Самый полярный человек в России

“От Амдермы до Черского, от Ленска до Курил Артура Чилингарова никто не перепил!”

24.09.2009 в 17:56, просмотров: 2170
Артур Чилингаров — личность легендарная и многогранная. Путешественник, ученый, депутат Госдумы, он собрал в свою копилку всевозможные титулы, награды и звания. На долгие годы его стихией стали арктические просторы… Накануне своего семидесятилетия Артур Николаевич рассказал спецкору “МК” о значимых моментах своей жизни.

— Откуда у вас такая любовь к Крайнему Северу?

 — Раньше я думал, что в суровый край попал случайно, но потом пришел к выводу: это судьба. После школы я пошел работать слесарем-монтажником на Балтийский завод, где делали подводные лодки. Жили мы небогато. А напротив завода было Высшее инженерное морское училище, где курсанты находились на полном гособеспечении. Решил поступать на судомеханический факультет, но недобрал баллов. Мне предложили арктический факультет…  

— Правда, что ваш первенец появился на свет в самый разгар полярной ночи?

— Да, у жены Татьяны начались схватки, а в Амдерме была всего одна акушерка, да и та улетела на профсоюзную конференцию в Нарьян-Мар. Чего мне стоило послать за ней самолет! И вот прихожу в больницу навестить жену и новорожденного сына. И что, вы думаете, я вижу? Таня кормит грудью малыша с желтой кожей и узкими глазенками. Я пошел, крепко выпил. И только несколько часов спустя узнал, что у Таниной соседки по палате, ненки, было мало молока — и жена стала молочной мамой ее сынишки.  

— Какой самый мудрый совет вы получили от эвенков и ненцев?

— Очень долго моим помощником был Тихон Иванович Сядейский. Сын оленевода, он стал руководителем края. Я четко усвоил его постулат: человек, живущий в тундре, не имеет права на ошибку. Поэтому, когда затеваю очередную свою авантюрную экспедицию, всегда взвешиваю все “за” и “против”. И еще я, как и Тихон, никогда не раздаю напрасных обещаний. Если сказал — обязательно сделаю.  

— У вас в жизни было немало дней, которые вы могли бы считать своими вторыми днями рождения?

— Я несколько раз мог навеки остаться в ледяном плену. В ночь с 5 на 6 января 70-го айсберг, на котором была наша станция “СП-19”, в кромешной темноте наскочил на подводный хребет и раскололся…  

Когда вывозили смену зимовщиков с антарктической станции “Молодежная” на “Ил-76”, в небе над Атлантикой отказал один из четырех двигателей.  

Пришлось изрядно поволноваться и когда садились в Антарктиде на чилийскую базу. Аэродром находился на ледяной скале. Длина полосы всего 1400, а ширина — 30 метров. Малейший просчет — самолет свалится со скалы в пропасть. Летчик-испытатель Станислав Близнюк сделал несколько заходов и каким-то чудом притер самолет к полосе. На грани смертельного риска оказался и взлет.  

— Будучи в Антарктиде, вы получили благословение в уникальном православном храме, где служат полярники. Когда вы пришли к вере?

— Мой дед по линии матери — митрополит Введенский. Я с детства хожу в церковь. Мне Бог помогал в моей экспедиционной деятельности. Например, когда в августе 2007 года мы погрузились на подводном глубоководном аппарате на дно Ледовитого океана в районе Северного полюса, я взял с собой иконку Николая Чудотворца.  

— Не стали ближе к мечте — погрузиться в Марианский желоб, океаническую впадину, на глубину 11 тысяч метров?

 — Я получил на это благословение. Конечно, задача это непростая. Но я хочу сказать, что в России есть все технические возможности для строительства подходящего подводного аппарата. Есть у нас и человеческий ресурс для этого, и огромный опыт. Я надеюсь, что в скором времени нам удастся найти необходимые средства.  

— Это правда, что вы умеете пить не пьянея?

— Есть такое дело! На севере мне не один раз пели частушку: “От Амдермы до Черского, от Ленска до Курил Артура Чилингарова никто не перепил!” Это свойство очень важно в экспедиционной деятельности. В любой ситуации нужно оставаться начальником и иметь ясную голову.