Игра сериалов

Роль телевидения в новом расцвете кино

21.02.2014 в 15:21, просмотров: 2708

Сериалы как могущественная индустрия возникли не сегодня и даже не вчера. Вот уже несколько десятилетий телевизор опутывает зрителей, приковывая их к любимому домашнему дивану — серия за серией, сезон за сезоном, поколение за поколением. Но еще никогда сериалы не дышали так близко в спину старшему брату — кино. Широкое развитие Интернета, постоянно падающее в цене производство, отсутствие пресловутых возрастных ограничений, позволяющее включать в сюжет сцены секса и насилия. Все вместе делает рынок телесериалов все более привлекательным для больших режиссеров, а значит, и зрителей.

Игра сериалов
"Игра престолов" показала, насколько сериалы могут быть жестокими.

 

Сериалы в Америке часто выступали кузницей кадров для Голливуда. Брюс Уиллис, Джордж Клуни, Дензел Вашингтон — среди современных кумиров найдется немало тех, кто прошли суровую школу телевидения, прежде чем их заметили продюсеры крупных киностудий. Сериалы и сегодня отлично выполняют роль трамплина для мгновенного полета в звезды. Лучше остальных своим шансом воспользовалась 27-летняя Лина Данэм — создатель сериала «Девочки», в котором она выступает одновременно как сценарист, режиссер и главная актриса. Благодаря свежему подходу и во многом автобиографичной истории Лине удалось удачно занять нишу между аудиторией совсем девчачьей продукции вроде «Ханны Монтаны» и женщинами за тридцать, обсуждающими «Секс в большом городе». Как следствие — бешеный успех и звание одного из главных вундеркиндов Америки. Другой пример — Брайан Крэнстон, начавший актерскую карьеру еще в начале 1980-х, но получивший статус одного из самых известных людей в мире после пятидесяти, сыграв роль учителя химии, скрашивающего борьбу с раком легких торговлей метамфетамином («Во все тяжкие»).

Брайан Крэнстон стал суперзвездой после роли Уолтера Уайта в "Во все тяжкие".

Но куда чаще сегодня происходит обратный процесс. Вместо ярких камео звезды независимого кино теперь получают главные роли в сериалах вполне себе голливудского размаха. Один из ярких примеров — Стив Бушеми, сломавший репутацию острохарактерного актера второго плана многомерной ролью в «Подпольной империи». То же справедливо для Мартина Шина, заведующего теперь целой лабораторией по исследованию человеческого оргазма («Мастера секса»). Или Мэтью Макконахи, который из завсегдатаев ромкомов с широкой улыбкой и расстегнутой рубашкой превратился в крепкого драматического актера, примерив на себя роль замкнутого детектива с нелегким — в основном наркотическим — прошлым в «Настоящем детективе». (Справедливости ради, первым всерьез разглядел его потенциал как раз один из молодых независимых американских режиссеров Джефф Николс, пригласив Макконахи в свою драму о взрослении «Мад».) Даже Кевин Спейси, который никогда не был обделен яркими ролями — как главными, так и второстепенными, — заново раскрылся в образе конгрессмена, нацеленного отомстить самому президенту США («Карточный домик»).

Еще раньше этот подъем с переворотом проделали режиссеры.

Фрэнк Дарабонт (от «Побега из Шоушенка» и «Зеленой мили» — к «Ходячим мертвецам»), Мартин Скорсезе (от «Таксиста» и «Славных парней» — к «Подпольной империи»), Дэвид Финчер (от «Бойцовского клуба» и «Социальной сети» — к «Карточному домику») — у каждого из них за плечами действующая выдающаяся карьера в большом кино и никаких причин идти на понижение. Но правда в том, что работа на телевидении сегодня — не производство «мыльных опер» в духе «Санта-Барбары». Не прилипчивые скетчи в духе «Друзей» (последними успешными проектами, близкими по духу, были «Как я встретил вашу маму» и «Теория большого взрыва»). И не упражнения в прекрасном на территории чистого искусства, которыми занимался Дэвид Линч в «Твин Пиксе». Телевидение сегодня — не только четко отлаженная индустрия, но и территория осознанной свободы.

"Девочек" называют новой энциклопедией жизни американских подростков.

