Боже, "Царя" храни!

11 мая 2001 в 00:00, просмотров: 332

Если бы лет в пятнадцать кто-нибудь предсказал Мостовому звездное будущее — он бы вряд ли поверил. К тому же признанным дарованием считался его ровесник Андрей Кобелев, по сравнению с которым Мостовой чувствовал себя мальчишкой и жутко комплексовал. Однажды даже убежал в раздевалку весь в слезах. Кроме того, Кобелева навязчиво ставили в пример: “Смотрите, какая у парня скорость! Да за одного Кобелева вас всех оптом отдавать надо!” Сашино самолюбие было задето: к тому же он по природе очень ранимый и обидчивый. По словам Александра Бубнова, Мостовой умудрялся обижаться и на самого Бескова — слишком уж болезненно воспринимал критику даже такого великого мэтра. Однако Бесков настолько любил Мостового, что прощал ему все: капризы, детские выходки, нервные срывы...Дебют без мандражаМост (а какое еще прозвище могли дать Саше?) начал забивать сразу, как только Бесков взял его в “Спартак”. Игроки удивлялись: надо же, у этого парня нет ни малейшего мандража, “положенного” новичкам. Но замечаний он не выносил. Александр Бубнов рассказал, как однажды — в перерыве знаменитого матча с киевским “Динамо” в 1989-м (тогда “Спартак” уже тренировал Романцев) — Саша возмутился: “Почему это я должен бегать за Рацем, если Рац не бегает за мной?!” Олег Иваныч отреагировал на это заявление мягко. И, что характерно, во втором тайме Мостовой забил киевлянам роскошный гол, после чего, кстати, Лобановский немедленно заменил знаменитого Раца.

— Вообще Саша всегда любил разруливать игру, — продолжал Бубнов. — Он ведь диспетчер по призванию. Роль рабочей лошадки никогда ему не нравилась — терпеть не мог челночить в качестве крайнего полузащитника. Однако даже в непривычных амплуа он умудрялся забивать. А в недавнем матче с Югославией фактически спас нашу сборную, заняв нишу опорного хава Смертина. Талантливый двоечникКроме футбольного мяча, для Мостового мало что имело серьезное значение. Неудивительно, что класса с шестого он окончательно утратил интерес к школьной программе, и напротив его фамилии в журнале постоянно красовались сплошные неуды и прогулы. Учителя дошли до ручки и мечтали избавиться от Моста: ведь в сущности им не было никакого дела до его футбольных успехов. Спасло талантливого игрока исключительно заступничество Олега Романцева (благо Мостовой тогда играл в “Красной Пресне”). Ведь кабы не его письмо директору, Мост вполне мог бы остаться без аттестата, и, возможно, никогда бы не стал Царем...Царские замашкиПочему Мостового прозвали Царем — не может толком объяснить никто. Даже он сам... Впрочем, как считает Евгений Ловчев, Саша всегда знал себе цену.

— Помнится, в самом начале девяностых, — рассказывал он, — обратился ко мне один футбольный агент, который хотел продавать наших игроков в Испанию (он работал в фирме близкого родственника Йохана Кройфа). Так вот этот агент попросил меня посоветовать достойных кандидатов. Я пригласил Шалимова и Мостового: им тогда было лет по двадцать. Откровенно говоря, был уверен, что они, как и все наши игроки в то время, только и мечтают, как бы поскорей удрать за границу — не важно куда, лишь бы подальше отсюда. И вдруг ребята с достоинством заявляют: “Мы будем вести дело только с серьезными клубами. Второразрядные нас не интересуют”. В кабалеВскоре “царские замашки” действительно оправдались. В 91-м он съездил в Германию и практически договорился с руководством леверкузенского “Байера”. Однако перед тем как подписать контракт с леверкузенским клубом, неожиданно улетел в Москву. Буквально на пару дней по каким-то личным делам. Тогда-то и встретил давнего товарища по “Спартаку” Василия Кулькова. Естественно, друг сразу же принялся отговаривать Мостового: “Да зачем тебе эта Германия? Ты ведь совсем языка не знаешь и к тому же будешь там совсем один. Поехали лучше в Португалию, в “Бенфику”. Там все-таки мы с Юраном играем. Поможем тебе адаптироваться, и вообще, получится отличная компания, как в старые времена”.

