Олег Гаркуша: «Музыкантов губит Интернет»

Шоумен «АукцЫона» в поисках зерен таланта среди плевел

3 марта 2016 в 20:41, просмотров: 7771

Представить себе эту легендарную команду, ставшую флагманом российской рок-сцены еще в 1980‑х, без харизматичного Олега Гаркуши невозможно. Его безумные пляски, яркие номера, абсурдистские стихи в духе поэзии обэриутов и песни-«выкрики» органично дополняют фирменный вкрадчивый вокал солиста Леонида Федорова, сложную ритмику и пестрое, выпуклое «аукцЫоновское» звучание. Параллельно работе в команде Гаркуша строит свой культурный центр «Гаркундель» в Питере и успел сняться более чем в 20 фильмах.

Концерт в честь юбилея артист решил устроить в Москве аккурат в день своего рождения, символично приходящийся на 23 февраля. Вся страна поздравляла защитников Отечества, а фанаты «АукцЫона» — настоящего защитника рок-авангарда. В преддверии праздника он рассказал «МК», как возраст влияет на отношение к жизни, прорастают ли «золотые колосья» на современном музыкальном поле и чему бы не мешало поучиться нынешнему поколению исполнителей у мастодонтов.

Олег Гаркуша: «Музыкантов губит Интернет»
Фото: Иван Кобяков.

— Олег, с какими мыслями вы подошли к юбилею?

— С каждым годом человек либо взрослеет, либо стареет. Я уже нахожусь на втором этапе. Тревожных мыслей по поводу того, что я становлюсь совсем стареньким, которые посещали меня 5 лет назад, когда мне исполнилось 50, уже нет. Да и особых изменений в себе за эти пять лет я не заметил, так что старость моя если и наступила, то она очень бодрая. Внутренне я себя чувствую как в 14 лет, не больше. (Смеется.)

— Как поживает центр «Гаркундель»?

— Он строится! Уже три года. Процесс близок к завершению, при этом уже вовсю идет фестиваль «Гаркундель», в котором принимали участие наши самые известные рок-музыканты — Диана Арбенина, Федор Чистяков, «Би-2», Сергей Чиграков, «Смысловые галлюцинации», «Чайф» и другие. Также я все время отслушиваю и отсматриваю молодых артистов. Как раз за счет этих концертов мы собираем деньги на ремонт культурного центра. Осталось совсем чуть-чуть.

— Насколько активна, энергична и наполнена творческими идеями музыкальная молодежь?

— Раз на раз не приходится. Кто-то концентрируется на творчестве, но не занимается своим продвижением, не задумывается о том, как привлечь публику на концерты. Есть и такие, кто совмещает занятия музыкой с продвижением. Могу отметить команды «Площадь Восстания», «Ангел НеБес».

— Вы считаете, музыканты сами должны заниматься своей раскруткой или все-таки лучше, когда это делают специально обученные люди?

— Все должно происходить по наитию. Судьба коллектива зависит от очень многих факторов. Прежде всего это его внутреннее состояние — внутри группы не должно быть никаких разногласий, ее участники должны искренне любить друг друга, иначе ничего не получится. Второй момент — наличие харизматичного лидера. Он должен заинтересовать своих музыкантов, уметь полностью вовлечь их в творческий процесс, вдохновить их. Ну и, конечно, нужно быть готовыми к долгой кропотливой работе. Многие команды, едва появившись на сцене, уже считают себя звездами, а это неправильно. Так не бывает.

— Сегодня нередко можно услышать мнение о том, что современные музыканты измельчали и на сцене уже не появляются герои, такие яркие, мощные имена, которые рождались, скажем, 30 лет назад. Согласны ли вы с этим?