Забудьте кинотеатры, вход в которые, как взводом солдат, охраняется рейтингом PG13 (принятое в США возрастное ограничение, допускающее к просмотру лица старше тринадцати лет и одна из главных причин засилья на экранах бесконечных беззубых «Трансформеров» и «Пиратов Карибского моря»). Кабельные сети провели кино в каждый дом, где оно, как в крепости, защищено от посторонних глаз. Теперь пульт в прямом смысле в руках у телезрителя. Хочешь — наслаждайся розовыми единорогами на канале «Дисней», хочешь — считай трупы в сериале «Игра престолов». Такие понятия, как «маргинальный», «рискованный», «жестокий», в случае с телесериалом превращаются из отрицательных в положительные. Несмотря на обилие жестоких сцен и почти детальное воспроизведение пути добычи и сбыта наркотиков (впрочем, все-таки слегка измененного в драматургических и назидательных целях), «Во все тяжкие» не только попал в «Книгу рекордов Гиннесса» как сериал с самым высоким рейтингом критиков (99 из 100). Не только получил личную похвалу от Стивена Кинга, назвавшего его сценарий лучшим в истории. Заслужил несколько «Эмми» и два «Золотых глобуса» (лучшему драматическому сериалу и исполнителю главной мужской роли). Но и во время трансляции заключительной серии собрал только у экранов телевизоров больше десяти миллионов человек.

Последний кирпич в стене между талантами и поклонниками разрушили в Netflix — онлайн-сервисе, предоставляющем видео по запросу, так называемое VoD. Заработав на прокате прав на онлайн-просмотр чужих фильмов и сериалов, Netflix получил возможность производить собственные. Теперь зрителям не надо ждать определенного часа, чтобы первыми в мире посмотреть очередную серию любимого сериала. Что с первым сезоном политического триллера «Карточный домик», что со вторым — абонентам в один день стали доступны сразу все 13 серий.

"Подпольная империя" обернулась очередным перерождением Мартина Скорсезе.

В конечном итоге от этой битвы зритель только выигрывает. Сегодня Голливуд и телевизор, как две собаки в одной упряжке, глядя друг на друга, только быстрее тянут сани вперед. То, что сериалы значительно повлияли на расклад сил в большом кино, — факт. Но также справедливо и обратное: увидев снова, на что способно массовое искусство, зрители еще долго не захотят вернуться к стерильным блокбастерам, дистиллированным до состояния питьевой воды в пластмассовых бутылках.

Мартин Скорсезе, размявшись на постановке пилотного эпизода «Подпольной империи», находит почти сто миллионов частных средств и, переживая уже непонятно какую по счету молодость, выступает в жанре безудержной комедии «Волк с Уолл-стрит». Используя немало чисто телевизионных приемов и точно так же, как в работе на ТВ, не ограничивая себя практически ни в чем, он выдает не только один из лучших фильмов в карьере (попутно награждая Леонардо Ди Каприо его чуть ли не самой эффектной ролью), но и рекордные для себя сборы.

Кажется, чуть ли не впервые со времен Нового Голливуда в борьбе за зрителя снова побеждает кино. И роль сериалов в этом процессе не меньшая, чем метиламина — в производстве Гейзенбергом синего «мета».

Сериалы в Америке часто выступали кузницей кадров для Голливуда. Брюс Уиллис, Джордж Клуни, Дензел Вашингтон — среди современных кумиров найдется немало тех, кто прошли суровую школу телевидения, прежде чем их заметили продюсеры крупных киностудий. Сериалы и сегодня отлично выполняют роль трамплина для мгновенного полета в звезды. Лучше остальных своим шансом воспользовалась 27-летняя Лина Данэм — создатель сериала «Девочки», в котором она выступает одновременно как сценарист, режиссер и главная актриса. Благодаря свежему подходу и во многом автобиографичной истории Лине удалось удачно занять нишу между аудиторией совсем девчачьей продукции вроде «Ханны Монтаны» и женщинами за тридцать, обсуждающими «Секс в большом городе». Как следствие — бешеный успех и звание одного из главных вундеркиндов Америки. Другой пример — Брайан Крэнстон, начавший актерскую карьеру еще в начале 1980-х, но получивший статус одного из самых известных людей в мире после пятидесяти, сыграв роль учителя химии, скрашивающего борьбу с раком легких торговлей метамфетамином («Во все тяжкие»).

Но куда чаще сегодня происходит обратный процесс. Вместо ярких камео звезды независимого кино теперь получают главные роли в сериалах вполне себе голливудского размаха. Один из ярких примеров — Стив Бушеми, сломавший репутацию острохарактерного актера второго плана многомерной ролью в «Подпольной империи». То же справедливо для Мартина Шина, заведующего теперь целой лабораторией по исследованию человеческого оргазма («Мастера секса»). Или Мэтью Макконахи, который из завсегдатаев ромкомов с широкой улыбкой и расстегнутой рубашкой превратился в крепкого драматического актера, примерив на себя роль замкнутого детектива с нелегким — в основном наркотическим — прошлым в «Настоящем детективе». (Справедливости ради, первым всерьез разглядел его потенциал как раз один из молодых независимых американских режиссеров Джефф Николс, пригласив Макконахи в свою драму о взрослении «Мад».) Даже Кевин Спейси, который никогда не был обделен яркими ролями — как главными, так и второстепенными, — заново раскрылся в образе конгрессмена, нацеленного отомстить самому президенту США («Карточный домик»).

