Подвиг блюз-рокера

Как Джон Праймер и Уайт-Белов Москву на уши ставили

7 октября 2005 в 00:00, просмотров: 255

Вставай, струна огромная! Первый осенний месяц года стал настоящим праздником для тех, кто не хочет гнаться за музыкальной модой, предпочитая натужным неомейнстримовым мероприятиям блюзовые, например, клубы. Там все по-прежнему скромно, но душевно. В подвалы, где бьет ключом взрослая андеграундная жизнь, по-взрослому погрузилась рок-поэтесса и рок-критикесса Марга Пушкина. Благодаря ее постоянным усилиям читатели “ЗД”, хоть и спорадически, но все-таки не теряют пульса подлинно культурной музыкальной жизни, с удивлением обнаруживая, что таковая еще не перевелась…


Великая блюзовая буза случилась в столице во второй половине сентября. Московские музыканты, решив, что спасение утопающих во всякой попсе и псевдо-рок-н-ролле — дело рук самих утопающих, самостоятельно скинулись по паре баксов и притащили в столицу одного из последних могикан чикагского блюза по имени Джон Праймер. Щупловатый темнокожий гитарист 60 лет от роду, в не очень глаженных черных штанах, темной рубахе, жилетке и шляпе, здорово смахивал на персонажа американских фильмов о чертовых музыкантах, родившихся с блюзом в крови и промаявшихся несколько полнолуний подряд на перекрестке с преступной целью продать свою душу Дьяволу в обмен на всяческие блюзовые блага.

Видимо, попавшийся Джону Дьявол был представителем нечистой силы средней руки, ибо сделка состоялась, да не все вышло гладко. Кто слушал записи Праймера, почему-то решал, что ничего суперского и особенного музыкант из себя не представлял, — особый дух Джоновой магии терялся на виниле (а выпустил он свой первый альбом в 46 лет!). Зато в остальном все было чики-поки: вкалывал Праймер в клубах, не покладая гитары, играл с легендарным Вилли Диксоном, потом с Мадди Уотерсом, родил 8 детей, уже заимел внуков, получил ярлычок “Последний традиционалист Чикаго”, успел погоревать, что нет у него последователей, и, наконец, объявился в Москве. В компании аргентинцев: гитарист — аргентинец, басист — аргентинец, ударные — тоже аргентинец.

До последнего момента я никак не могла понять, зачем надо было тащить в Москву аргентинскую ритм-секцию, пока до меня не дошло: знали эти замороженные с виду парни всякие блюзовые фишки, крючочки и загогулины, известные только Праймеру, умели читать его мысли со спины… Эх, какие высокие, низкие звуки издавал этот огромный негритянский рот под тонкими усиками, какое дивное вибратто! А играл-то он как здорово… Наплевав на все контракты, временнЫе ограничения — он мог бы играть и петь сутками и при этом выглядеть как свежий парниковый огурчик. Четыре концерта за два дня в Москве, а потом — Рязань, где, если верить поговорке, грибы с глазами. Но оказалось, что грибы там еще и с ушами, причем чутко реагирующими на блюз…

Наши бузотеры-соотечественники, что на свой страх и риск притащили Праймера в обожравшуюся всякими музыкальными новинками и старинками столицу, тоже не ударили в грязь лицом, выходя с ним на одну сцену. Юрий Каверкин с его Dirty Dozen и Доктор Аграновский со своим “Черным Хлебом”, а также приглашенными гитаристом Игорем Бойко и гармошечником Братецким еще раз доказали, что российский блюзмен — он и без торговой точки на пресловутом перекрестке Блюзмен с большой буквы.

Судя по громадью планов наших блюзовиков, сидели мы в том зале отнюдь не в последний раз — вот только была бы у товарищей та самая пара баксов, чтобы скинуться. Глядишь, и трудолюбивый Праймер еще раз приедет, да не один, а с младшей дочкой, которой и года-то нет, и Фил Гай, младший брат Бадди Гая… И еще кто-нибудь, такой неожиданный и весь сотворенный из блюзовых слез, крови и пота…

* * *

Но это лишь продолжение Великой Сентябрьской Блюзовой Истории. А вот начало было положено несгибаемым блюз-рокером Алексеем Уайтом-Беловым и 35-летием группы “Удачное Приобретение”.

