Долгая дорога домой

1 августа 2003 в 00:00, просмотров: 426

На родину освобожденным россиянам пришлось добираться на перекладных — из суданской столицы Хартум в Объединенные Арабские Эмираты, а уж из Дубая в Москву. Некоторым членам экипажа предстояла еще дорога в Тверь.


Самолет прибыл без опоздания, даже минут на 20 раньше, чем ожидалось. Представителей пишущей братии набежало больше, чем встречавших родственников и друзей. Оно и понятно — большинство членов экипажа тверичи. 24-летнего менеджера Максима Гильванова приехал встречать отец. Оказалось, что, несмотря на столь юный возраст, у Максима это не первая командировка в Африку. И, судя по всему, не последняя. На вопрос, не будет ли страшно отпускать Максима в новые африканские командировки, отец философски заметил: “Для родителей что важно? Чтобы сын был устроен и чтоб ему было интересно”.

Наконец из таможенной зоны вышли “суданские пленники”. Конечно, они были утомлены, но тем не менее согласились малость пообщаться с назойливой прессой.

Вернувшийся из “плена” Владимир Скурихин, гендиректор компании “Вертикаль-Т”, так объяснил действия суданских властей:

— В стране сложная ситуация. Там царит своего рода психоз, всеобщая подозрительность. Вот спецслужбы и заподозрили, видно, неладное. Но это ошибка. Кто знаком с арифметикой, пусть сопоставит расстояние между Хартумом и Эль-Фашерой и те 3 часа 40 минут времени полета. Чтобы за это время совершить где-то краткосрочную посадку, надо лететь со сверхзвуковой скоростью.

— Как обращались с вами суданские власти?

— Жестокого обращения не было. Давление было корректным, но дула автоматов были. Впрочем, на местном уровне условия, в каких мы оказались, были вполне сносные.

Как рассказал прилетевший из Судана инженер Виктор Морев, кормили бараниной — за время плена экипаж съел трех баранов. Зато вода в Судане скверная. Виктора Морева — он москвич — никто из родных в аэропорту не встречал: “Да я с ними уже поговорил по спутниковому телефону”. Это не первая командировка инженера в Судан — 3 месяца назад он возил туда “гуманитарку”. Вообще, по его словам, простые суданцы относились к россиянам нормально. А когда экипаж освобождали, приехал суданский министр иностранных дел и всем пожал руку...




Партнеры