Ну что тут скажешь: конечно, Мостовой не устоял. Тем более что в начале девяностых нашим игрокам был весьма не по душе футбольный “закон джунглей”: мол, каждый сам за себя… Все скучали по родной тусовке.

Юран с Кульковым мудро посоветовали Саше как можно скорее оформить португальское гражданство. Иначе не стоило и мечтать об основном составе в “Бенфике” — там и без того играло человек десять других легионеров. В результате Мостовой женился на португалке (естественно, фиктивно) и, казалось бы, решил главную проблему: его наконец-то заявили в национальный чемпионат — целых полгода он нервничал и ждал этого момента! Однако “непруха” продолжалась. Надо же, чтобы как раз в этот момент из “Бенфики” ушел благоволивший Саше тогдашний главный тренер Свен-Ёран Эрикссон (ныне тренер сборной Англии). Обидней всего, что его место занял югослав Томислав Ивич, известный своим отвратительным характером. Известно, что Ивич не мог проработать больше трех месяцев ни в одном клубе. Впрочем, даже за такой короткий срок он умудрился совершенно извести бедного Мостового. Саша прозябал на скамейке. Что характерно, чуть ли не единственным матчем, когда его все-таки взяли в состав, оказалась 1/8 финала Кубка УЕФА. “Бенфика” встречалась с московским “Динамо”. У Саши аж сердце защемило от ностальгии и радости: ему так хотелось в Москву… Но, увы, на родине его встретили отнюдь не так трогательно, как он рассчитывал. Ко всему прочему был жуткий холод — дело шло к зиме. Валил снег. Столичные зрители мерзли, грелись как могли и злились: “Динамо” проигрывало. А ведь Мостовой был тогда одним из лучших и, естественно, сыграл не последнюю роль в поражении соотечественников. В тот момент подвыпившие фанаты ненавидели Мостового — им и в голову в тот момент не могло прийти, что через несколько лет они станут на него молиться.

— Это были самые отвратительные два года за всю мою карьеру, — признался Мостовой. — “Бенфика” оказалась настоящим колхозом. Господи, какое же это было разочарование!

Что характерно, продавать Мостового руководство “Бенфики” отказывалось. Саша попал в настоящую кабалу: четырехлетний контракт связывал его по рукам и ногам, и деваться было решительно некуда, пока наконец малоизвестный французский “Кан” не выпросил его в аренду… Новая жизньВо Франции Мост обжился быстро и вскоре почувствовал себя как дома: мог с легкостью выйти на улицу в одном носке или сесть в представительский “Мерседес” в одних лишь синих бермудах и розовых тапочках… То ли дело его бывший друг Шалимов: оказавшись в Милане, он едва не стал первым модником великосветской тусовки. Одевался исключительно у Версаче (благо жил с ним по соседству), пока не понял, что в Италии трудно удивить кого-то внешним видом. “Для того чтобы поразить здесь чье-то воображение своей одеждой, надо быть как минимум… каким-нибудь царем!” — заметил он по этому поводу.

Мостовому хватило года, чтобы покорить своей игрой французских болельщиков: неудивительно, что, уходя в “Страсбур”, тренер “Кана” позвал его с собой. Мостовой моментально завоевал сердца жителей Страсбурга. Местные барышни клянчили у него автографы и пачками оставляли телефоны. Саша чувствовал, что наконец-то дорвался до нормальной жизни, и полнокровно наслаждался женским вниманием. Но однажды на какой-то дискотеке он встретил молоденькую студентку Стефани и забыл о легкомысленной жизни. К тому моменту он уже отлично владел французским — так что сумел без особых проблем найти общий язык с будущей супругой.

— У нас с женой и сейчас все отлично, а мы уже лет семь вместе, если не ошибаюсь. Впрочем, романтиком я не был никогда!

— Ничего себе, а как же любовь?