В течение 2 часов 40 минут на сцену выходили люди, исповедующие религию Блюза, каждый по-своему. Явления гитарной жизни демонстрировали уже упоминавшийся Игорь Бойко, дуэт во главе с самобытным Иваном Смирновым, Леван Ломидзе, Игорь Золотухин (в шутку названный Беловым Роги Нихутолоз и тем самым превращенный в норвежца), Алик Сикорский. Рубился и оригинальный состав “Приобретения” в лице самого Уайта, Владимира Матецкого и Петровича (Михаила Соколова) на ударных. К удивлению присутствующих Уайт первую половину концерта фигурял в арабском одеянии, вызывая явное неудовольствие моего соседа, увидевшего в этом тайный политический подтекст. Однако подозревать Алексея в сочувствии террористам крайне нелепо. Это одеяние — лишь напоминание о том, как он выходил на сцену исторического рок-фестиваля “Тбилиси-80” в составе не “Удачного Приобретения”, а группы “Глобус”. Уайт, будучи по натуре человеком проницательным, еще до начала фестиваля понял, что всех участников соответствующие службы берут под колпак и после окончания действа начнут мочить почем зря (напомню для тех, кто позабыл или еще не родился в том далеком 1980-м, что рок и блюз считались в те годы жанром крайне подрывного, антигосударственного толка). Поэтому и замаскировался он тогда под интернационал, что официально поощрялось, и сохранил, между прочим, работу в МОМА (Московском объединении музыкальных ансамблей). А за ту работу в те годы многие могли душу Дьяволу отдать, как негры за блюз…

Многие музыканты, приехав из Тбилиси, лишились надежных рабочих мест и вылетели из комсомола. Последнее Уайту не грозило — в рядах молодых строителей коммунизма он принципиально не состоял…

Одним из украшений юбилейного концерта, несомненно, стало выступление известного критика А.К.Троицкого, обтянувшего свою мощную грудь майкой с тройным изображением модного в богемных и околобогемных кругах партизана Че Гевары. При этом я подозреваю, что идея революции лично Артемию Кивовичу как прирожденному интеллигенту, конечно, ненавистна, и вот думаю: “Стал бы Че церемониться с нашим бомондом, приди он здесь к власти? Расстрелял бы всех к чертовой матери, как на Кубе со своим дружком Фиделем, и даже маечки с его изображением бы не помогли…”

Артемий трогательно поведал аудитории о том, как он учился у Белова-старшего всяким интересным словам и словосочетаниям. Подтверждаю, словарь Уайта действительно богат и интересен, хоть сейчас издавай. Один глагол “штопаться” (тусоваться, появляться то в одном составе, то в другом) чего стоит!

…И заиграла тяжелая музыка, и застучал по барабанам виртуознейший Сергей Григорян, и ненавидящий все тяжелое и немодное Троицкий заблажил, захрипел старинный хит “In-A-Gadda-Da-Vida” группы Iron Butterfly. Выражаясь по-русски, своим пением мимо сада он нанес мощный удар по соседям. Западные музыканты, которые, успев помереть за эти годы, оккупировали в райских кущах всякие плодовые деревья, от столь неожиданного звукового удара посыпались с веток гнилыми грушами. Артемий вообще охоч до музыкальных изголений, граничащих с издевательством. Помнится, он на каком-то из юбилеев Примадонны (не к блюзу будет помянута) таким же макаром поизмывался над “Королевой” — песней и ее живым воплощением. И все натужно улыбались, сделав вид, что это всего лишь милая интеллигентская шутка…

Короче. Было здорово, и хиты были сыграны, и кое-что выпито теми, кто еще может пить, а кто не может… Тот обсуждал, какие хиты были сыграны и сколько было выпито теми, кто еще может пить, а рефреном этой нескончаемой песни можно считать слова: “Да-а, не всякая группа доживет до своего 35-летия, не каждый музыкант может позволить себе купить такие классные красные штаны, как Уайт, и не все понимают, что играть Джими Хендрикса в наше время так, чтоб дух захватывало, — подвиг. Если не разведчика, то блюз-рокера уж точно!”

На окончание блюзовой истории — возвращение группы “Лига Блюза”, певицы Арины и приезд легендарного Colosseum — ни сил, ни места уже нет. Тем более что меня на том празднике жизни не было…





Партнеры