Сплин

21 февраля 2003 в 00:00, просмотров: 194

“ЗД” к Сашке Васильеву всегда питала особо теплые чувства. Не потому, что он рок-бунтарь, плавно перерождающийся в местного рок-классика. Это обыденный путь для всех великих рок-людей отчизны со дня сотворения оного рока. Просто, как сказал Юра Шатунов Алле Пугачевой на церемонии “ZD Awards”, “между нами много общего”. Знатный Васильев, боец с передовой рок-фронта, живой цитатник для туманной генерации Икс (вроде Мао Цзэдуна для китайцев), который не ведется на дешевый развод псевдомодников по поводу “отстоя” и трепетно, не стыдясь и не краснея, признается в привязанности к “ABBA”, “Smokie” и Аманде Лир. Нонконформизм кристальной чистоты! Это — по-нашему, по-зэдэшному! Мы тоже, знаете ли, млеем от поп-классиков, но, если что, всегда окажемся на острие актуальной атаки... К тому же смена впечатлений да эмоций, как говорят, — лучший отдых, залог бодрости духа, ясности сознания. В данном контексте беспомощные уколы в адрес “Сплина”: мол, пекут пластинки еще быстрее, чем блины в палатках, — кажутся завистливыми и неостроумными. Просто “сплины” живут по правилу: один альбом для продюсера, другой — для себя, любимых. Смена эмоций. Так же, как с “АВВА”. Продюсеру — бодрые гитарные хиты, а себе — психоделику как аутотренинговый отдых от рок-звездности...

Однако свежий альбом “Новые Люди” больше выглядит как удар в обе лунки и оттого смотрится весьма дырявым произведением. Дырявым в том смысле, что из дыр и щелей броненосного фирменного сплиновского панциря (не столько прохудившегося, а скорее так задуманного) задувает целая роза стилистических ветров: и босанова, и транс, и фолк, и электроника, и скрипичный квартет, и панк-рок. Пожалуй, самая пестрая и самая странная пластинка коллектива. Александр Васильев, фронтмен и главный, значит, сплин-мастер, вертит в руках компакт-диск, говорит, что слушал его только один раз, но уже знает, что...


— С этого альбома на радио попадут только две вещи, остальное — голые эксперименты. Говорят, будто хиты пишутся легче и быстрее. Для меня нет категории “трудно — легко”, вместо этого “приходит — не приходит”. Все песни мне приходят в голову одинаково быстро, главное — суметь все запомнить и выстроить в сознании. А потом уже получается либо “Орбит Без Сахара”, либо “Блокада”. Я отлично знаю законы, по которым строится хит, но никогда не пытался заигрывать с этим. Честное слово.

— Голый эксперимент — это здорово. Но ведь и знание актуальных потребностей среды, наверное, не лишний груз? Тебя когда-нибудь можно застать слушающим чужую музыку?

— У меня постоянный голод на новые музыкальные ощущения, и я готов слушать любую музыку, которую до сих пор не знал. Необязательно сегодняшнее, это может быть музыка 70-х, главное — чтобы незнакомая. В диск-боксе у меня двадцать пластинок, которые возьму с собой в тур. Там битловский “Белый Альбом”, сборник хитов 1974—1979 годов Дэвида Боуи. Все остальное никому не известные группы, подсунутые друзьями. Еще сборники транс-музыки типа “Cafe Del Mar” или “Coffeshop”. Из русского — “Калинов Мост”, альбом “Узарень”. Сумасшедший альбом от начала до конца. Музыка у них развивается по каким-то непонятным законам, а в языке — ни одного штампа. Потому что сам язык от начала до конца придуман автором. Еще “Кирпичи” — “Сила Ума”. Это просто чума. Он лепит такие фразы, типа “Я как любил макароны, так и буду любить макароны”. Шикарно!

— В последнее время многие обнаружили у нашей поп-музыки состояние подъема. Кивают на “Тату”, прорвавшихся в международные звезды, на “Дискотеку Авария”: мол, талантливы до жути и т.д. В то же время в рок-музыке принято констатировать кризис и сетовать на однотипье заштампованных групп...

— Я думаю, что никакого застоя нет. Движение везде, просто попсы больше в эфире, что естественно. А штампов никому не избежать, особенно поначалу. Даже лауреат Нобелевской премии Иосиф Бродский признался в беседе со своим другом Соломоном Волковым, что начал с подражания. Это — проблема возраста, а у нас еще и проблема шоу-бизнеса. В Америке очень много групп, гораздо больше, чем у нас, и почти все они имеют возможность играть, записаться, отнести это на фирму грамзаписи, найти продюсера и т.д. У нас эта география только-только начинает расширяться. Может, благодаря “Мумий Троллю”, который показал, что группы есть не только в Москве, Питере и Свердловске, а даже во Владивостоке. Чем быстрее будет развиваться экономика, тем лучше будет музыка.

— Кстати о “Мумий Тролле”. Эту группу называют вашим ближайшим конкурентом. Это и в самом деле так?

— Я бы назвал нас разными полюсами. “Мумий Тролль” — это что-то радостное, настоящий карнавал, они последователи “Queen” и всего остального глэм-рока. “Сплин” — это упор на поэзию и совершенно другое настроение.

