Чернецова и другие против России

13 сентября 2003 в 00:00, просмотров: 227

Вчера Тверской суд столицы окончательно разделался с проблемой компенсации морального ущерба жертвам Дубровки — отклонил последнюю группу исков (числом 12) к правительству Москвы. Таким образом, все иски (61), поданные “на моральных основаниях”, остались без удовлетворения.

Правда, адвокат Игорь Трунов не сдается. Он напомнил, что президиум Мосгорсуда все же истребовал это дело и в настоящее время изучает обоснованность вынесенного решения. Но надежда на “денежный исход”, конечно, ничтожно мала.

А стало быть, у потерпевших на Дубровке остается одна прямая дорога — в Страсбург. В России их судебным мытарствам конца пока не видно, а Европейский суд по правам человека уже принял их жалобу к рассмотрению.

Жалобе 24 первых российских заявителей присвоен в Страсбурге порядковый номер 27311-03, и названа она “Чернецова и другие против России”. Об этом сообщил Игорь Трунов.

Именно иск подмосковной пенсионерки Зои Чернецовой, у которой погиб единственный сын-кормилец Данила, рассматривает сейчас в числе прочих Тверской суд столицы. Исходя из ежемесячного заработка сына, Чернецова просит выплачивать ей половину его оклада — 1875 руб., а также компенсировать задолженность, накопившуюся с момента его гибели, — 19695 руб.

Конечно, не исключено, что суд в итоге удовлетворит ее материальный иск. Ведь прецедент уже создан: в июле Кузьминский суд Москвы принял решение в пользу Татьяны Хазиевой, чей муж, музыкант мюзикла “Норд-Ост”, погиб. (Впрочем, правительство Москвы собирается оспаривать это решение.)

А вот что касается морального вреда — тут Тверской суд пока непреклонен. Он каждый раз соглашается с позицией ответчика — Департамента финансов правительства Москвы. Дескать, вред, нанесенный терактом, не может быть компенсирован лицом, не являющимся причинителем этого самого вреда, а ст. 17 Закона “О борьбе с терроризмом” не предусматривает компенсации морального вреда.

Казалось бы, какая разница, как обозвать “причиненный вред”. Но вопрос — в суммах компенсации. Если материальные потери рассчитываются строго по документам (неполученные зарплаты, стоимость лекарств и т.д.) и счет идет на десятки-сотни тысяч рублей, то человеческое горе оценить в денежных купюрах невозможно. И никто не вправе запретить пострадавшим требовать миллионы долларов... Вот они и требуют, а им исправно отказывают.

Страсбургский же суд занимается правами человека — то есть категорией как раз сугубо моральной. Как сообщил Игорь Трунов, по мнению этого суда, нарушение права на жизнь госвластью “следует из прилагаемых документов” — и следовательно, подлежит рассмотрению. Европейский суд также просит уточнить, какова сейчас ситуация с расследованием уголовного дела по “Норд-Осту” и оцениваются ли следствием действия властей в ходе операции по спасению заложников.

Кстати, для полноты разбирательства суд может попросить заявителей лично присутствовать на заседаниях. Не исключено, что в итоге в Страсбург придется поехать 129 родственникам погибших при теракте и более 700 пострадавших.




Партнеры