Сегодня он начальник Департамента по обеспечению деятельности Совета при Президенте РФ по развитию физической культуры и спорта, президент Международной федерации универсального боя. А недавно возглавил еще и Московскую областную федерацию самбо и дзюдо.
— Как вы всюду успеваете, Сергей Петрович? Работаете на нескольких должностях, семья, внуки…
— Ничего особенного. Спать поменьше надо.
— О сегодняшнем дне разговор впереди, а пока позвольте совершить экскурс в историю. Вы выросли в Киеве, в городе, в котором каждый мальчишка прежде всего мечтает стать футболистом. Почему выбрали борьбу? Каким-то еще видом спорта занимались?
— Отец был военным, служил некоторое время в городке Стендаль, в Германии. В Киев переехали, когда он вышел на пенсию. Отцу хотелось, чтобы я пошел по его стопам, но меня такая перспектива как-то не прельщала. Не знаю, может, оттого, что с детства насмотрелся на военную жизнь… Вот спортом заниматься нравилось. В Германии, кстати, вовсю гоняли мяч с немцами. А в Киеве помимо футбола в почете были и бокс, и легкая атлетика, и гребля. Все это я прошел. И оказался однажды в секции самбо. Было мне 14 лет. Первый тренер Насыр Хайдарович Софин заинтриговал такими словами: “Я вас научу виду спорта, который является секретным и которым можно победить любого противника. Но вы не должны его применять к слабым и старым, а только при защите себя и слабого”.
Мы много тренировались. И с удовольствием. Сбрасывал за тренировку 2—3 килограмма. Силушкой обделен не был. Уже в 14 лет ушел из дома работать на завод “Арсенал”, когда отец, поняв, что военным не стану, сказал: “Кормить тебя не буду”. Стоял за станком, был фрезеровщиком второго разряда, учился в вечерней школе. Кроме силы отличался резкостью, подвижностью. В 18—19 лет пробегал 100 метров без шиповок за 12 секунд.
— Стало быть, первые успехи в спорте не заставили себя ждать?
— Через два месяца после начала занятий самбо меня повезли на чемпионат Украины из-за того, что заболел парень из секции. И я стал сильнейшим в весе 78 кг. Так и пошло-поехало. Стал осваивать дзюдо. Перешел тренироваться к известному наставнику Ярославу Ивановичу Волощуку. В 1970 году поехал на чемпионат Европы в Берлин, получил там “бронзу”. Потом был чемпионат Европы по самбо. Выступил в весе до 100 кг и выиграл золотую медаль. После этого уже прочно вошел в обойму сборной СССР.
— А не испытывали робости перед японцами? Когда впервые побывали на родине дзюдо? Как впечатления?
— В 72-м сборная СССР поехала в Японию тренироваться и бороться. Очень полезная была поездка. Никакой робости перед законодателями мод в дзюдо не испытывал. Наоборот, старался смотреть за японцами, изучать их манеру борьбы. Вернувшись домой, поменял технику. К японской добавил нашу — броски через грудь, полсуплесы, посадки. Мне хорошо удавались броски в обе стороны, тогда как в основном у нас были “однобокие” борцы. Вообще в арсенале было много чего заготовлено. Массой не брал. При весе 105 кг подтягивался 45 раз. Психологически чувствовал себя уверенно. Еще с детства это было заложено.
— Были ли шансы отобраться в олимпийский Мюнхен-72?
— Тогда я еще не был настолько силен, чтобы постоянно побеждать таких великих, как Виталий Кузнецов или Гиви Онашвили. Хотя с Онашвили, который весил 130 кг, я боролся почти на равных. А у Кузнецова многому учился. Это был мощнейший борец! Для больших побед, объективно говоря, созрел к Монреалю-76.
— Еще задолго до той Олимпиады вы заявили друзьям, что выиграете “золото”…
— За год до Монреаля на чемпионате мира проиграл знаменитому японцу Сумио Эндо. Тогда сыграл свою роль его авторитет среди арбитров. Могу прямо сказать, что японцу просто отдали победу. И это даже к лучшему, что так произошло. Я взялся за тренировки. По 8 часов изнурял себя — татами, штанга, бассейн, футбол. Был такой замечательный борец в сборной Валерий Двойников, кстати, на Играх-76 он “серебро” выиграл. Так Валера меня за тренировку 300 раз бросит, я его — 500—600. Еще два парня хотели со мной работать в спарринге, да пропали уже на третий день…
— В 70-е годы в сборной СССР выступал воспитанник электростальской школы дзюдо, чемпион Европы Алексей Волосов. О нем дзюдоисты той поры рассказывают как о человеке феноменальной работоспособности. Вы его помните?