— Клип на песню “Новые Люди” уже назвали скандальным. А еще его можно назвать вполне удачным, чем ваша группа, сказать честно, не избалована. Как думаешь, почему вам не везет с видео?

— Я попытался влиять на этот процесс всего один раз, но тут же обломился и понял, что являюсь полным профаном. На ролике “Пластмассовая Жизнь” я пробовал монтировать вместе с режиссером, но скоро стало ясно, что за такой монтаж руки надо рубить. На самом деле мне ни один наш клип не нравится, и что с этим делать, не знаю. Я, кстати, сделал один клип сам, он висит на нашем сайте. Там все очень просто и сделано часов за шесть. Беда режиссеров в том, что они мне присылают телеги размером с “Войну и мир”, которые я читать совершенно не хочу. Я всегда просил: “Расскажите мне в одной фразе, что вы будете снимать”. И вот Миша Сигал приходил уже два раза и говорил коротко. Про “Пластмассовую Жизнь” он сказал: “Ты будешь стариком, тебя будет стричь молодой парикмахер, когда он тебя подстрижет, ты станешь молодым, а он — стариком”. Я офигел и сразу согласился. Перед съемкой “Наших Людей” режиссеры снова разложили “Войну и мир”, “Идиота” и “Братьев Карамазовых”, а Мишка пришел и сказал: “Там парень с девушкой будут трахаться, а вы из квартиры всё будете п...дить”. Надо сокращать информацию и уметь говорить все одной фразой.

— Вы уже большие рок-звезды, но ни разу не дали большого постановочного рок-концерта. Даже на стадионах у вас все как-то скромненько. Не предвидится ли прорыва теперь?

— Мы русская группа, живем в стране третьего мира, поэтому у нас другие бюджеты, сроки — все другое. Вчера в поезде я забил в ноутбук все песни, которые мы играем. Получилось 52 или 53 песни. На концертах надо играть 27. Мы будем все это варьировать и выстроим программу, которую и покажем людям. У западных групп есть время и деньги на репетиции до тура. У нас почти нет, но ребята все равно классно играют. Можно, конечно, устраивать шоу, а можно вообще ни фига не устраивать, и все равно будет шоу. Последний путь наш.

— Но “Сплин” и выглядит-то совсем не рок-звездно на сцене. Ты и флейтист Яник — эдакое молодежное крыло, вокруг которого топчутся какие-то респектабельные джентльмены, случаем занесенные чуть ли не с репетиции симфонического оркестра...

— Мы с Яником действительно младше всех. Но у этих людей огромный опыт. Когда бочка с басом прокачивает, мне так кайфово, что наплевать, сколько им лет.

— Никогда не пытался их переодеть или заставить немного похудеть?

— Представляешь, что они могут сказать в ответ? А потом мне не хочется вмешиваться в естественный процесс. Если мужчина любит пиво, я не нарколог, чтобы объяснять ему, как это плохо. Если это начнет мешать, то исчезнет само собой недели через две. Но пока не мешает.

— Когда тебе говорят, что почти все песни группы написаны под воздействием жутко порочных галлюцинаций, ты пытаешься оправдаться?

— Я никогда не оправдываюсь, но призываю не верить людям, которые говорят, что песню можно написать под кайфом. Ничего подобного. Тебе нужно следить за размером строки, за мыслью, которая идет от начала до конца стихотворения, и при этом внутри делать паузы. Это круче, чем быть водителем за рулем. Нужно чистое сознание. Если я выпиваю 50 граммов, я никогда ничего не буду писать. А вообще допинги с возрастом уходят, потому что отбирают слишком много сил. А сейчас еще тур. Но я знаю своих — у нас коллектив выпивающий, но не пьющий...

Сплин-анкета

Первый концерт, который посетил как зритель“Машина Времени”. 1981 г., декабрь, Дворец спорта “Юбилейный” в Ленинграде. Чума! Мне было 12 лет, и я пришел в неимоверный восторг. Они играли двадцать дней подряд, по два концерта в день, а в выходные — по три, и ни одного билета в кассах. Мне доставали билеты друзья моей сестры по какому-то блату.

Последний альбом, купленный за свои деньги

Их было штук 20, а может, и 40. В туре надо что-то слушать.

Музыкальные увлечения, за которые стыдно

Я всегда любил и до сих пор люблю группу “ABBA”, мне до сих пор нравятся “Smokie”, мне нравится Аманда Лир. Я тут узнал, что она была подругой Дэвида Боуи, это — круто! И за все это мне совсем не стыдно.

Песня, автором которой хотелось бы быть

Очень много у “Beatles”, “Rolling Stones”, “Doors”.

Музыка, которую заказал бы на собственные похороны

Типа “Yellow Submarine”, никакого смурняка, Шопена на фиг. “Living next door to Alice, ля-ля-ля” — вот такое что-нибудь.

Актуальные музыкальные увлечения

“Alpine Stars”. Это британская группа. Все на одной ноте, и вдруг такой припев, что сердце замирает.





    Партнеры