ИМ ПЕСНЯ ВЫЖИТЬ ПОМОГАЕТ

4 декабря 2001 в 00:00, просмотров: 211

  Вроде ничем они не были примечательны: эти 14 старичков и старушек, живущих в Свиблове. Приходили за бесплатными обедами в местный Центр социального обслуживания, жаловались друг другу на старость и болячки. И вдруг... запели. Создали ансамбль “Сударушка”.

     Не ведают зрители, что выступающие перед ними самодеятельные артисты — иногда застенчивые, а нередко и “дающие петуха” — спасли Москву в далеком 41-м году...

     — Мы почти ничего об этих людях не знали, кроме того, что те сильно нуждаются, — пожимают плечами социальные работники. — А оказывается, что у большинства из них вся грудь — в орденах и медалях...

     На вечере, посвященном 60-летию обороны столицы, стариковский ансамбль исполнял песни военных лет. Стоило лишь зазвучать первым аккордам “Синенького платочка” или “Офицерского вальса”, как бабульки молодели на глазах.

     Для участников этого хора война и юность — одно и то же. В 41-м москвичке Маше Казаковой не было и двадцати. Девушка собиралась уехать с родителями в Ташкент, в эвакуацию. Но опоздала на поезд. Она помнит, как брела неведомо куда по мгновенно обезлюдевшей Москве. Как подошел к ней, рыдающей навзрыд, милиционер: “Не плачь, мы еще успеем с армией отойти, когда фрицы возьмут город!”

     А еще помнит о том, как до последнего вела партучет в осажденном райкоме. А в соседней комнате серьезные “товарищи в штатском” минировали это здание...

     — Я пою о том, что пережила сама. Поэтому и песни мои звучат от души! — уверена сегодня 80-летняя Мария Ивановна.

     Солистка хора Клавдия Петровна Корчагина — бывшая зенитчица. Она следила в бинокль за приближением к Москве вражеских бомбардировщиков.

     — Воздушная разведка — опасная профессия, — вспоминает Корчагина. — Люди в бомбоубежище прячутся, а нам — нельзя. Мы — на посту. Объявляют воздушную тревогу — и сразу становится светло как днем. Многие девчата из-за этого ослепли. Но с песней мы и на фронте не расставались. На вечернюю и на утреннюю поверку шли строем, изо всех сил голося: “В бой за родину, в бой за Сталина!..”

     Еще одна солистка ветеранского ансамбля — Мария Слоевская — точь-в-точь постаревшая Люба Шевцова. Такая же яркая и боевая. Одним словом, артистка! Когда-то распевала перед бойцами на передовой в перерывах между сражениями знаменитый фронтовой шлягер: “Цветочница Анюта”.

     Профессиональной певицей Мария Павловна, увы, так и не стала. Зато именно она помогла организовать ветеранский ансамбль.

     — Я агитировала девочек сюда прийти. А то дома сидеть скучно, — смеется Слоевская. — Дети выросли и разъехались, а так хочется хоть с кем-нибудь пообщаться! Теперь мы с подругами репетируем два раза в неделю и постоянно перезваниваемся.

     Чаще всего ветеранский ансамбль “гастролирует” в местной поликлинике. Еще поют для стариков, приходящих в Центр социального обслуживания пообедать. Те довольны. Даже спрашивали: нужен ли блат, чтобы записаться в этот хор?..

     — Наша самая большая мечта — выступить перед военными. Если бы нам автобус из какой войсковой части прислали, мы бы поехали, дороги не испугались! — делятся сокровенным артисты.

     Руководитель ветеранского хора — Василий Накапкин — мужественный человек. Бывший морпех, на стене Рейхстага кинжалом расписался. Но и он не всегда может справиться с дисциплиной в “девичьем хоре”. С постаревшими девчонками не сладить. Некоторым бабулькам — девятый десяток, а все кружатся “в ритме вальса”...

     — Девочки, дисциплина! — упорно призывает он седых хористок к порядку. — В шахматном порядке постройтесь. И начали: раз-два, “Ка-за-чок”!

     Они живут от концерта до концерта. Справляют вместе праздники, поминают тех, кто уже никогда не придет на распевку...

     Об одном только беспокоятся: после репетиций боязно возвращаться домой. Все-таки зима началась, темнеет рано, а дорога скользкая. “Но ничего, мы друг за дружку уцепимся и как-нибудь добредем. На фронте и не такое бывало!..”

    



Партнеры