ТУМАН НАД “КУРСКОМ”

16 сентября 2000 в 00:00, просмотров: 435

Вчера депутаты Госдумы вместе с вице-премьерами Ильей Клебановым и Валентиной Матвиенко ворошили тяжелую историю с подлодкой "Курск". Если кто-то ожидал сенсаций, большого шума, то напрасно. Депутат нынче пошел ученый: сам знает, как не поставить родное правительство и президента в неудобное положение. Депутат Шандыбин, сторонник версии о том, что "Курск" потопили американцы, не нашел у вице-премьера поддержки. Клебанов рассказал про три версии, "ни одна из которых пока не стала доминирующей". Эти версии всем давно известны: подрыв лодки на мине времен Второй мировой войны (будто бы встречали в этом районе мину в прошлом году — почему бы не оказаться еще одной в нынешнем?), столкновение с подводным объектом и "нештатная ситуация в первом торпедном отсеке". Правда, прямых подтверждений столкновения с подводным объектом нет, а все попытки экспериментально смоделировать нештатную ситуацию в торпедном отсеке, аналогичную той, что привела к аварии, пока оказались неудачными... Многое мог бы прояснить поднятый со дна моря корабль, добавил Клебанов. И ни одним словом не дал понять, что правительство склоняется к мнению: поднимать "Курск" не стоит. Вице-премьер еще раз подтвердил: поднимать экипаж начнут в начале октября, и завершится эта операция не позднее конца ноября, потому что потом начнутся сплошные шторма. И опять ни одним словом не намекнул Илья Клебанов на вероятность того, что погибший экипаж поднимать не будут. Кстати, вице-премьер продолжает утверждать, что "английская спасательная лодка ничем не отличается от наших спасательных лодок"... Бывший начальник ФСБ, депутат Николай Ковалев, поинтересовался: кто же все-таки доложил руководству страны о том, что есть контакт с экипажем? Клебанов сначала отвечать на вопрос о будто бы доносившемся из лодки стуке отказался. Наша комиссия — это не комиссия Генпрокуратуры, сказал он, мы лишь выясняем причины аварии. Хотя буквально за пару минут до этого объяснял залу, как комиссия анализировала ход спасательной операции. Но ответить на вопрос о стуке Клебанову все-таки пришлось. Первые трое суток было очень много информации, и те, кто ее собирал, не всегда были в состоянии ее "адекватно анализировать", начал он. А стук действительно был — Клебанов сам его слышал в записи, и ему сразу показалось, что уж слишком "отчетливый" сигнал. "Я думаю, что это был стук механического средства", — загадочно промолвил вице-премьер, не пояснив, какое именно механическое средство могло подавать сигнал SOS с борта затонувшей лодки... Валентину Матвиенко депутаты отпустили очень быстро. Она рассказала, какой золотой дождь обрушился на головы измученных горем родственников погибших подводников (сумма выплат составила 85 млн. рублей) и на обшарпанный до неприличия поселок Видяево. 10 миллионов на ремонт жилья, 3 миллиона — на оборудование школ, 2 самолета с оборудованием для детских садов — а то там, оказывается, уже и игрушек не было... Депутаты должны были решить, будут ли они создавать независимую парламентскую комиссию в связи с аварией на атомной подводной лодке или лишь направят несколько человек в комиссию Клебанова. Естественно, пропрезидентские фракции (к которым в данном случае можно с полным основанием отнести и КПРФ, и ЛДПР) сделали все, чтобы парламентская комиссия создана не была. Большинство Думы решило, что получить по-настоящему достоверную информацию можно, только участвуя в работе правительственной комиссии. Правда, полученная таким образом информация, видимо, никогда не станет достоянием гласности: вице-премьер Клебанов честно предупредил депутатов — у них принято решение, что общаться с прессой и комментировать результаты работы комиссии может только ее председатель. То есть он — Илья Клебанов.



    Партнеры