Революционер остается в строю

  Пьесы Михаила Шатрова с большим успехом шли в свое время во МХАТе, “Современнике”, “Ленкоме”, Театре имени Вахтангова. Для своего времени они были весьма смелы — уничтожали тщательно лелеемый партией миф о революционерах. Шатров выводил этих людей мятежными, ищущими бури и не до конца понимающими, что творят. С 1994 года Михаил Шатров отошел от драматургии. Уже восемь лет он возглавляет Совет директоров АО “Москва—Красные холмы”, которое занимается строительством Российского культурного центра в Москве. Идею его создания в свое время поддержал Борис Ельцин, но денег не дал ни копейки. Так драматург превратился в финансиста.
     — Как продвигается строительство вашего центра?
     — В декабре мы наконец откроем основное здание. В Большом зале Дворца музыки проведем концерт “Шедевры XX века”, в котором примут участие величайшие музыканты современности. К 2004 году, как мы рассчитываем, будет закончен весь комплекс. Кроме того, при Академии Минкульта России мы с коллегами создаем кафедру драматургии. Мастер-классы будут вести такие именитые авторы пьес, как Михаил Рощин, Александр Гельман, Андрей Смирнов, Александр Буравский.
     — А сами вы сейчас что-нибудь пишете?
     — Конечно! Сразу три пьесы. Первая — комедия о трех престарелых сестрах, которые друг друга шутя величают девочками. Так она и называется — “Девочки”. Вторая — “Билеты в Париж”, основана на документальных событиях и в какой-то степени перекликается с одной из моих старых драм “Шестое июля”. И, наконец, третья пьеса — “Вопросы остаются”, о причинах поражения Великой Октябрьской революции.
     — То есть вы продолжаете писать о революционерах? Ваш взгляд на события 1917 года не изменился за последние годы?
     — Я убеждений не менял. Владимира Ильича Ленина как считал великим человеком, так по сей день и считаю. Но памятников вождю и его соратникам я не лепил никогда, иконописью не занимался. Я старался создать образ живых людей, жаждущих справедливости — ничего больше. Многие современные критики ругают меня почем зря, но по большому счету смысл моих пьес им не ясен. Да и вообще мне иногда кажется, что их суть лучше всех понимали сотрудники Института марксизма-ленинизма, которые зарубили все мои драмы о революции, шедшие на столичных подмостках. Все до единой!..