Тут Саша почему-то нахмурился: видно, его порядком раздражала сентиментальная чепуха. К тому же он только проснулся после долгого перелета (мы встретились на базе российской сборной в подмосковном “Бору” накануне первого матча с Югославией) и как раз перед моим приездом с надеждой выяснял, скоро ли обед… Словом, вместо разговорчивого и доброжелательного мне достался злой голодный Мост. Конечно, какая уж тут романтика, когда у собеседника все мысли о сочном бифштексе! К счастью, с кухни потянуло чем-то аппетитненьким, и Мостовой немного подобрел.

— На самом деле я чувствую себя вполне счастливым. У меня растут двое ребятишек — мальчик и девочка. Стеф заботится о них, пока меня не бывает. Вообще она очень преданная.

— А собственное любимое занятие у нее есть, она работает?

— Нет, конечно. Когда-то чему-то училась, но после того как мы поженились, сразу погрузилась в домашние заботы. И, по-моему, ей такой образ жизни нравится.

…В общем, во Франции у Саши все с самого начала шло отлично: личная жизнь, карьера — не то что в Португалии. Слава росла, предложения сыпались со всех сторон — ходили даже слухи об интересе со стороны мадридского “Реала”. Но тут оказалось, что руководство “Страсбура” тоже вцепилось в Мостового мертвой хваткой и решило оставить его в клубе любыми средствами. Не то чтобы владельцы вовсе отказывались продать российского легионера. Просто они заломили за него такую астрономическую сумму, что многие претенденты сразу же заскучали и разом захлопнули кошельки… Но один покупатель все-таки нашелся. Им оказалась испанская “Сельта”.

— Мне очень нравится в этом клубе — футбол, команда. Наконец-то все в моей жизни наладилось, — признался Саша, окончательно излечившийся от португальской депрессии. Еще бы: ведь в “Сельте” он действительно стал Царем и блестящими голами заставил даже “Реал” и “Барселону” считаться с клубом из города Виго.

Немудрено, что “Сельта” со своей стороны крайне дорожит Мостовым. Руководство даже просило его не играть за российскую сборную: мол, получишь травму, а мы без тебя не обойдемся. Но Мост сразу обрубил: мол, от сборной не откажусь никогда! Бывшие друзья— Знаешь, Мост, с одной стороны, очень общительный, а с другой — любит держаться сам по себе, — заметил как-то известный арбитр Сергей Хусаинов. — Наверное, Шалимов был его единственным по-настоящему близким другом. Несколько лет Саша жил у него дома на Преображенке: мама Игоря считала его вторым сыном…

— Почти семь лет мы были неразлучны, как родные братья, — рассказывал Шалимов. — Но, увы, разошлись… Как говорится, берегите меня от друзей, а с врагами я сам разберусь! А вообще, в футболе каждый сам за себя. Вот и Саша всего лишь действовал в своих интересах — так что я его ни в чем не виню. Просто мы оказались в разных лодках.

А ведь были веселые времена, когда поклонницы каждый день поджидали их после спартаковских тренировок, и частенько Саша с Игорем уезжали с базы вместе с симпатичными девчонкам. А Константин Бесков смотрел на все это сквозь пальцы...Кобелев — лучшийДаже сейчас, в ореоле славы, Мостовой по-прежнему не забывает своего детского соперника Андрея Кобелева. Считает его великим и утверждает, что Андрей куда талантливей известного игрока испанской “Валенсии” Галиски Мендьеты. Кстати, Валерий Карпин придерживается такого же мнения. Символично, что однажды, когда “Сельта” играла с “Зенитом” в Кубке Интертото, Мостовой только и мечтал, как бы встретиться на поле с Кобелевым и обыграть его. Но Андрей тогда получил нелепую травму, и “дуэль” не состоялась. Что характерно, матч был аккурат в день рождения Мостового, однако питерцы были слишком расстроены поражением “Зенита”, чтобы вспомнить об этом, и расстроенный Саша грустно вздохнул: “Ну вот, все про меня забыли, даже Кобелев не поздравил!”



    Партнеры