“МЫ — ПРОКАЖЕННЫЕ...”

16 декабря 1998 в 00:00, просмотров: 580

...В 1990 году их спасли чудом: военно-транспортным самолетом по решению правительства СССР вывезли из обезумевшего Баку. Обустроили кое-как в Москве, дали статус беженцев, пособия... Все минувшие годы они — 173 старика и инвалида, имевших "несчастье" быть хоть как-то причастными к армянской нации, — тихо жили в бывшей общаге ПТУ. И, как они сами думали, последним их пристанищем. Беда пришла откуда не ждали. В 1998 году они опять стали гонимыми... — Помогите, ради Бога, — голос в трубке был умоляюще беспомощным. — Наше общежитие продали, и что нам теперь делать, мы не знаем... В 1992 году решением Моссовета самые социально незащищенные беженцы из Баку — пенсионеры, инвалиды, участники войны — были поселены в общежитие "Главмосстроя". В 1994 году дом из ведомственного подчинения перешел в муниципальный фонд ЮАО. Хозяином помещения стал округ. Статус беженца и временную регистрацию обитателям продлевали без проблем каждый год. Работники Федеральной миграционной службы сами приезжали к ним в общежитие — люди-то все престарелые (одна бабушка аж 1905 года рождения), тяжело им в очереди стоять. И все были друг другом довольны... А потом рядом, на месте свалки, был построен огромный рынок стройматериалов и хозтоваров — "Каширский двор". Обитатели общежития поначалу обрадовались — все лучше, чем вонючий пустырь. Но радость была недолгой. Хозяин рынка положил глаз и на дом, в котором живут беженцы. По его замыслам, после реконструкции он должен был превратиться в торгово-офисный центр. Вообще-то, точно такой же дом в полуразрушенном состоянии стоит возле самого "Двора". Но там живут бывшие "лимитчики", у которых есть постоянная прописка. Следовательно, чтобы завладеть домом, их нужно отселить, предоставив другое жилье. А здесь... Старики со статусом беженца и временной регистрацией — разве ж они люди? Их просто не приняли во внимание. Не дали временной регистрации по месту жительства — и все. ГУВД вроде бы и не против их зарегистрировать, и паспортный стол тоже. Но хозяин положения — владелец жилья. А ему беженцы не нужны. Нет регистрации — нет пенсий, нет пособий, нет права на медобслуживание, вообще нет права передвигаться по Москве... Со всеми вопросами округ переадресовывает беженцев в Федеральную миграционную службу: мол, это их забота — вас обустраивать. А в ФМС, как и во всей стране, — кризис. И нежданно свалившиеся на голову 173 старика в планах не значатся. Куда их отселять? ФМС пишет письма в округ, что "со временем" будет решать эту проблему, а пока дайте временную регистрацию. Без пенсий (а их незарегистрированные получить не могут) старые, больные просто не выживут — это их единственная статья дохода. Но округ пока не внемлет. А в доме вовсю ведется капремонт, строители красят и белят, невзирая на жителей... А старушки, ждавшие корреспондента "МК" как спасителя, сидят на своих стульчиках тихо-тихо и обреченно шепчут: "Мы прокаженные, мы прокаженные". И грозятся что-нибудь с собой сделать, если их начнут "вывозить". Что им ответить? Что коммерческий интерес в наше время — превыше всего? Что старики, имевшие несчастье на склоне лет оказаться беженцами, не имеют в нашем городе, который, как известно, слезам не верит, никаких прав? В том числе и права спокойно дожить отпущенный Богом срок. Сейчас им по сути дела предложено освободить место под солнцем.



Партнеры