Русское кино не в тренде

«Небесных жен луговых мари» и «Долгую счастливую жизнь» показали в Салониках

13 ноября 2013 в 18:50, просмотров: 2118

Кинофестиваль в Салониках, один из старейших в мире, прошел в 54-й раз. И, пожалуй, впервые отчетливо определил новый тренд в мировом кинематографе. Новую, так сказать, моду на фильмы, созданные к югу от Соединенных Штатов.

Русское кино не в тренде
Кадр из фильма "Небесные жены луговых мари"

Месяц назад на кинофестивале в Сан-Себастьяне казалось, что присуждение главных призов латиноамериканцам было обусловлено, прежде всего, испаноязычным жюри. Но на этот раз испанцев в жюри не было, а все те же венесуэло-германские «Непослушные волосы» получили и одну из главных наград, и премию ФИПРЕССИ. Фильм «Клуб сэндвич» - обладатель баскского приза за режиссуру, был показан в в Салониках в программе «Открытые горизонты».Один из актерских призов достался Хайме Ваделлу - исполнителю главной роли в чилийском «Ликере дьявола» Основной же приз «Золотой Александр» равно, как и награду за режиссуру увез в Мексику создатель «Золотой клетки» Диего Кеймада-Диас - впечатляющего рассказа о молодых гватемальцах, нелегально перебирающихся в вожделенную Северную Америку.

В чем тут дело? В качестве картин? Отчасти. История юных незаконных мигрантов сделана энергично. Временами она завораживает, а к финалу, несомненно, трогает. Рассказ о молодой еще матери, чей сын-подросток никак не хочет стричь свои длинные кудрявые волосы, умиляет и поражает тем, сколь вариативным может быть классический сюжет о «юноше, вступающем в жизнь». И «Золотая клетка», и «Непослушные волосы», и «Ликер дьявола», безусловно, талантливы. Но не бездарны и словацкое «Чудо», и шведские «Мы»… В общем, конкурс 54-х Салоников был на удивление силен и интересен. Было в нем место картинам из Южной Кореи и Египта, США и Франции. Отчего же по призам в чистую победили латиноамериканцы?

Кадр из фильма "Сюзанна"

Ответить на этот вопрос помогут три неглавных приза, которые по решению жюри достались тонкой французской семейной драме «Сюзанна». Имею немалый опыт работы в фестивальных жюри, поэтому ответственно заявляю: обычно, когда какая-либо из конкурсных лент получает в результате много призов, это означает, что она-то и понравилась членам жюри больше всех. Однако, по каким-то причинам (голосов не хватило, председатель настоял, кто-то с кем-то сговорился) главный приз уходит к другой ленте, а любимой в утешение выдают не одну, а сразу несколько наград.

Тонких французских семейных драм было уже очень много. И таких же хороших, как лента Катель Кийевере «Сюзанна» и даже, как сказала бы Света из Иванова, «более лучших». А про гватемальских нелегалов мы пока ничего еще не видели. Про мексиканских – да, но – не про гватемальских. Какая, скажете, разница? Мексика – большая страна. Гватемала – маленькая. Когда в большой стране делают фильм о том, как страдают граждане маленькой, в дело вступают правила политкорректности. Защита меньшинств – это вам не терзания бедной крошки, чувствующей себя паршивой овцой в благополучном французском семействе. Конечно, героиню фильма из Франции, тоже можно счесть меньшинством. Но – в эстетическом, художественном смысле. Вот, если бы она была арабкой во Франции – главный приз был бы вручен «Сюзанне» незамедлительно.

В то время, как на просторах Родины чудесной идут поиски новой идеологии, естественным образом ведущие к возрождению модернизированной старой, демократический Запад свою идеологию уже давно обрел. Прекрасная в идеале вера в то, что любое меньшинство должно пользоваться всеми правами, предоставляемыми гражданам, превратилась в ждановщину нового времени – святую и непогрешимую Политкорректность.

