Шпион среди волн

29 апреля 2003 в 00:00, просмотров: 209

Главком ВМФ Куроедов и командующий Тихоокеанским флотом Федоров могут сверлить дырочку на мундире: мимо президента наверняка не прошли их героические действия во время учений Балтфлота и Камчатской флотилии. Сперва Куроедов отогнал от балтийцев назойливого “разведчика”-датчанина. Затем главный тихоокеанец РФ выдворил из Авачинского залива американскую подлодку.

К “облаве” в заливе привлекли войска и силы северо-востока России: моряков, летчиков, связистов и т.д. Едва многоцелевой атомоход класса “Лос-Анджелес” вычислили гидроакустики, учебные задачи превратились в боевые — в погоню за коварными янки устремились корабли и самолеты. Судя по сообщениям СМИ, преследование завершилось триумфальным выдворением непрошеного гостя из российских вод. Только кричать “ура!” по этому поводу почему-то не хочется, а в голове все время вертится вопрос: “Если бы в заливе не проходили учения, субмарина США так и курсировала бы возле наших берегов?”

— Скорее всего, — не сомневается наш эксперт из Главного штаба ВМФ. — Раньше обнаружением чужих подлодок занимались посты наблюдения и связи, оснащенные специальными гидроакустическими комплексами. В начале 90-х их подсократили. Теперь гидроакустическую вахту несут в основном в базах и во время выходов в море, а это весьма ограниченные пространства. О постоянном контроле за подводной средой речи уже не идет.

А может, и не надо такого контроля вовсе? Специалисты уверены: контроль необходим. Ведь в тот же Авачинский залив “Лос-Анджелес” пришел не на прогулку. Расшифровка радиопереговоров, отслеживание боевой активности на ТОФ — вот его главные задачи. Не стоит забывать и о камчатском военно-морском полигоне. С помощью разведаппаратуры с подлодки легко вычислить технические характеристики используемого там вооружения и определить тактику его применения. Известно, к примеру, что таким образом в Пентагоне узнали о возможности крылатых ракет “Гранит” стрелять “из-за угла”, т.е огибать рельеф местности по горизонтали. О каком бы партнерстве ни твердили политики, военные не упустят шанса побольше узнать о секретах коллег.

Хотя до сих пор не принята международная конвенция по подводному плаванию, вторжение в свои терводы государство вправе рассматривать как агрессию и соответственно на нее реагировать. Однако на практике до вооруженных разборок, как правило, не доходит. Нота протеста по линии МИД уже считается чрезвычайной мерой. Военные предпочитают решать свои проблемы самостоятельно. Начальник Военно-морского корпуса Петра Великого контр-адмирал Николай Скок вспоминал, как на учениях Северного флота в Баренцевом море обнаружили иностранную подлодку. Руководитель учений вице-адмирал Михаил Моцак (тот самый, что позже возглавил экспедицию по подъему “Курска”), уточнив, что в этом районе запланировано глубинное бомбометание, быстренько скомандовал: “Выполняйте задачу”. После первых разрывов субмарина-шпион ретировалась. Но разойтись мирно удавалось не всегда. Еще в начале 90-х 2—3 раза в год субмарины сшибались, как олени по весне, — только рубки трещали. Потом выходы в море-океан у нас стали большой редкостью, и всяческие инциденты — тоже.

Так что не торопитесь радоваться, когда услышите: на Камчатке или где-то еще российские моряки отогнали американскую подлодку. Одну отогнали, а десяток скорее всего не заметили. Такие военно-морские парадоксы в России.




Партнеры