mk.ru : Московский комсомолец

В ходе трехчасового перекрестного допроса, Волошин, который выступает свидетелем со стороны Абрамовича, подтвердил, что в конце августа 2000 года президент Путин лично встречался с Березовским и объявил ему, что его управление ОРТ закончилось, и что он впредь не будет иметь возможность давать указаний менеджменту канала в отношении контента. Он таже признал, что разговор был эмоциональный. Как сказал Волошин, «у президента Путина был повод для эмоций – и я с ним абсолютно согласен, – (поскольку) господин Березовский использовал эту трагедию для того, чтобы нажить себе политический капитал».

Однако начал Рабинович с другой темы. Он попытался доказать судье, что в 2000 году российские власти предпринимали попытки поставить под свой контроль наиболее популярные в стране средства массовой информации. Для этого уже, как минимум, однажды применяли практику ареста бизнесмена с его последующим освобождением в обмен на обещание продажи акций медийной компании, которой он владеет. Рабинович напомнил Волошину об аресте Владимира Гусинского, владевшего холдингом «Медиа-Мост», в который входил и телеканал НТВ.

Адвокат сослался на документы Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ), из которых якобы следует, что Гусинского вынудили подписать соглашение, по которому он должен был сдать акции «Медиамоста» Газпрому. В обмен Гусинскому была предоставлена свобода и право беспрепятственно покинуть страну.

«Я не уверен, что ваше описание ситуации правильно, - заявил в ответ Волошин. - Не помню, чтобы, когда господин Гусинский находился в заключении, были подписаны какие-то документы». Впрочем, он подтвердил, что хотя сам не принимал в этом участия, читал в прессе о существовании такого соглашения. Наличие этого соглашения подтверждается материалами ЕСПЧ. Там также указывается, что министр печати Михаил Лесин завизировал этот документ. Стараясь тщательно подбирать слова, Волошин также вспомнил, что Лесин публично признал свою визу на этом документе ошибочной.

Кстати, Волошин явно готовился к разговору о случае с Гусинским, потому что как-бы невзначай, вспомнил, что «за месяца два-три до этих происшествий Березовский заявлял, что готов обратиться в Генпрокуратуру, с просьбой проверить связи господина Гусинского и НТВ с чеченскими боевиками». Он также заявил, что после ареста Гусинского господин «Березовский оказался единственным из крупных бизнесменов, который не подписал публичное письмо с требованием его освобождения». Правда, как тут же уточнил адвокат, под этим письмом не было и подписи Романа Абрамовича.

После этого «предисловия» Рабинович перешел к разбору ситуации с продажей Борисом Березовским своего пакета акций телеканала ОРТ. По его версии, Владимир Путин, занимавший тогда пост президента РФ, остался очень недоволен тем, как ОРТ освещала события вокруг гибели подводной лодки «Курск» в августе 2000 года и потребовал, чтобы Березовский продал свои акции в этой компании. Вскоре после трагедии, в конце августа, глава президентской администрации лично встретился с Березовским и объяснил передал ему это требование шефа. Скупить акции ОРТ у Березовского было поручено его ближайшему партнеру и другу Роману Абрамовичу. Тот встретился с Березовским и Патаркацишвили и убедил их не противиться воле президента.

Версия Волошина заметно отличалась от этой. Он заявил, что президент действительно был недоволен каналом ОРТ и ролью, которую играет в руководстве им Березовский. После трагедии с «Курском» Путин поручил главе своей администрации встретиться с олигархом. «Цель встречи была такая: объяснить ему, что «концерт окончен» и журналисты ОРТ должны быть свободны от его влияния, а менеджмент канала от его указаний в отношении контента», – заявил Волошин. Поскольку Березовскому принадлежало лишь 49% акций ОРТ, то формально его влияние на содержание передач канала никак не могло быть закреплено. Поэтому и предпринимать какие-то формальные шаги, чтобы прекратить это влияние, не требовалось, объяснил суду Александр Волошин.

Волошин назвал встречу драматичной, признав, что его целью тогда было объяснить Березовскому, что «его контроль над ОРТ закончился». «Для нас драматизм был в том, что он использовал трагедию для того, чтобы заработать политический капитал, для него трагедия была в том, что у него отбирают любимую игрушку», – сказал Александр Волошин.

После беседы с Березовским «я переговорил с Константином Эрнстом, объяснил ему, что господин Березовский не должен иметь никакого влияния ни на него, ни на журналистов, что сам Березовский уже об этом осведомлен. И я должен сказать, что господин Эрнст был счастлив услышать это», - вспоминает Волошин.

Он рассказал, что Березовский, который «был очень расстроен» утратой влияния на ОРТ, изъявил желание поговорить с Путиным.

«К моему удивлению, Путин согласился», – сказал в суде Волошин, объяснив, что он организовал встречу в своем кремлевском кабинете. Она была очень краткой: около пяти минут. «Ничего содержательно нового, чего бы не было сказано на первой встрече, там произнесено не было», – сказал Волошин.

Он также отрицал, что арест близкого к Березовскому замдиректора «Аэрофлота» Николая Глушкова был связан с давлением на олигарха. «Никаких угроз Березовскому мы не предъявляли, - сказал Волошин, - в этом не было необходимости».

Вечером в суде выступили еще два свидетеля Абрамовича – Евгений Швидлер и Сергей Капков.