В системе ее координат гигантская Латинская Америка с десятком различных государств и народов, также является меньшинством по отношению к «оплоту мирового империализма». Поэтому, если на просторах «пылающего континента» появляются вполне состоятельные художественные фильмы, ни к чему даже интересоваться причинами их предпочтения таким же достойным творениям «датчан и разных прочих шведов».

Кадр из фильма "Чудо"

Здесь, кстати, любопытно отметить казус фильма Ларисы Садиловой «Она» Очень хорошая лента, получившая Гран-при в Выборге и приз за режиссуру в Оренбурге, пока никак не востребована за рубежами нашей Родины. Рассказывает о судьбе юной таджички, отправившейся за любимым, уехавшим на заработки в Москву. Тоже – нелегальные мигранты, тоже непростая жизнь. Но – нет живописания трудностей, нет их детализации и смакования. И нет интереса международного фестивального движения. Мигрантскую мелодраму, да еще с болливудским финалом на Западе смотреть не очень хотят. Впрочем, если бы «Она» была сделана в Мексике или, скажем, в Италии, где героиня была бы палестинкой из Сирии, восторгам и международным призам не было бы конца. Россия в данном случае просто находится вне пределов модного тренда – вот и все. Ничего личного, как говорится.

В программе «Открытые горизонты» были показаны две российские ленты – «Небесные жены луговых мари» - прелестный этнический «Декамерон» Алексея Федорченко и лента Бориса Хлебникова с заимствованным у Геннадия Шпаликова названием «Долгая счастливая жизнь». Прошли картины тихо, спокойно, не вызвав ни ажиотажа, ни острой критики. Но дело даже не в том, как фильмы прошли. Дело в том, как они в программу вошли. Картина Федорченко ровно за год до Салоников была показана в Риме, а лента Хлебникова за десять месяцев до греческого фестиваля, принимала участие в конкурсе Берлина. Там обе картины и были замечены программным директором Димитрием Эпидесом. В общем, нет ничего странного и нового в этом способе отбора фильмов на фестивали, находящиеся за пределами «большой тройки» или десятки. Важна здесь личность главного отборщика Салоников.

В одной из профессиональных бесед в Греции довелось услышать любопытную характеристику мирового фестивального сообщества. Оказывается, среди людей, плавно перемещающихся с одного киносмотра на другой, пятьдесят процентов – гомосексуалисты, тридцать процентов – секретные агенты и лишь двадцать – истинные знатоки и любители кино. Не знаю, насколько верна эта калькуляция, но даже если бы знатоков было не двадцать процентов, а пять, господин Эпидес, вне всякого сомнения, был бы в их числе. Умный, тонкий искусствовед, знающий весь кинематограф, как классический, так и современный, он не похож на большинство фестивальных кураторов, один из которых спрашивал меня, кто такой Пазолини, а другой, после разговора с Занусси, интересовался, кто сей джентльмен. И уж если Димитрий удовлетворяется теми русскими фильмами, которые были показаны в других местах и не берет новые (точно знаю, что они ему предлагались), это значит, что российское кино нынче совсем не в тренде. Есть – хорошо. Нет – и не надо. Впрочем, совсем расстраиваться не стоит. Мировая фестивальная жизнь так идет.

Когда-то, в конце восьмидесятых, главным трендом было как раз «молодое кино перестройки и гласности» и каждый кинопраздник от Сан-Франциско до Сиднея, от Мар дель Платы до Ванкувера считал своим долгом показывать ленты, в которых было мало, что понятно, но персонажи говорили по-русски. Конечно, это было давно, но совершенно не исключено повторение. Когда-нибудь. Не теперь. Сейчас же, следует обратить внимание вот на что. В Греции в этом году сделано около двадцати картин, но только семь из них поддержаны государством. Большинство фильмов создано независимыми продюсерами. Вот вам урок, дорогие отечественные создатели кинематографических произведений. Перестаньте унизительно просить деньги в министерстве культуры! Ищите их на стороне.



Партнеры