— А как же! Тренировался Леша в самом деле неистово. Расскажу такой случай. Однажды сборная работала на сборах на базе под Подольском. Я пробежал вокруг футбольного поля 10 кругов. А Леша, глядя на меня, отмахал все 20. Пока он мотал круги, вхожу в раздевалку и говорю ребятам: “Ух, устал сегодня. 40 кругов сделал…” И иду в сауну. Тем временем Волосов заходит в раздевалку. Ему сообщают, что Новиков 40 кругов отмотал. Алексей побледнел, глаза округлились. И что вы думаете? Пошел обратно бегать! Пот в семь ручьев, майка черная от пота, а все равно пошел. И пробежал-таки 40 кругов. И сто раз мог запросто на перекладине подтянуться. Фанат дзюдо редкостный! И, между прочим, я его единственного из всей сборной Союза не мог бросить на тренировке. Сколько раз пытался провести прием — и ни в какую. Леша в своеобразной манере боролся — вцепится в кимоно и дергает тебя туда-сюда весь поединок. У меня голова уже начинала трястись от его цепких рук. И сам-то не стремится что-то активное предпринять, но и соперник выматывается будь здоров. Леша выигрывал чемпионаты Европы, мечтал об олимпийской медали, но не получилось. Думаю, оттого, что в самых ответственных схватках становился каким-то зажатым. И силушка при нем, и цепкость, и ноги быстрые, а видимо, побаивался на контрприем попасться. Перед Олимпиадой в Москве ему устроили отборочный спарринг с Шотой Хабарели. В принципе равные были борцы. Манеру друг друга знали хорошо и в спарринге приемов так и не провели. А надо бы все-таки Волосову было рискнуть хоть очко заработать. В итоге предпочтение отдали Хабарели.
— На Олимпиаде в Москве вы заняли только пятое место. Что случилось?
— Бороться за медаль помешала травма — порвал заднюю поверхность бедра. А за несколько месяцев до Игр на меня свалилась еще одна напасть — заскакала температура. Лежал в Боткинской больнице, но врачи так и не смогли понять, в чем дело. В таком жутком состоянии выходил бороться. Неприятно, если честно, вспоминать тот год. Лишь в мае 81-го медики распознали-таки причину проблемы с температурой. Все из-за гланд. Сделали операцию, все прошло. Но с карьерой спортсмена решил заканчивать.
— Чем заняться, к тому времени уже решили?
— На тренерскую работу не тянуло. К тренерам у нас вообще отношение было плевое. Со званием майора милиции работал в структуре центрального совета “Динамо”, в Таможенном комитете СССР, заместителем председателя Всесоюзного внешнеэкономического объединения. А в 91-м ушел, как говорится, на вольные хлеба. Давно хотел реализовать идею создания нового вида спорта — универсального боя, в котором объединились бы элементы различных боевых единоборств в связке со стрельбой, метанием холодного оружия, прохождением полосы препятствий. И это удалось. Создана Международная федерация по универбою, провели уже несколько чемпионатов мира, почти 40 стран в них участвуют. А теперь еще и зимние чемпионаты организовываем: бег на лыжах, метание ножа, стрельба из пейнтбольного пистолета, борьба на снегу. Американцы участвуют, канадцы, все страны СНГ, даже эквадорцы с марокканцами! Именно зимний универсальный бой имеет, убежден, перспективы быть включенным в олимпийскую программу. Не верите?
— Если честно, не очень.
— И напрасно. В программе зимних Олимпиад нет единоборств (хоккей не берем в расчет в данном случае). А это сильно обедняет программу Игр. За 30—40 лет добились олимпийского признания только четыре вида спорта — шорт-трек, керлинг, сноуборд и скелетон. Да, пытается продвинуть себя федерация бенди, то бишь хоккея с мячом, но кто в мировых лидерах? Россия и Швеция, остальные далеко позади. 25 стран, играющих в бенди, не набирается. Денег на развитие надо много — стадионы, инвентарь. А нам что надо? Элементарные условия. Где угодно трассу полосы препятствий проложим и площадку для борьбы оборудуем. И все. Скромно и доступно. Вот, думаем, хорошо бы включить зимний универсальный бой в качестве показательного вида на сочинскую Олимпиаду.
— Должность ваша кремлевская, полагаю, этому поспособствует…
— Оставлю это без комментариев.
— Прошел год, как вы возглавили Московскую областную федерацию самбо и дзюдо. Ваша оценка сегодняшнего состояния подмосковного дзюдо?
— Радует то, что сохранены традиции подготовки борцов в таких признанных центрах, как Электросталь, Коломна, Дмитров. Прочный фундамент заложен в Химках, Рузе и других городах. Тренерские коллективы слаженные, люди давно работают вместе. При этом наставники “зажигают звездочек” на базах, существующих уже много лет, попросту говоря, устаревших. Это, конечно, говорит о большом тренерском умении. Мы организовали несколько централизованных сборов с перспективными ребятами. Сам тренировки провожу. Да, задатки есть у многих, но до чего ж слабая у большинства физическая подготовка! В 17—18 лет им пора во взрослое дзюдо переходить, подтягиваться надо 30—40 раз, а они всего 10—11 раз могут. Дал им нагрузку для проверки. Ничего такого страшного при этом не было.
— В семье еще кто-то из спортсменов есть? Или одного достаточно?
— С супругой Жанеттой Владимировной вырастили двух детей. Сын Георгий служит в милиции, майор. Дочка Виктория — домохозяйка. У нее две дочки, но их в дзюдо не пустим…
