Снимите это медленно

Где потеряли «Стыд» Майкл Фассбендер и Кэри Маллиган

24 февраля 2012 в 19:11, просмотров: 2056

Новое творение режиссера Стива МакКуина («Голод») и его любимого актера Майкла Фассбендера, вызвавшего много разговоров со времен премьеры в конкурсе Венецианского кинофестиваля, называется «Стыд». Но, вопреки названию, в нем не предусмотрено никакого стыда. Герои входят в фильм уже обнаженными, абсолютно неприкрытыми перед зрителями. А следом за одеждой, образно говоря, сдирают еще и кожу. Так начинается затяжное падение двух обнаженных душ (брата и сестры Салливан), застрявших где-то между подростковыми комплексами и взрослыми неврозами. Стремление к сексу порождает только секс. Стремление к смерти — самоубийство.

Снимите это медленно
Кадр из фильма "Стыд".

Фильм у МакКуина получился, прозрачный и высоколобый, как небоскреб. Геометрия повествования здесь мало отличается от направления фрикций главного героя. Брендан Салливан (Фассбендер) — сексоголик и менеджер безымянной крупной компании. Город, квартира, рабочий кабинет, вид из отеля с огромной кроватью и гигантским окном — интерьеры такие же безакцентные, как съемочная площадка порнофильма. За ощущение жизни здесь отвечает старенький виниловый проигрыватель, а также без спроса заявившаяся сестра Сисси (Кэри Маллиган) из Лос-Анджелеса — певица, договорившаяся на несколько выступлений в клубе на Манхэттене. Судя по реакции брата, приехала она крайне не вовремя.

Маллиган всего 26, но в отличие от растащенного по обложкам журналов Фассбендера (шуму сейчас он наделал еще больше, чем после дебютного фильма МакКуина «Голод»), она совершенно не выглядит подающей надежды звездой. Все свои надежды она уже оправдывает. Причем, со страшной скоростью.

Со времен «Воспитания чувств» она играет хорошую девочку в обществе плохих парней. Но если в том фильме, принесшем ей премию BAFTA и первую «оскаровскую» номинацию, прощание с детством происходило в винтажных интерьерах немного сказочной Англии, то с переездом в Штаты Маллиган делает одну убедительную попытку оторваться от земли за другой. С каждой новой ролью подбираясь все ближе к космосу. Точнее — к черной дыре.

В «Драйве» рядом с другим молодым любимчиком Голливуда, Райаном Гослингом, она страдала под кулаками вернувшегося с зоны мужа. В «Стыде» уродует запястья лезвием уже без посторонней помощи.

Ей вообще приходится нелегко. Режиссер, в каждой сцене добивающийся анатомической подробности, в момент первого появления в кадре не оставляет ей даже полотенца, чтобы прикрыться. (Фассбендер все-таки полностью раздевается только во втором кадре.) И все же именно ей удается вырваться из физиологического ада, глазами и голосом сотворив такое напряжение, какое не может создать ни одно голое тело.

Стыд Брендана не оставляет ему пространства для маневров. Да, его влечение иногда взрывается приступом отвращения к собственному боссу или жалости к себе. Но и в этих ситуациях он чаще остается непроницаемым. Если что-то действительно может изменить его гримасу — так это приближающийся оргазм.

С Сисси все немного сложнее. Ее метания, накладываясь на беззащитность, остатки порядочности и любовь к брату, выдают несколько неожиданных сочетаний. В середине фильма и вовсе возникает явление чистейшей красоты — Кэри Маллиган перепевает песню «Нью-Йорк, Нью-Йорк», написанную в 1977 году Джоном Кэндером и Фредом Эббом для Лайзы Миннелли к одноименному фильму Мартина Скорсезе. Тогда Миннелли под присмотром Роберта Де Ниро пела в духе жизнерадостного кабаре. Взявший два года спустя песню в репертуар Фрэнк Синатра и вовсе заездил ее до того, что сегодня она гудит из каждого рингтона. Маллиган тянет в ней каждую ноту, избавляя их от прежней эстрадной легкомысленности. Кажется, последний раз с таким придыханием мы смотрели, как блондинка поет в микрофон, когда на сцене стояла Мэрилин Монро.

«Стыд» — это и есть история Мэрилин Монро и ее несуществующего брата пятьдесят лет спустя. Телевизор заменил интернет. Романтические комедии — порносайты. Так волновавшую миллионы слегка задравшуюся на ветру юбку снесло к чертям вместе с нижним бельем. А красота по-американски прорывается все так же неожиданно и обескураживающе. Вроде розовых щечек Кэрри Маллиган или слезы из камня, каким выглядит на протяжении всего фильма лицо Майкла Фассбендера.

Этот грандиозный образ на секунду разбивает пошловатая сцена в залитой венозной кровью ванне, но уже следующая реплика: «Ты идиот?», — брошенная сестрой спасшему ее брату, тут же заново расставляет все по местам. Мир все такой же бездушный прозрачный куб и люди в нем — с такими же прозрачными помыслами. Здесь по-прежнему мало любви. Но все, что кроме, и вовсе не имеет смысл.

Никаких прелюдий, детка. Никаких серьезных отношений. Просто сними с себя все.

 

 




Партнеры