Шматко в России больше, чем Шматко

Алексей Маклаков: “Меня удивляет наш гламур”

Популярный актер театра и кино Алексей Маклаков родился в Новосибирске и долгое время грезил морем. Должен был лечить людей, но на спор поступил на актерское отделение. Мог стать “жертвой зеленого змия”, а сегодня не берет в рот ни капли спиртного. Относится к своей профессии уважительно, хотя и несерьезно.

Обожает своего прапорщика Шматко в сериале “Солдаты”, зато по жизни больше похож на светлого иного Семена (“Ночной дозор” и “Дневной дозор”). Сегодня он — собеседник “МК”.

“Авантюрист, но не аферист”


— Ваш последний фильм “После жизни” — конкретная история, имеющая мало отношения к разговорам о загробном мире. А вы не опасаетесь того, что там, после жизни?

— Нисколько. Потому что знаю, что там что-то есть и там — ничего плохого и страшного. Я это понял после того, как умерла моя мама. Ее нет со мной физически. И вместе с тем она постоянно рядом. Мы мысленно общаемся и разговариваем, мама подсознательно ведет меня по жизни, оберегает от серьезных ошибок. Две женщины берегут меня: мама — издалека и мой агент и хороший друг Снежана, которая рядом постоянно. Я многому научился благодаря ей.

— Например?

— Держать себя в руках, не раздражаться по пустякам из-за бытовых мелочей и жизненных неурядиц. Спокойнее смотреть на некоторые вещи.

— А до того как пар выпускали?

— Уходил в глубочайшие депрессии. Срывался на близких и друзей. Потом было крайне неприятно.

— Могли остановиться сами?

— Мог, но было трудно, и на это уходило больше времени, чем теперь. Пить сам бросил. Сегодня спокойно обхожусь без алкоголя — как допинга и вообще.

— Судя по всему, вы экспрессивный человек. А такие люди, как правило, заядлые игроки. Вы не исключение?

— Я скорее авантюрист, чем игрок. Причем именно авантюрист, а не аферист. Самая моя большая авантюра, пожалуй, — в 36 лет взял и приехал из провинции в Москву, догадываясь, что делаю это поздновато. Да и актером я стал на спор. Тоже та еще авантюра. Поспорил с приятелями, что никогда в Новосибирский театральный институт не поступлю. И в результате поступил.

— Проспорили много?

— Ящик вина. Потом долго отдавал частями, занимая деньги у тех же, с кем и спорил.

— Кем могли бы стать, если б не тот спор?

— Врачом. Я даже поступил в медицинский. Правда, проучился там всего полгода. Вид крови и тогда и сейчас мне крайне неприятен. А приходилось и во вскрытиях участвовать, и на практических занятиях по полостной хирургии присутствовать. Нагляделся и понял, что все, хватит.

“Снится Путин”