Тишенков прошел кастинг. И стал одним из самых эпатажных ведущих телеканала.  

Престижная работа, большие деньги, головокружительный успех — удача сопутствовала Тишенкову последнее время. А полтора года назад Владимир наконец-то встретил девушку, с которой планировал связать свою жизнь.  

…Елена Быстрова назначила мне встречу в кафе торгового центра у метро “Алтуфьево”.  

— Мы с Володей часто в этом заведении ужинали, — начала разговор Лена. — Вот именно за этим крайним столиком сидели и шептались до поздней ночи.  

Девушка выкладывает фотографии. Вот Шкет на провинциальной дискотеке, вот он с будущей тещей, а эта карточка сделана незадолго до смерти шоумена.  

— За день до своей смерти, в четверг, Вова настаивал на нашей встрече. Как будто чувствовал, что она будет последней. Он пришел на свидание после съемок весь продрогший — по сценарию, Шкет должен был валяться на мокрой земле. Он взял коньячку. Я попросила его сфотографироваться вместе. Вова неожиданно заупрямился: “Я не люблю фоткаться, это к разлуке”. Все-таки я его уломала. На следующей день я никак не могла до него дозвониться — все телефоны были выключены. Такого не случалось никогда. А чуть позже я узнала, что его не стало.  

Сегодня Елена чуть ли не поминутно вспоминает последние дни Тишенкова. И каждый раз оговаривается: “Как будто нас предупреждали…”.  

— Неделю назад мы гостили у моей мамы в Саранске. Перед отъездом Вовка забыл бросить монетку. Мы сели в поезд, и он начал паниковать, буквально не находил себе места: “Я не успел бросить монетку”. Рванул к проводнице. Но та уже закрыла двери. Я попыталась открыть окно, но щеколда не поддавалась. Поезд тронулся. Вова вздохнул: “Нехорошая примета”.

“Гражданская супруга отравляла ему жизнь”

Елена познакомилась со Шкетом полтора года назад. Девушка стажировалась в “Останкино”. Тишенков на тот момент слыл восходящей звездой. Но, несмотря на статус, ездил на общественном транспорте.  

— Я часто сталкивалась с ним в коридорах телецентра. Он таскал за собой огромную сумку, которая была с ним одного размера. Коллеги прозвали его улиткой, — вспоминает Лена. — Как-то вечером я выбежала из “Останкино”, на перекрестке столпился народ. И где-то в толпе, между ног, затесался Вова. На него никто не обращал внимания. А он никак не мог перейти дорогу. Выбежит, навстречу мчится автомобиль, он — обратно. Выглядел таким беспомощным. Я тогда молча взяла его за руку и, как ребенка, перевела через дорогу. Потом подвезла его до дома: мы жили по соседству: он — в Бибиреве, я — в Алтуфьеве. Так и познакомились.  

Но до серьезных отношений было еще далеко. Ведь Тишенков три года как жил с гражданской женой Юлией.  

— Володя пытался расстаться с этой женщиной, но она не уходила, — продолжает девушка. — Юле удобно было жить с Вовой, он приносил большие деньги. Она не работала, оправдываясь: “Зачем? У меня ведь есть ты!”. Они постоянно ругались, он ее выгонял, а потом жалел.  

О существовании Елены Юля знала. Но не воспринимала всерьез увлечение гражданского супруга: “Кому ты нужен, такой урод! Одумайся, живешь со мной — и живи”.  

— Она как будто специально отравляла жизнь Вовы, — добавляет собеседница. — Например, все его вещи складывала на самую верхнюю полку, до которой он не мог дотянуться. Даже в день его смерти она почему-то не вызвала “скорую”. Только позвонила сестре Вовы и сказала: “Ему плохо, как вызвать врача, я не знаю”. На похороны шоумена Юля не приехала. А из квартиры ее все-таки выселили Вовины племянники.  

Елена готова рассказывать о Тишенкове часами. Последние полгода они встречались каждый день. Постепенно отношения вышли за рамки дружеских.  

— На работу и домой мы всегда ехали вместе. В “Останкино” вместе обедали. В течение дня Вова закидывал меня эсэмэсками. Некоторые я даже не стала удалять.  

“Лежу дома, смотрю фильм “Вам и не снилось”, и думаю — в наше время человеческие ценности уже потерялись”, — написал за день до смерти Володя.  