— Я уже 16‑й год провожу свой неформатный мини-фестиваль, мы не ограничиваем его никакими жанровыми рамками. Он проходит каждую неделю, и по четвергам я как раз слушаю молодых исполнителей, играющих в самых разных стилях. К сожалению, 99 процентов того, что я слышу, на что-то похоже, является копированием звучания и концепции различных отечественных или зарубежных рок-групп. Крайне сложно найти музыкантов, которые находят свое лицо, представляют что-то новое. Причем почти все они поют и играют хорошо, но в них, увы, нет харизмы, правильной подачи, какого-то зерна. Этим они не похожи на нас — в юности мы все играли очень плохо, но у нас был невероятный кураж от того, что мы делали, задор и молодецкий напор. Поэтому это все и называлось «новой волной». Мы придумывали необычные костюмы, номера. Мое поведение, конечно, не было придуманным, оно шло изнутри, но тоже, надеюсь, стало органичным театрально-музыкальным элементом программы. И пусть кто-то называл нас шутами и клоунами, но эти шуты и клоуны выходят на сцену уже четвертый десяток лет. Никто не ожидал такого развития событий. Когда мы начинали, мы не думали о больших залах, о клипах, об интервью. Мы просто делали это в свое удовольствие. Как ни странно, именно в те небогатые годы сочинялись замечательные, душевные песни. Послушайте практически любой альбом любого известного рок-коллектива того времени — все они добрые, наивные и простые одновременно. И все были бедны. Сейчас же, конечно, нельзя назвать людей богачами, но музыкальные инструменты и детали доступны, благосостояние все-таки улучшилось, а вот задора в музыке нет. Почему — не знаю. Возможно, так губительно влияет на ситуацию Интернет: все сидят в Сети, а сочиняют крайне мало и ни о чем.

— А что стимулировало активность артистов и публики во времена вашей молодости: дефицит хорошей музыки, сложность найти записи?

— И это в том числе. К тому же был дефицит общения. Мы всегда с радостью встречались с другими музыкантами, запоем слушали друг друга, потому что нам это было безумно интересно, мы этим жили. Когда образовалось движение (ленинградского. — Н.М.) рок-клуба, мы друг с другом советовались, гуляли, выпивали, устраивали квартирники. Последние были особенно ценны — это же почти интимное действо, когда ты можешь не только послушать песни человека, но и пообщаться с ним после выступления. Сейчас все не так. Даже на фестивалях первая группа, едва выступив, тут же куда-то убегает, ей неинтересно послушать коллег по сцене. Для меня это странно и непонятно. Есть команды, у которых сто тысяч подписчиков в Интернете, а на концерты к ним никто не ходит. Обидно, что ситуация складывается таким образом.

— Как трансформируется с годами публика «АукцЫона»? Развивается ли она вместе с вами, обрастает ли новыми людьми?

— На концертах у меня есть такая традиция — я часто стою у стенда, где продается продукция, и расписываюсь на дисках, фотографиях. Там я наблюдаю самую разную публику от мала до велика. Старые поклонники приводят своих сыновей, дочерей и внуков. Есть и такие, кто попадает на «АукцЫон» впервые, слышали о нас, но не были на выступлениях и не знакомы с материалом. Как правило, судя по отзывам, большинство таких людей остаются в восторге.

— В каком направлении сейчас движется группа, чем живет?

— Мы независимый коллектив, поэтому занимаемся тем, что нам нравится, у нас нет жесткого плана или регламента. Если Леня Федоров захотел писать альбом — он пишется, если нет — то нет. Недавно «АукцЫон» записал новую пластинку. К сожалению, без моего участия, но я не сильно расстраиваюсь по этому поводу. В остальном у нас очень активная концертная деятельность, и все выступления абсолютно разные. Например, на одном мы можем играть песню три минуты, а на другом ее же — 10 минут. Думаю, что люди и приходят к нам потому, что они никогда не знают, какое путешествие их ждет на этот раз, — это всегда практически полная импровизация. И, конечно, публика чувствует нашу энергетику, а мы стараемся выкладываться на все сто.

— Олег, а что играет сейчас в вашем личном плей-листе?

— Музыке мне хватает благодаря моему фестивалю. Не скрою, бывает даже, когда исполнитель выступает с программой, а я думаю: когда же он закончит? Хотя, конечно, это неправильно. Тем не менее я всегда дослушиваю всех до конца, отключаю телефон и внимательно смотрю на каждого.

— Чему бы вы порекомендовали поучиться у более опытных коллег молодым артистам?

— Я бы посоветовал им побольше ходить на концерты интересных коллективов, смотреть, как люди играют, как они двигаются, какая у них подача. Большую роль играют и фестивали: когда мы в свое время собирались на совместных концертах, мы обменивались опытом и, безусловно, подпитывались друг от друга. Это тоже давало силы и энтузиазм двигаться дальше.



Партнеры