СТО ЛЕТ В ОБЕД

26 марта 2001 в 00:00, просмотров: 458

  Геронтологи интересуются

     у столетнего деда:

     — Какие у вас планы на будущее?

     — Женюсь.

     — Зачем? В вашем-то возрасте!..

     — Вот и я так думаю. Но папа заставляет...

     Разговор скорее всего состоялся где-нибудь на Кавказе. Горы — это вам не отравленная автомобильными выхлопами и заводскими выбросами Москва. Но и на Москву бывает проруха: у столичных жителей тоже случаются столетние юбилеи.

     Москвичка Ксения Алексеевна Розова (в монашестве матушка Серафима) на белом свете живет уже целый век. И целый век проявляет самостоятельность и независимость.

     Отец Ксении был псаломщиком в сельском храме и по совместительству провизором.

     — Знаете, как он с мамой моей познакомился? — интересуется матушка Серафима. — Отец работал в аптеке, она с подружкой пришла на него взглянуть и сказала: “Дайте нам, пожалуйста, васильков во ржи”.

     После женитьбы Розов оказался в Москве: здесь было больше всего святынь. Жили Розовы тогда на Пречистенке, и старший Розов пел в храме Святого Духа (на этом месте сейчас — станция метро “Кропоткинская”). Храм перед напором властей не устоял, а вот аптека стоит как ни в чем не бывало. Ксения училась в гимназии Общества преподавателей в переулке около Ильинского храма. Название переулка она уже не помнит, а вот название храма — пожалуйста. Впрочем, чему тут удивляться? В начале прошлого века люди ведь ориентировались в городе не по названиям улиц, а по храмам...

     — В летние каникулы я помогала отцу писать сигнатурки — бумажки, на которых по латыни писался рецепт (его потом приклеивали к баночке с лекарством). Так что в медицинском институте все студенты по ночам зубрили латынь, а я все рецепты чуть ли не наизусть еще в детстве запомнила!

     На память Ксения Розова никогда не жаловалась. Запоминала все с лету. За это одноклассники даже прозвали ее Профессором. Но будущий профессор медицины и специалист по медицинской истории в мединститут поступила только на 12-й год! А что вы хотели? В анкете-то барышня честно писала, что родилась в семье псаломщика, который стал протодьяконом. И с резолюцией “социально негодный элемент” Розова отправлялась туда, откуда пришла. Но она ни о чем не жалеет:

     — За это время я получила хорошее среднее медицинское образование, поработала в очень хороших больницах. А потом меня потянуло на литературу — получила литературное образование...

     — А как монахиней стали?

     — Однажды в папином храме появился архиерей. Мне сказали, что у него очень красивые служки. Я и решила пойти посмотреть. Кого? Мальчиков. Архиерей меня не интересовал... Но я услышала его проповедь и задумалась. Потом я стала его духовной дочерью. Впрочем, об этом я уже написала небольшую книжку.

     — Шестнадцать лет я проработала в Медиздате. Ни от кого не скрываясь, ходила все время в церковь. И дома у меня висели иконы. Тогда за это выгоняли с работы, а мне “повезло”: на меня только анонимки писали...

     Когда ей такую анонимку показали, Розова честно сказала: все, что написано, — истинная правда. “И в церковь хожу, и иконы дома есть”. Вывод закрытого партсобрания сразил ее наповал: Розова — честный человек, ей во всем можно верить. Но райком потребовал убрать ее фамилию со всех книжек. Убрали. Она работала, писала книги, готовила их к печати, но подписывала их фамилиями своих неверующих друзей. Они же получали деньги, которые потом отдавали Ксении. Через два года райком проведал и строго приказал: “Вон!”

     Вот так в 1955 году Розова перешла на работу в издательство патриархии. Она считает, что ей повезло: в это время как раз готовилась к изданию первая Библия при Советской власти. Через два года Розова тайно постриглась в монахини. Но это не помешало ей десять лет читать будущим медикам лекции по истории медицины и заведовать научным отделом и музеем в Мечниковском институте.

     Мы поинтересовались секретом долголетия. Увы, секретов как таковых не оказалось. Как сказала матушка Серафима, она целый век ведет здоровый образ жизни.

     — Как монахиня я ем только постную пищу, соблюдаю все посты. Это тоже помогает. Овощи опять же люблю.

     Уже пять лет Розова живет в богадельне при храме Всех Святых Ново-Алексеевского монастыря.

     — Я здесь как в раю. О чем бы ни попросила, все делают. Каждый час ко мне обязательно наведывается сестра, интересуется, не надо ли чего. А самое главное — бабушек здесь любят. Потому и живу здесь. И еще на работу силы остаются...

     Да, в своем весьма почтенном возрасте матушка Серафима без работы не сидит. Видит она уже плохо, но к ней каждый день приходят добровольцы: читают вслух то, что нужно для работы, пишут под матушкину диктовку. С ними матушка работает по 2-3 часа в день. А по ночам, когда бессонница, в уме составляет книжки. Утром она уже диктует помощнику то, что надумала ночью. Вот вам и все секреты. Чтобы жить долго, всего-то и нужно: взаимная любовь и понимание.

     На прощание матушка Серафима вспомнила, как отличилась на экзамене по больничному делу в медицинской школе. Лекции были только у нее, потому все, что она написала, отвечая на вопросы, остальные списали слово в слово. Одного только списывавшие не додумались — сделать вывод. У преподавателя глаза на лоб полезли:

     — Никогда не видел, чтобы разные люди так одинаково мыслили, что даже точки и запятые у всех совпадают... Правда, в одной работе есть вывод. Значит, это — оригинал, а остальное — копии!

     Через много лет этот преподаватель встретил свою ученицу словами: “О, оригинал пришел!” Вы не согласны?..

    




Партнеры