— Я не обратила внимания на его слова. Но про себя отметила: что-то не то творится в его душе, — тихо говорит девушка.  

Но вот что? Слава, о которой мечтал Шкет все эти годы, к нему пришла. В деньгах он давно не нуждался — купил небольшую “двушку” в спальном районе, планировал строить загородный дом.  

— Он чувствовал себя обделенным. И чем больше Вова общался с обычными людьми, тем больше понимал свою ущербность. Часто жаловался, что приходит домой, а там его никто не ждет и никому он не нужен. Переживал, что не может родить детей, потому что они будут такими же уродами. Да-да, прямо так и говорил. Жалел, что раньше не усыновил малыша.  

— Вы строили планы на будущее?  

— Все разговоры сводились к одному: “Сейчас развяжусь с Юлей, и ты переедешь ко мне”. Но я не верила, что он с ней расстанется. А он, возможно, не верил мне… Мне казалось, он боялся связывать со мной свою жизнь. У него ведь была раньше девушка. Они назначили дату свадьбы. Но когда ее родители увидели жениха, то закатили скандал дочери. Недавно Вова встретился с этой женщиной. Она вышла замуж, у нее родился ребенок. Они мило поболтали, а на прощание она сказала: “Как все-таки хорошо, что мы с тобой тогда расстались. Видишь, как я счастлива!”. Эти слова не давали ему покоя.  

— Тишенков тебя ревновал?  

— Еще как! Не дай бог мне отключить телефон, обида была страшная! Бывало, сидим в кафе, и он ни с того ни с сего: “Ты меня не любишь”. А если собирались на вечеринку, Вова предупреждал: “Наденешь декольте, я с тобой не поеду. Надевай серый комбинезон”. Так же и с покупками в магазине. Смотрел на меня, когда я примеряла платье, и качал головой: “Уведут, ей-богу, уведут!”  

— Признайся, а ты бы смогла выйти за него замуж?  

— Сложно сказать, но пожить вместе мы бы попробовали. Просто дружить не получилось бы, он мне это дал понять: “Если мы расстанемся, то друзьями не останемся. Потому что мне будет тяжело”.  

— Как он ухаживал?  

— Цветы не дарил. А вот тортики, мягкие игрушки, вещи покупал, помогал с деньгами. Вова был очень щедрый. Однажды пригласил меня в ресторан. Мы взяли фрукты и две рюмки коньяка “Хеннеси”. Нам вынесли счет — 15 тысяч рублей. Я была в ужасе, ругала его. Он любил шикануть. Если мы заходили в магазин одежды, он говорил: “Лена, бери что хочешь, хоть весь магазин, ну только купи, пожалуйста”. Он помогал всем — друзьям, родственникам, коллегам. Денег не жалел нисколько!  

— А ты познакомила Володю со своими родителями?  

— Да, мы несколько раз гостили у моих родителей в Саранске. Но они не относились всерьез к нашим отношениям. Вова ведь не делал мне предложение, только говорил моей маме: “Я так сильно полюбил вашу дочку!”. Бывало, едем в машине, он положит свою руку на мою: “Я так тебя люблю, так хочу быть с тобой”. А еще помню, как застряла в пробке, и Володя прождал меня 5 часов на морозе. Греться бегал в метро. За все время нашего знакомства мы даже не успели ни разу поругаться.  

— Помимо разницы в росте у вас с Тишенковым была существенная разница в возрасте?

— Больше 20 лет. Но так как он был маленького роста, поэтому и казался моложе. Кстати, к его маленькому росту я привыкла не сразу. Первое время пыталась помочь дотащить его неподъемную сумку, куда он складывал ботинки, костюмы, блокноты… А когда я купила джип, то не подумала, что Вове тяжело будет в него карабкаться. Он же постоянно ворчал: “Старая машина мне больше нравилась”. Но на самом деле ни рост, ни возраст меня не смущали. Мы всегда ходили и держались за ручку, и мне с ним было очень хорошо.

“Врачи говорили, что я не дотяну до сорока”

— Лена, зачем ему нужна была работа в группе, если он прилично зарабатывал на НТВ?  

