НЕБОЕВЫЕ ПОТЕРИ

22 февраля 2000 в 00:00, просмотров: 566

Армия в Чечне несет потери — обычное в общем-то для войны дело. Атаки, штурмы, обстрелы и засады не обходятся бескровно, даже на обычных учениях в мирное время закладывается определенный процент жертв среди военнослужащих. Есть свой процент небоевых потерь и на чеченской войне — из общего числа павших почти 20 процентов солдат и офицеров (это более ста человек) сложили свои головы отнюдь не на поле брани, а в более прозаичных условиях... ...Лейтенант Иванушкин был в тот день изрядно пьян, если не сказать большего. Сибирская мотострелковая бригада, в которой он служил, воюет на самых ответственных направлениях и, по сути дела, практически не вылезает из боев. Офицер решил снять стрессовое состояние (жизнь под пулями занятие и впрямь не из приятных) добрым глотком водки. То ли молодой организм не выдержал удара по печени, то ли Иванушкин не рассчитал своих сил, но набрался он 12 ноября прошлого года прилично. В пьяном угаре лейтенант схватил автомат и открыл беспорядочный огонь по соседней палатке. Мотивы — непонятны, вероятно, он перепутал позиции боевиков с расположением собственной части, может, воспаленный алкоголем мозг подсказал ему, как свести счеты с непонравившимися сослуживцами. Результат этой пьяной выходки — два трупа. Погибли лейтенант и рядовой, которые в тот момент находились в палатке. Им на родину пошли "похоронки" со стандартной фразой "погиб при выполнении воинского долга". Разжиться спиртным на передовой по силам и солдатам. Рядовой Абакаров из танкового полка нашел его в избытке и напился в стельку. Он не хотел убивать своего товарища, такого же солдата, как и он сам, но, взяв в руки автомат, почувствовал себя рейнджером и стал демонстрировать, как он будет расправляться с боевиками. Неосторожное нажатие на курок, нечаянный выстрел — стоявший рядом дружок упал от пьяной пули как подкошенный. Спасти парня уже не удалось... — Без пьянства на войне не обходится, — грустно констатировал офицер-воспитатель, которому приходится разбираться с подобными фактами. — А где пьянка, там и смерть рядом стоит. Дошло до того, что в некоторых частях гибель военнослужащих, как мы говорим, по неосторожности, стала соизмерима с боевыми потерями. По данным неозвучиваемой официально статистики, в последние месяцы комендатура Моздокского района (в Моздоке находится штаб объединенной группировки федеральных войск) задержала более 400 военнослужащих в состоянии сильного алкогольного опьянения. Все они в тот момент находились при исполнении служебных обязанностей. Не все бойцы сдаются без боя — на железнодорожной станции Кизляр пьяный дебош лейтенанта Зукаева, старшего прапорщика Елина и рядового Кедиева сотрудникам милиции удалось остановить, лишь перебив им ноги из стрелкового оружия. На почве пьянства армия в Чечне несет и другие "потери" — в прошлом году с передовой к местам постоянной дислокации было досрочно отправлено 126 офицеров и прапорщиков, 484 контрактника. Под формулировку "за низкие морально-деловые качества" подпали, видимо, самые буйные, которых уже просто нельзя было выгнать с войны. Подсела воюющая армия и на иглу. Наркоту не обязательно нужно покупать у местных, есть и собственные резервы — в индивидуальных аптечках находятся шприц-тюбики с промедолом. По идее, это обезболивающее нужно вкалывать раненому, чтобы облегчить ему страдания от боли до оказания квалифицированной медицинской помощи. Зачастую же промедол использовали в "немедицинских целях". Воруют наркотики не только по мелочи, из аптечки товарища, но и целыми партиями. В одном мотострелковом батальоне из Московского военного госпиталя солдаты умудрились умыкнуть более 200 шприц-тюбиков с промедолом. Вот где было кайфа от полкило промедола! Сколько потом бойцов в наркотическом угаре "бесстрашно" полегло под чеченскими пулями, никто не подсчитывал. Суицид на чеченской войне — особая статья. Решиться на самоубийство солдат заставляет и безысходность, и страх, и издевательства сослуживцев. Около 15 человек уже успели покончить с собой на передовой. От неуставщины погибло чуть меньше — 10 бойцов. Есть случаи и похлеще. В мотострелковом батальоне из Ленинградского военного округа офицеру пришлось защищаться... от собственных солдат! Два бойца-дагестанца открыто напали на своего лейтенанта. Офицера спасли профессиональные навыки — он открыл огонь на поражение и оказался более метким. Военное командование традиционно кивает на "слабый контингент", который поставляют в армию военкоматы. Призывники и в самом деле попадаются еще те — наркоманы, хронические алкоголики (в 18-то годков!), даже умственно неполноценные. Для воюющей армии такой "подарок" становится смертельным. Впрочем, к себе военные относятся весьма самокритично, отмечая, что многие офицеры просто махнули на своих подчиненных рукой и не владеют реальной обстановкой в своих подразделениях. А уж что касается пьянства, то им на войне грешат практически все — начиная от генералов и кончая солдатами, и кто кому подает пример — непонятно. ...Смерть на войне в любом случае страшная штука. Но разница между погибшим в бою или в пьяной разборке все же есть. И на какой "героизм" спишут в Минобороны свои небоевые потери, которые могут перевесить потери настоящие, боевые?



Партнеры