Еще раньше этот подъем с переворотом проделали режиссеры.

Фрэнк Дарабонт (от «Побега из Шоушенка» и «Зеленой мили» — к «Ходячим мертвецам»), Мартин Скорсезе (от «Таксиста» и «Славных парней» — к «Подпольной империи»), Дэвид Финчер (от «Бойцовского клуба» и «Социальной сети» — к «Карточному домику») — у каждого из них за плечами действующая выдающаяся карьера в большом кино и никаких причин идти на понижение. Но правда в том, что работа на телевидении сегодня — не производство «мыльных опер» в духе «Санта-Барбары». Не прилипчивые скетчи в духе «Друзей» (последними успешными проектами, близкими по духу, были «Как я встретил вашу маму» и «Теория большого взрыва»). И не упражнения в прекрасном на территории чистого искусства, которыми занимался Дэвид Линч в «Твин Пиксе». Телевидение сегодня — не только четко отлаженная индустрия, но и территория осознанной свободы.

Забудьте кинотеатры, вход в которые, как взводом солдат, охраняется рейтингом PG13 (принятое в США возрастное ограничение, допускающее к просмотру лица старше тринадцати лет и одна из главных причин засилья на экранах бесконечных беззубых «Трансформеров» и «Пиратов Карибского моря»). Кабельные сети провели кино в каждый дом, где оно, как в крепости, защищено от посторонних глаз. Теперь пульт в прямом смысле в руках у телезрителя. Хочешь — наслаждайся розовыми единорогами на канале «Дисней», хочешь — считай трупы в сериале «Игра престолов». Такие понятия, как «маргинальный», «рискованный», «жестокий», в случае с телесериалом превращаются из отрицательных в положительные. Несмотря на обилие жестоких сцен и почти детальное воспроизведение пути добычи и сбыта наркотиков (впрочем, все-таки слегка измененного в драматургических и назидательных целях), «Во все тяжкие» не только попал в «Книгу рекордов Гиннесса» как сериал с самым высоким рейтингом критиков (99 из 100). Не только получил личную похвалу от Стивена Кинга, назвавшего его сценарий лучшим в истории. Заслужил несколько «Эмми» и два «Золотых глобуса» (лучшему драматическому сериалу и исполнителю главной мужской роли). Но и во время трансляции заключительной серии собрал только у экранов телевизоров больше десяти миллионов человек.

Последний кирпич в стене между талантами и поклонниками разрушили в Netflix — онлайн-сервисе, предоставляющем видео по запросу, так называемое VoD. Заработав на прокате прав на онлайн-просмотр чужих фильмов и сериалов, Netflix получил возможность производить собственные. Теперь зрителям не надо ждать определенного часа, чтобы первыми в мире посмотреть очередную серию любимого сериала. Что с первым сезоном политического триллера «Карточный домик», что со вторым — абонентам в один день стали доступны сразу все 13 серий.

В конечном итоге от этой битвы зритель только выигрывает. Сегодня Голливуд и телевизор, как две собаки в одной упряжке, глядя друг на друга, только быстрее тянут сани вперед. То, что сериалы значительно повлияли на расклад сил в большом кино, — факт. Но также справедливо и обратное: увидев снова, на что способно массовое искусство, зрители еще долго не захотят вернуться к стерильным блокбастерам, дистиллированным до состояния питьевой воды в пластмассовых бутылках.

Мартин Скорсезе, размявшись на постановке пилотного эпизода «Подпольной империи», находит почти сто миллионов частных средств и, переживая уже непонятно какую по счету молодость, выступает в жанре безудержной комедии «Волк с Уолл-стрит». Используя немало чисто телевизионных приемов и точно так же, как в работе на ТВ, не ограничивая себя практически ни в чем, он выдает не только один из лучших фильмов в карьере (попутно награждая Леонардо Ди Каприо его чуть ли не самой эффектной ролью), но и рекордные для себя сборы.

Кажется, чуть ли не впервые со времен Нового Голливуда в борьбе за зрителя снова побеждает кино. И роль сериалов в этом процессе не меньшая, чем метиламина — в производстве Гейзенбергом синего «мета».



Партнеры