— Он расстраивался, что его напарник Леня Закошанский лучше говорит, выглядит гламурнее. Вова видел, как к Лене тянутся наши звезды. А сам Шкет всегда оставался на втором плане. “Мне даже импровизировать не доверяют, делаю только то, что говорит режиссер, — вздыхал он. — Я устал быть дамским угодником, хочу вести “Сад-огород”, чтобы ко мне люди серьезно относились”. Он ведь очень любил копаться в земле. Когда приезжал к сестре на Икшу, мог целый день провести в огороде. А еще хотел развиваться как самостоятельный артист. Поэтому не отказывался вести корпоративы, вечеринки, свадьбы. На этих мероприятиях он находил применение своему творчеству. У него ведь было много песен, которые написал его покойный друг. Группа “Респект” — единственные, кто взялись за его раскрутку.  

— Говорят, Тишенков умер от алкогольного отравления?  

— Выпивал он, как все. Но в запой не уходил. На здоровье тоже не жаловался. Говорил, что желудок побаливает. С сердцем вроде ничего не было. Я знала, что такие люди живут недолго. Но Володя меня успокоил: “Врачи уверяли, что я до 40 не дотяну, а мне почти полтинник стукнул”.  

— Ему нравилось быть знаменитым?  

— Еще как! Его везде узнавали — в метро, в ресторане, на улице… Просили автографы. Я ему даже как-то замечание сделала: “Хватит автографы раздавать, мы ведь с тобой по делам спешим”. Он надулся: “Ну люди же просят”. Помню, как-то заказали в ресторане коньяк. Тут же к нам подбежал хозяин заведения: “Мы вам другой дадим, натуральный”. Иногда с нас даже денег не брали. В магазинах всегда скидки делали по 10—15 процентов. А когда мы приехали в Саранск и я предложила ему отдохнуть от поклонников, сходить на шашлыки, он загрустил. Ожил мой Вова только в местном клубе, когда диджей вручил ему микрофон. Весь вечер он зажигал на сцене, даже не присел с нами. Тогда я поняла: спокойная жизнь — не для него. Зато меня он оберегал от популярности: “Если ты станешь знаменитой, то бросишь меня. Зазнаешься. А потом знаешь, как устаешь от автографов…”  

— Он не комплексовал по поводу собственной внешности?  

— 15 лет назад он решился на операцию по удлинению ног. Но хирург его отговорил. Однажды я его спросила: “А ты бы хотел быть высоким, но не знаменитым?”. “Нет, я уже привык к своему телу, пусть уж какой есть”, — ответил он.  

— Тишенков рассказывал тебе о своем детстве?  

— Он рассказывал, что мама не хотела его рожать, у нее была депрессия. Отца тогда уволили с работы, в семье не было денег. Возможно, стрессовое состояние матери сказалось на его внешности. Вова учился в интернате для инвалидов, где ему было очень неуютно. В 18 лет он начал зарабатывать первые деньги — шил кожаные мячики, стругал деревянных уточек. Никогда не сидел на родительской шее, не хотел быть инвалидом. Он ведь на все руки мастер. Однажды у меня дома прорвало кран. Так мы не стали дожидаться сантехника — Вова сам все починил.  

— После смерти Шкета в прессе писали, что у него роман с певицей Никой?

— Ника была популярна в 90-е годы. Помните, пела “Эти глазки, эти голубые глазки”? Ее уже все забыли. Незадолго до смерти Вовы продюсер этой дамы решил с помощью Шкета пропиарить Нику. Придумал миф, что они пара и хотели взять ребенка из детдома. Но зачем нужно продолжать нести этот бред после смерти Вовы?  

— Поговаривали, что Тишенков думал вернуться в группу “Коррозия металла”.  

— Никогда. Вова был категорически против наркотиков, на которых сидели все музыканты группы. Именно поэтому они и расстались. Один раз ему в кашу ребята из “Коррозии” подмешали наркотики. Вова долго отходил от того кайфа, а весь коллектив потешался над ним. Также Володя рассказывал, что на нем пытались экономить — уезжая на гастроли, не брали ему купейный билет, а клали Тишенкова на багажную полку.  

— У Шкета были друзья?

— На его страничке в интернете куча друзей. Но с ними Вова не был знаком. Он ведь практически не пользовался интернетом. Компьютер у него появился три месяца назад. А страничку ему создавал продюсер “Респекта”. На самом деле друзей у него практически не было. Хотя его телефонная книжка была заполнена именами звезд. Он гордился этим фактом. Правда, никто из них не пришел проститься с Володей…